Химеры 2 (СИ) - Кузнецова Ярослава - Страница 41

- Ничего, я потерплю.

Покрутился, потом подпоясался куском плетеной тесьмы и снова сел, глядя в костер. Отблески пламени мерцали в серебряных глазах переливчато и романтично.

Амарела вспомнила горящий остров из своего сна и вздрогнула.

- Что там было… в Даре? - спросил наконец Сэнни более-менее мирным тоном. Видимо он смирился с тем, что кругом на тысячу миль другого собеседника не найти. - То что на нас напало - это ведь была Полночь.

- О, в Даре было многое, - мстительно сообщила рейна. - Сначала у вас под носом… неизвестным путем проявился наймарэ и вызвал Полночь в Катандерану. Потом Полночь прорвалась в Найфрагире и теперь там война. Из-за вас. Анарен сказал, что не надо было в Море Мертвых лезть. Вран выжег огнем Ботанический сад. Потом его подорвали вместе с машиной. К тому времени, как я попала сюда, твой брат казнил своих рыцарей направо и налево, подумывал, не вернуть ли им четвертование и колесо, и, судя по всему, все сильнее повреждался умом. Ну и по мелочи - Макабрины вторглись в мое королевство под видом братской помощи и вовсю там хозяйничают. Не удивлюсь, если уже отхватили у Лестана кусок прибрежных территорий. И вряд ли вернут мне мою страну с прибытком.

Сэнни молча смотрел на нее, потом сильно сжал руками виски.

- Ты прямо сладкоголосый соловей, - пробормотал он. - Горлица. О, Невена, мне срочно надо домой.

- Мне тоже.

- Может еще и знаешь, как туда попасть?

- А ты?

- Ясно.

Воцарилось молчание. Слышно было, как потрескивают угли костра. Принц сдался первым.

- Мне кажется, нам надо сотрудничать, - сказал он. - Вот выберемся, и можно будет никогда тебя не ви… вобщем, сейчас надо держаться вместе. Согласна?

Амарела подумала и скорбно кивнула. Ей было до слез жалко кота.

*

Человек пошарил рукой по раме чердачного окошка, щелкнул задвижкой и сильно рванул на себя. Лопнули бумажные полосы, отпадая и закручиваясь спиралью, рама отворилась. Вместе с холодным ночным ветром в дом проник запах псины.

Человек высунулся по плечи, оглядывая двор. Потом втянулся обратно.

- Мары знают, где они, темень, хоть глаза выколи. Сперва лаяли, в двери скреблись, теперь молчат. Может, ушли?

- Нет, не ушли. - Киаран подошел ближе, глядя через плечо человека. - У калитки одна сидит, и одна на дорожке. И у забора две. И вон там, у хозяйственной пристройки. Белые, разве ты не видишь?

- Ничего я не вижу. - Человек озадаченно провел рукой по гладким волосам, собранным в хвост. - Ага! Сейчас я принесу кое-что… если оно тут есть. Должно быть. Погоди-ка.

Он вернулся люку и полез с чердака вниз. Киаран снова посмотрел на собак.

А они смотрели на него.

В темноте мерцали алым глаза, влажно блестели клыки. Одна, две - Киаран насчитал восемь штук, остальные, видимо, сидели вне поля зрения. Жаль, что человек их не видит, он мог бы убить их так же, как убил оглушенного столкновением вайверна.

Человек вернулся. В руках он держал два предмета, похожие на толстые короткие палки.

- Аварийные свечки. Сейчас поглядим на твоих собак, если они еще там.

- Они там, - кивнул Киаран.

Человек что-то сделал с одной палкой, и та вспыхнула столбом белого пламени, Киаран от неожиданности шарахнулся в сторону и зажал ладонями лицо.

- Ну-ка, где вы там… Эй, парень! Киаран? Ты чего? - его потрясли за плечо. - Ты зачем на огонь таращился, балда?

Он помотал головой, попытался проморгаться. Под веками всплывали, менялись, проваливались друг в друга белые и лиловые кольца.

- Ага, - сказал человек. - Вижу их. Совсем другое дело.

Короткий грохот. Опять грохот, и еще раз, и еще. Собачий взвизг, потом утихающий скулеж.

Киаран, наконец, разглядел сквозь плавающие пятна белое пламя во дворе, шипящее и мечущее искры. В воздухе разливался едкий будоражащий запах. На краю освещенного круга лежала, вытянув лапы, белая гончая Кунлы.

Теперь их двадцать.

Остальные разбежались к забору, спрятались за поленницу, за садовые яблони, за кусты и железную бочку с водой.

