Цертан (СИ) - Тур Анна Николаевна - Страница 2

– Ну? И что же твоей душе неймется? Чё прицепилась? Мне валить отсюда надо. – и сделала два шага назад. Сфера двинулась за мной сократив расстояние до предыдущего.

– Нет. Так не пойдет. Давай договоримся: Я – иду! Ты – остаешься! – и снова шаг назад. Она за мной.

– Вот демоны! Да нельзя тебе со мной. Там люди! – И тут сфера начала меркнуть и задергалась.

– Э-э-э! Ты чего это? – я нахмурилась. Так Марика, ну-ка быстренько припомнила, что тебе об этом может быть известно? Значит так: неприкаянные души в материальном мире могут находиться ограниченный срок. А после, если душа не нашла «сосуд» она растворяется, возвращаясь туда, откуда прибыла. – О-о! Я кажется, поняла! Ты … помирать собралась да? Ну, так ты это…, быстрее что ли, а то мне нельзя тут долго… – Я уставилась на сферу, ожидая, когда она раствориться. Нет, ну а что? Интересно же! «Душа» на миг замерла, а в следующую секунду с силой врезалась мне в грудь. Я отлетела назад и со всего размаху распласталась на земле ударившись головой. «Да что ж за ночь-то такая? Хорошо еще, что у меня уже есть душа, моя собственная, а то я бы подумала…» на этой мысли я провалилась в темноту.

Ох, ма-а-ть, как мне дурно! Что ж так темечко-то болит? И тело тоже болит. Будто по мне стадо котонов1 прошлось. В памяти всплыли последние события. Плохо дело. Сколько же я тут провалялась? С огромным трудом приподнялась и села. В голове что-то взорвалось и разлетелось на тысячи мелких, колючих осколков. Из глаз посыпались звезды и весело закружили вокруг меня. Я зажмурилась, пытаясь успокоиться. Стало потихоньку отпускать. Открыла глаза и огляделась. Темно. И тихо. Та-ак…. сферы нет, «культовиков» тоже не слышно. Ползи-ка ты Марика домой, а то так и рассвет встретишь здесь. Я и поползла, в прямом смысле этого слова. Только когда к первым жилым домам приблизилась на ноги встала. И по заборам на трясущихся ногах поковыляла до дому. Благо жила не далеко, а то б не дошла. Домой ввалилась кубарем. Кое-как дотянулась рукой до двери и закрыла ее, отдав на это последние силы.

Жарко. Как же жарко. Это что, отдача такая, после всех приключений? Странно. Я и раньше из разных передряг выбиралась, но чтоб так плохо было, никогда! Надо бы встать, да куда уж. Так и лежу на пороге, не шевелясь. Когда это так похолодало? Я задрожала от пронизывающего холода. Неужели лето уже кончилось? Это ж, сколько я тут валяюсь? А легче не становиться. Меня уже вовсю колотило от холода, зубы стучали друг об друга беспрерывно. Где то у меня одеяло было… о, в сундуке вроде. Ну-ка Марика, соберись! Сейчас доползу до сундука, достану одеяло, завернусь в него и сразу согреюсь. На этом и успокоилась, отключаясь от сознания. Очнулась от стонов. Интересно чьих? Ах, да! Моих. Все тело затекло. Пошевелилась, пытаясь перевернуться на бок. Что ж так жестко то! Вспомнила! Я же на полу валяюсь. Прислушалась к себе. Полегчало, кажись. Потихоньку приоткрыла глаза и сразу зажмурилась от яркого солнечного света. Снова открыла и огляделась. Слава святым, дома! Поднялась с пола и поплелась к кровати. Так-то лучше. Теперь подумаем, что произошло и чем это мне грозит. Подумала. Ничего не придумала и решила не забивать себе голову всякой ерундой. Я жива и я дома, а остальное не важно. Сейчас необходимо отдохнуть, чтобы слабость ушла. А то мне еще зелье для отвода глаз варить, для этого силы нужны. Мне бы по хорошему зелья для восстановления сил хлебнуть, а то и не усну поди. Да только нет у меня этих самых сил, чтоб дойти до шкафа. А ладно, так пройдет. Уснула я на удивление сразу. Проснувшись, поворочалась минут пять, и поплелась в угол за ширму, приводить себя в порядок. День близился к закату. Эх, сходила за травкой, весь день насмарку. Хорошо хоть траву в потайной карман юбок убрала, было бы обидно потерять ее с таким трудом добытую. Трава и впрямь оказалась на месте, помята правда, ну и ладно. Все равно толочь. Сняла с себя грязную и порванную одежду и посмотрела в зеркало. Вот демоны! От чужого облика не осталось и следа. В зеркале на меня смотрела среднего роста, худая девушка. На тонком лице, сквозь засохшую грязь, сверкали большие, изумрудного цвета глаза, обрамленные густыми и длинными ресницами. Высокие скулы, тонкий, аккуратный нос и алые чуть пухлые губы, указывали на то, что их хозяйка скорее принадлежит к благородному происхождению, нежели к деревенскому. И все бы ничего, если бы не волосы. Вот в них-то вся и беда. Из-за этих самых волос мне и приходилось прятаться и скитаться уже более десяти лет.

