Король звезды (СИ) - keller nora - Страница 99

Они не понимали. Весёлые и беззаботные, бросали друг в друга пустячные заклинания, рисовали карикатуры, писали шуточные записки. В их глазах горело превосходство. Урок закончится, и они уйдут. А он останется — с их ошибками…

Ничего не зная о жизни, они словно говорили ему: «Мы знаем секрет, которого ты не знаешь! Мы умеем превращать жизнь в сказку! Вот увидишь, у нас получится!» И у некоторых получалось… Ненадолго… Но сколько бы он отдал за короткий миг такой сказки!..

Были среди его учеников и те, кто приходили в класс с опущенной головой и страхом в глазах. Такие если и верили в сказку, то знали, что окажутся в ней самыми второстепенными персонажами, имя которых читатели, закрыв книгу, даже не вспомнят… Они всё путали, постоянно ошибались, вызывая смех своих более ловких одноклассников… Таких ему тоже нужно было презирать. Презирать так сильно, чтобы никто не разглядел в этих неудачниках сходства с их преподавателем.

Очень редко, но встречались и такие, кто смотрел ровно и с доверием. Но несколько замечаний — и доверие исчезало. Появлялась обида, а потом ненависть — обычная эволюция человеческих отношений. Он это выучил очень хорошо.

А этот мальчишка… Когда он впервые пришёл в его класс и что-то бормотал про свою ворону, у него в глазах тоже были доверие и страх. Шло время, и, несмотря на все замечания, страха становилось меньше, а доверия — больше… Даже теперь… Абсолютно нелогично…

Но именно поэтому — он сказал Альбусу Дамблдору правду — после Поттера меньше всего ему хотелось заниматься окклюменцией с Карлом… Да ещё директор отказался отдать Омут памяти, сославшись на то, что ему самому будет нужно им пользоваться… Интересно, о чём думает Дамблдор?..

Отойдя от стола, Северус Снейп нехотя начал урок.

— Окклюменция изучает способы оградить сознание от магического вторжения и влияния, — он мысленно поморщился, вспоминая, как несколько месяцев назад произносил те же слова. — Ещё один раздел магии, называемый легилименцией, наоборот, учит извлекать чувства и воспоминания из сознания другого человека… Тёмный Лорд весьма сведущ в этом, поэтому вам нужно научиться защищать своё сознание… Сложность заключается в том, что вам нужно не просто не пустить Тёмного Лорда в свои мысли — тогда он поймёт, что вы что-то скрываете от него, — вам нужно научиться прятать свои настоящие чувства и заполнять себя тем, что он ожидает увидеть.

— Наверное, это очень сложно… — протянул юноша, пытаясь представить, сможет ли он научиться всему, о чём говорил профессор.

— Сложно, — коротко подтвердил Северус Снейп. — Поэтому мы начнём с более простого задания. Встаньте и возьмите волшебную палочку.

Карл машинально посмотрел на дверь своей комнаты, где запер Рабэ. Он по-прежнему не хотел пользоваться волшебной палочкой Альфреда фон Дитриха (так он называл её про себя), но выбора не было.

— Что я должен делать? — спросил он, вставая.

— Я проникну в ваше сознание, а вы попытайтесь обезоружить меня или защититься с помощью любого другого заклинания.

— Какого заклинания? — забеспокоился Карл.

— За пять лет изучения Защиты от Тёмных искусств должны же были вас научить хоть каким-то заклинаниям, — в голосе профессора Снейпа прозвучало высокомерие: если бы Защиту преподавал он, Карл бы знал сотни заклинаний.

— Да, но…

Заклинания Карл знал. В книгах, которые ему дал Тёмный Лорд, было множество заклинаний. Но одно дело знать, а другое…

— Соберитесь!

Как странно — впервые кто-то хочет заглянуть в его мысли, а он должен скрывать их… Вздохнув, он сжал в руке палочку. Профессор направил на него свою и произнёс:

— Легилименс!

Высокие книжные полки начали кружиться, а потом вдруг исчезли.

