Стратегия (ЛП) - Каллихен Кристен - Страница 44

- Держал мяч перед своим членом, пока выделывался, принимая эти самые позы, - невозмутимо заявляю я.

- И был охренительно сексуален, - уверяет Роландо.

- Я не позволю Анне на это смотреть. - Дрю качает головой. - Она заставит меня тоже сделать такие снимки. Но, да, мужик. Здесь ниже есть статья. - Он нажимает на экран, и браузер переключается на следующую страничку. - Они называют тебя горячим, татуированным, чувственным олицетворением футбола. Видимо, твое фото получило больше всего лайков.

- Что? Секси-Декси получил больше лайков, чем я? О, нет, черт побери. - Роландо хмурится и достает собственный телефон, видимо, решив проверить все самостоятельно.

Я закатываю глаза.

Рот Дрю кривится, когда он читает текст.

- Это ублюдок Рэндольф Норрис сказал, что ты девственник.

Норрис - обороняющий игрок, выступающий за команду конкурирующего университета, которую мы обставили в последних двух чемпионах. Мы с ним несколько раз встречались лично, но он всегда сторонился меня, как какой-то чурбан. Мягко говоря, мы друг друга недолюбливаем.

И поскольку он играл для университета, что располагался всего в нескольких километрах от нашего, то был в курсе всех местных сплетен.

- Чертов пиздюк, - бормочет Джонсон. - Я ненавидел этого парня.

- Его приняли в команду Нового Орлеана в этом году, - добавляю я. - Но тренер вышвырнул его на последнем этапе отбора тренировочного лагеря. Ходят слухи, что ему не нравилось отношение Норриса к другим игрокам.

- Потому что оно отстойное, - бормочет Роландо. - Он почти отрезал Финну голову во время обычной тренировки.

Подвергать здоровье квотербэка опасности, чтобы показать собственные навыки во время тренировки - не слишком разумный ход. Слава богу, я больше с ним не в одной команде.

- Итак, он гнилой парень и явно ненавидит Декса, - говорит Дрю. - Вероятно, он рассказал что-то о том, что Декса никогда не замечали рядом с какой-то женщиной или чуваком. И что наш университет называл его покровителем футбола. Или же о том, как студенты делали ставки на то, когда он потеряет свою Д-карту.

- А они реально делали ставки? - спрашиваю я.

Все ребята бросают на меня нерешительные взгляды. Думаю, что так. Я не очень этим расстроен, но пиздец, как раздражает то, что люди говорили обо всем этом дерьмо уже несколько лет.

И теперь об этом заговорил весь мир.

Я откидываюсь на спинку, вздыхая.

- Забудем об этом. Не то я получу расстройство желудка еще до того, как смогу поесть.

- А нам всем известно, что нельзя стоять между Дексом и его едой. - Джонсон машет указательным пальцем.

- Нет, - говорю я.

- Это правда. - Роландо широко усмехается.

- Мужик, тебе стоит стать новой звездой шоу "Холостяк", - говорит Джонсон. - Я уже это вижу. - Его голос становится тише. - В этом сезоне, очень особенный холостяк из NFL...

- Это твое любимое шоу, верно? - спрашивает Дрю, усмехаясь. - Спорю, ты смотришь его по ночам и плачешь, когда очередной холостяк отправляет какую-то бедную девушку домой.

Мы все смеемся, пока Джонсон краснеет, что очень очевидно из-за светлой кожи парня.

- Все не так.

- Отличный ответный удар, - говорю я ему.

- В любом случае, - произносит Дрю, - Декс не может учувствовать в этом шоу. Так как у него уже есть девушка.

- Да ладно? - Джонсон смотрит на меня, словно у меня выросло две головы.

- Ага, - отвечает за меня Дрю. - Фиона Маккензи. Младшая сестра Айви.

- Милая блондинка, что сняла с себя платье на свадьбе? - Выражение лица Джонсона становится хитрым.

- Эй, - предупреждаю я. - Просто сотри это прямо сейчас, нахуй, со своей памяти. - Дрю качает головой. - Видишь? Он уже на нее запал. - Я пью воду и выдерживаю раунд звуков, имитирующих поцелуи. - Детки закончили кривляться?

Джонсон непристойно двигает языком.

- Теперь я все.

- Кучка подростков, - бормочу я. Но я не схожу с ума по этому поводу. Просто игнорирую их. Я попускаю подобное своим парням.

Роландо хмурится.

- Если ты теперь с Фионой, то вся эта хрень с девственностью летит в трубу.

- Нет, - говорю я уверено. - Я не хочу втягивать в это Фи. СМИ оторвет и от нее кусок.

- Я это уважаю, - отмечает Роландо. - Но ты должен понимать, что то, чего хочешь ты, и то, чего добьется общественность - две разные вещи, друг мой.

К сожалению, он прав. Я ненавижу то, как страх садится ко мне на плечи. Есть то, от чего я не могу защитить Фиону, и это до чертиков меня раздражает.

Мы обедаем и сплетничаем. Я не стесняюсь в этом признаться, так как мы обсуждаем, кто сотворил очередную тупость, какой тренер отстойный, а какой нет.

И конечно, истории о разных конфликтах. Как мы выдерживаем боль и неудачи, сумев сыграть на высоте, и в пересказе это раз в десять звучит круче, чем было на самом деле, это словно мы все не смотрим спортивные каналы и не знаем, когда облажаемся.

Но к тому времени, как официант приносит десерт - для меня это шоколад в пяти разных формах - я почти что снова чувствую себя нормально.

Джонсон хмурится, глядя на тарелку.

- Он такой крошечный. Все здесь крошечное.

- Потому что рассчитано на гурманов, - говорит Роландо, поднимая свою ложку.

- Кто выбрал это место, кстати? - жалуется Джонсон.

- Я. - Я зарываю ложку в мусс из темного шоколада, кладу его в рот и почти стону. Черт. Фи нужно прийти сюда со мной. И вот так, я снова ее теряю.

Игнорирую эмоции, смотрю на парней.

- Это вкусно. Закажите еще, если так и не наелись.

Роландо просто смеется и ест, пока Джонсон бормочет что-то о том, что я метросексуал.

- Ламберсексуал, - поправляю я, получая полный ужаса взгляд от Джонсона. Я пожимаю плечами. - Так сказала Фи.

- Почему она сказала, что ты похож на того, кто трахается с лесорубами? - спрашивает Джонсон, хмурясь.

Роландо бросает ему в голову салфетку.

- Чувак, ты не знаешь чей руб рубает.

- Лесоруб?

Мы все стонем.

Кроме Дрю, который не произносит ни слова. Он даже не замечает свой десерт. Его взгляд приклеен к экрану телефона, что не в его духе.