Это были не обычные волосы. У корней они были совершенно черными, но по мере их длины их цвет постепенно светлел и на самых кончиках они были белыми словно снег, с серебристыми искрами. Есть у них и еще одна особенность. Я раньше пыталась их стричь, коротко, но ровно через неделю они снова отрастали до талии и все с тем же необычным окрасом. Люди сказывали, что такие волосы имели только темные ведьмы самой сильной крови. Уж не знаю, чего они сотворили, эти ведьмы, но к охоте на них подходили более тщательно, чем на обычных ведьм, и потому потомков их уничтожали еще в младенчестве. Уже более трех сотен лет этих ведьм никто не видел. Может их не осталось, а может они прячутся, так же как и я. Так что если меня поймают, разбираться не станут, хорошая я или плохая, казнят на месте. До восьми лет меня мама прятала, меняя заговором цвет моих волос, а потом ее не стало. Меня тому заговору обучить не успела, говорила рано еще, для этого силы ведьмы нужны, а я еще мала. Она у меня тоже ведьмой была, только светлой. Люди знали о ней, но не боялись, обращались к ней как к знахарке. Вот и меня только зельям и отварам учила. А потом один из пришлых разглядел-таки во мне родство с темными ведьмами и не разбираясь сожгли дом вместе с мамой. Я тогда еле ноги унесла от лютующей толпы, которая жаждала крови ведьмы. Два года пряталась в лесу и уже самостоятельно изучала зельеваренье. Ведьминское чутье хорошо работало, помогая разобраться, где какие травы и как из них зелья готовить. Только вот нет во мне никакой темной силы, да и знаний минимум. Самоучка ведь. Но потом меня обнаружили, и мне пришлось снова убегать. Так и бегаю с одного места на другое, в основном по деревням и селам, подальше от городов. Только три года назад перестала стричься да платки нелепые вязать. Ко мне во время моих скитаний привязался какой-то старик полоумный, мол, аура у меня странная. Все разузнать пытался кто я да откуда. Старик этот магом представился. Вот я и решила порыться в его вещах, пока его не было. У него-то в дневнике я и нашла заклинание для смены облика. Мне бы дурехе, дневничек тот прихватить и драпать, да куда там, сиганула на радостях испытания проводить. От мага я сбежала, и зелье это готовить научилась. Правда, состав его больно сложный, не всегда нужные ингредиенты находятся. Я вздохнула, выныривая из воспоминаний. Хорошо хоть меня никто не видел, пока я до дома ползла. Пришлось бы снова менять место жительства, а я тут только обустроилась. Я усмехнулась своему отражению и поморщилась от боли из-за ссадины на скуле. Вообще-то ссадины были везде, по всему телу. Особенно на ладонях, локтях и коленях. Промыв и обработав все ранки заживляющей мазью, одевшись в последнее чистое платье, я решила подкрепиться. Да, ела я в последний раз вчера вечером. Впрочем, есть то мне почти нечего. Я уже почти не помню когда ела что-то нормальное. Хлеб я не покупала так давно, что и вкуса его тоже не помню. В основном перебиваюсь овощами. Вот и сейчас, жуя на ходу прекрасный и питательный овощ батур, порядком мне уже поднадоевший, я начала приготовления зелья для отвода глаз. Сложив все нужные ингредиенты в пиалу, я расставила вокруг нее зажженные свечи. Ну что ж, почти все готово. Осталось только произнести заклинание. И я нараспев стала шептать нужные слова. Над пиалой завился черный дымок, постепенно меняя свой цвет на белый. Я не переставала шептать, пока дымок вовсе не рассеялся. Вот и все, слава святым. Готово. Я протянула к пиале руки.