Осень… Небо затянуто тяжёлым серыми облаками… Маленький мальчик сидит на поваленном дереве в углу сада. Ноги не достают до земли, и он качает ими, представляя, что спрятался от всех. Поваленное дерево — его дом… Начинается дождь… Мальчик слезает с дерева и бредёт назад в приют…

Большая пыльная комната, заваленная старой мебелью. Пылинки танцуют в лучах заходящего солнца. Мальчик сидит на полу. Перед собой он разложил свои сокровища — разноцветные пуговицы. Каких тут только нет!.. Деревянные, медные, с красивой эмблемой… А вот эти три самые любимые: большая — пуговица-папа, средняя — мама, а самая маленькая — сын…

Моросит серый дождь… Но у мальчика есть цветное стёклышко. Если посмотреть на мир сквозь него, в мире загорается солнце… Мальчика толкают, и он падает на мокрый асфальт. Раздаётся смех… Мальчик пытается встать, но кто-то тяжёлый садится на него. А другой наступает ботинком на цветное стёклышко…

— Вы должны очистить сознание! А вы начинаете вспоминать всю свою жизнь!

Карл не сразу понял, что профессор кричит на него в реальности, а не в мыслях. Голова раскалывалась, перед глазами мелькали чёрные точки.

— …Простите… Я не специально…

— Вам нужно защищаться от меня!.. На что вам волшебная палочка?

— Но…

— Попробуем ещё раз. Сосредоточьтесь на каком-нибудь заклинании!.. И постарайтесь его использовать, когда почувствуете, что я проникаю в ваши мысли… Легилименс!

Лодки плывут по чёрной воде туда, где горят огни большого замка…

Склонившись над спичкой, мальчик бормочет слова, но спичка никак не хочет превращаться в иголку…

Пустой пыльный класс. Посреди стоит высокое зеркало. Мальчик смотрит в него — и не видит ничего…

На Астрономической башне снег и ветер… Мальчик наклонился и смотрит вниз… Его останавливает старый волшебник с чёрным вороном в руках…

Старый волшебник отдаёт кубок школы ученикам, сидящим под алыми знамёнами… Пустой пыльный класс… Мальчик лежит на полу… Его бьют по лицу, рукам, животу…

— Если вы думаете, что мне доставляет удовольствие наблюдать сцены из вашей тяжёлой жизни, то вы ошибаетесь, — профессор Снейп произнёс это с обычной язвительной насмешкой, но в его мыслях Карл не почувствовал веселья.

— Простите!.. Я, правда, не специально… — даже собственные слова отдавались болью в голове.

После пары неудачных попыток Карл был вынужден попросить сделать перерыв. Северус Снейп пожал плечами и сел в кресло, скрестив руки на груди.

Карл несколько минут молчал, пытаясь успокоить боль, потом сказал:

— Профессор, можно задать вам вопрос?

Северус Снейп не ответил.

Посчитав это наиболее мягким вариантом слова «нет», Карл решился продолжить:

— Вильгельм фон Дитрих… Почему он перестал быть человеком?

— Фон Дитрих был анимагом. Перед смертью он успел принять анимагическую форму. Так как для существования в теле птицы энергии нужно меньше, этот трюк дал ему возможность продлить жизнь на некоторое время.

— А почему Тёмный Лорд приказал ему найти меня?

— Не знаю, меня в подробности вашего дела не посвящали. Можете спросить Люциуса Малфоя, когда он выйдет из Азкабана, разумеется.

— А как вы думаете, жене мистера Малфоя может быть что-то известно?

— Я думаю, что вы уже отдохнули, раз начали болтать. Продолжим занятие.

Карл нехотя взялся за палочку.

— Да, профессор…

— Подумайте о том, что, если Тёмному Лорду станут известны ваши мысли, пострадаете не только вы! — начиная сердиться, сказал Северус Снейп. Чем дольше продолжался этот странный урок, тем более безумной ему казалась идея Альбуса Дамблдора. И, в конце концов, хочет директор, чтобы Карл изучал окклюменцию, пусть сам с ним и занимается!..

— Я всё время об этом думаю, — виновато произнёс юноша. — Но дело в том, что…

— Значит, думайте ещё больше!.. — перебил Северус Снейп. — Приготовьтесь… Легили…

— Профессор!.. — остановил его Карл. — А можно научиться защищать своё сознание без волшебной палочки и заклинаний?.. С ними у меня точно никогда не получится…

— Это упражнение легче, чем создание мысленной защиты.

— Я точно знаю, что не получится!..

— Откуда вы можете знать?.. — он задал вопрос и внезапно, уже коснувшись сознания юноши, прочитал в его мыслях ответ.