- Я так полагаю, сами они не уйдут? - человек обернулся к Киарану. В руке у него был металлический предмет, небольшой, но выглядевший и пахнущий пугающе. Мечам, лукам и дротикам слуа до него далеко. - Придется их всех перестрелять, иначе они не отстанут.

- Не отстанут, - подтвердил Киаран, не сводя глаз с человеческого оружия.

- Что, нравится? - Человек улыбнулся. - Это Пэ-А девять двадцать пять, леутский Аверган. Надежный. Леутцы даром что воюют с нами постоянно, а оружие делают хорошее. А эта штуковина, что я около твари поднял, она твоя?

- Луношип. Да, это отцово копье. Волшебный, - похвалился Киаран. - У него злой нрав. Может жизнь выпить, хозяину не покориться. Чтобы им владеть, нужна сильная воля, много удачи. А…этот твой Пэ А? Много для него удачи нужно?

Человек некоторое время смотрел непонимающе, глаза у него были такие же черные, как у самого Киарана, только белки видно. Потом рассмеялся.

- Да нет, какая удача. Я же говорю - надежный. Вот, гляди.

Вынул из рукоятки какую-то штучку, щелкнул, зачем-то заглянул в торец своего оружия, потом протянул.

Киаран цапнул и тут же обжег себе руку, выронил на пол.

- Ай!

Собаки под окном плотоядно взвыли, снова начали царапаться в дверь. Мерный металлический лай сменялся хриплым злобным рычанием и скрежетом. Человек еле заметно поморщился, видно было, что его здорово раздражает шум.

- Полночь железа не боится. Что это тебя проняло?

- Я слуа! Альфар по вашему. Мы не совсем Полночь, мы просто живем там. Добрейший металл нас обжигает.

- Нашли место, где жить.

Киаран кое-как обернул ладонь рукавом и поднял человеческое оружие. Заглянул в темный круглый глаз.

- Не направляй на себя.

- А… винтовки. Есть у вас такое? - Киаран вспомнил обещание рейны. - Они лучше или хуже?

- Винто-овки, - найл поднял бровь. - Лучше, конечно. Дальше бьют, больше калибр. Где это ты про них узнал.

- Да так… все равно их тут нет.

- Ладно, посмотрел, верни. У нас по плану собачки. А что ты им сделал?

- Не им, их хозяйке, - Киаран неохотно вернул таинственный Пэ А. - Кунла, моя старшая сестра. Она хочет быть королевой Аркс Малеум. Ей нужен хороший колдун, она потребовала служить ей, но я отказался. Тогда она притравила меня собаками. А на последней охоте и вовсе…

Он сглотнул, пытаясь протолкнуть предательский комок. Отец бы его высмеял за эти слезы.

Человек сочувственно похлопал его по плечу, и Киаран совсем расклеился. Уткнулся лбом в стену, и некоторое время стоял так, хрипло втягивая холодный, пахнущий сыростью и плесенью воздух. Человек заскрипел окном, потом сдержанно выругался.

- Эй, альфар, иди сюда. Потом поплачешь. Давай лучше мстить.

Киаран сердито утерся рукавом и подошел. Человек напряженно вглядывался в темноту, щурился. Яркая штука прогорела.

- Я ничего не вижу. Давай, помоги. Будешь целиться, а я выстрелю еще пару раз. Из лука стрелял?

- Да.

- Смотри, это мушка, это целик. Надо чтобы верхний срез мушки, находящейся в центре прорези целика, совместился с мишенью. С собакой, то есть. Давай.

Киаран нерешительно положил руки поверх рук человека, направил ствол. Гончие нагло бродили по двору, не скрываясь. Обнюхивали тело убитой товарки, глазели в окно, потягивались.

- Колдун говоришь, хороший… а что ж не отколдовался?

- Мне с женщинами не тягаться, - виновато сказал Киаран, шмыгая носом. - Жрицы многажды повторяли, что я бесполезен со своими мелкими чарами. Кунла сперва взяла с меня клятву, чтобы я в Полночи помалкивал, а потом заявила, что намерена стать королевой, а я почему-то обязан стать ее магом. Бред, глупость. И… я не ожидал, что она не станет дожидаться смерти отца в бою или на охоте. Я не думал, что она так спешит… - Киаран помолчал, унимая дрожь в пальцах. Руки человека были теплыми, и твердо держали оружие. - Вот, я прицелился.

Ба-бах! Полыхнуло, в воздухе поплыл острый кислый запах. Еще одна гончая вякнула и начал крутиться на месте, щелкая зубами около бока. Другие наконец сообразили, что дело плохо и попрятались кто куда.