Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 160

— О! — вскрикнула она. — Руфус, ты ничтожная жаба! Где ты?

Впереди, среди зарослей кизила, волнующихся на ветру, она заметила блеск костра. Вслух проклиная кендера, Верханна направилась к лагерю. Глупец теперь был даже безоружен — свой клинок Руфус сломал в битве с призраком.

«Так ему и надо, если это окажется лагерь бандитов, — сердито размышляла она. — Сорок, нет, пятьдесят жаждущих крови негодяев, вооруженных до зубов, это они завлекают невинных жертв с помощью аппетитных запахов. Да-да, шестьдесят бандитов, и каждый не прочь закусить безмозглым кендером».

Несмотря на свою ярость, капитан сохраняла спокойствие и высвободила меч из кожаной петли, которая удерживала его в ножнах. Нет смысла врываться к ним без подготовки. Приближаясь к костру сбоку, она заметила движущиеся вокруг него тени. Лошадь тихо заржала. Крепко сжав поводья, Верханна поскакала вперед, готовая к схватке.

Первым, кого она увидела, оказался Руфус, с жадностью пожиравший дымящийся ломоть жареной свинины. Вокруг костра стояли четверо эльфов, одетых в лохмотья и обрывки старых одеял. По их светлым волосам и тонким чертам лица она узнала Сильванести.

— Доброго тебе дня, воин, — приветствовал ее мужчина, стоявший ближе всех к Руфусу. Его правильное произношение и манера говорить выдавали в нем горожанина.

— Да будет путь твой зеленым и золотым, — отвечала Верханна. Похоже, путники не были вооружены, но она оставалась верхом на лошади, на всякий случай. — Могу я спросить, кто ты, добрый путник?

— Дивирос Чандерель, бард, к твоим услугам, капитан.

Эльф низко поклонился, так низко, что его песочные волосы коснулись земли. Обведя собравшихся жестом, он добавил:

— А это моя семья.

Верханна кивнула каждому. Старшая женщина с каштановыми волосами была сестрой Дивироса, Дерамани. У костра сидела женщина помоложе, жена барда, Селенара. Ее распущенные густые волосы спускались до пояса, и из медово-золотистого каскада робко выглядывал светловолосый ребенок. Дивирос представил его как своего сына Кивинеллиса.

— Мы пришли сюда из Сильваноста, города Тысячи Белых Башен, — цветисто начал бард, — в поисках лучшей доли и нового королевства на западе.

— Что ж, если вы направляетесь в Квалиност, у вас впереди долгий путь, — ответила Верханна.

— Именно так, благородный воин. Не разделишь ли ты с нами трапезу? Твой спутник опередил тебя.

Она спрыгнула на землю, качая головой при виде Руфуса. Он подмигнул ей, а сестра Дивироса предложила ей блюдо пряной свинины. Капитан разрезала котлету ножом и откусила изрядный кусок. Это оказалось доброе, нежное мясо — таких свиней разводили только в Сильванести.

— Что заставляет тебя бродить по пустынным полям среди ночи, капитан? — полюбопытствовал Дивирос, когда все они с удобством расположились вокруг огня. У него было худое, подвижное лицо и огромные янтарные глаза, придававшие выразительность его словам.

— Мы охотимся за эльфами, — с набитым ртом выпалил Руфус.

Светлые брови барда приподнялись.

— В самом деле? В округе орудует какой-то ужасный разбойник?

— Да нет. Тут где-то бродит пара лесных эльфов, их разыскивают за торговлю рабами. — После еды к кендеру вернулась его обычная болтливость. — Они устроили засаду нашим воинам, затем смылись, обманув нас с помощью колдовства.

— Работорговцы? Колдовство? Ну и ну!

Руфус с воодушевлением начал повествование об их приключениях. Верханна вращала глазами, но заговорила, лишь когда Руфус чуть не сболтнул, что она дочь Пророка Солнца.

— Придержи язык, — оборвала она его.

Она вовсе не желала, чтобы все знали о ее происхождении. В конце концов, путешествуя по дикой местности в сопровождении всего лишь одного разговорчивого кендера, принцесса Квалинести являлась прекрасной добычей для какого-нибудь бандита.

Сложив руки на коленях и оглядев семью, Дивирос в свою очередь рассказал их историю.

— Мы тоже видели необыкновенные вещи с тех пор, как покинули родные места.

Руфус громко рыгнул.

— Отлично! Расскажи нам что-нибудь интересное!

Дивирос просиял. Он оказался в своей стихии. Семья его сидела неподвижно, все глаза были прикованы к нему. Он негромко начал:

— Невиданными путями мы следовали, друзья мои, невиданными и чудесными. В день, когда покинули мы город Тысячи Белых Башен, завеса тьмы опустилась на землю. Моя прекрасная Селенара сильно испугалась.

Жена барда покраснела и опустила глаза на черепаховый гребень, который держала в руке.

Дивирос продолжал:

— Но я решил, что боги опустили на нас покров ночи с какой-то целью. И что же, скоро я понял, что это за цель. Солдаты Звездного Пророка возвращали обратно тех, кто хотел покинуть страну. Его Величество боялся, что нация потеряет слишком много своих сыновей и дочерей, если миграция на запад будет продолжаться, и он… но я отвлекся. Так или иначе, необычная тьма позволила нам незамеченными ускользнуть от воинов.

— Повезло, — прозаически заметила Верханна.

— Повезло, благородный воин? То была воля богов! — звенящим голосом воскликнул Дивирос, подняв руку к небесам. — Истинно так, и это подтвердилось пять дней спустя, когда мы пересекали огромный лес на юге среди бури и молний, — там явилось взорам нашим зрелище столь необыкновенное, что, верно, боги спасли нас для того, чтобы мы стали его очевидцами!

Верханну уже начинала утомлять цветистая речь барда, и она громко вздохнула, чтобы дать ему это понять. Руфусу, напротив, такой завораживающий рассказчик внушал глубокое почтение.

— Продолжай, прошу тебя, — попросил он, не донеся до рта вилку с внушительным куском свинины.

Напряженное внимание кендера польстило Дивиросу.

— Мы остановились у большого водоема, чтобы освежиться. Это было такое живописное место, мой маленький друг! Кристальная вода в зеленом обрамлении, окруженная буйством белоснежных цветов. И тут, как раз когда мы все пили холодную, как лед, воду, в дюжине шагов от нас ударила молния чудовищной силы! Вспышка сверкнула ярче солнца, и все мы почти без чувств повалились на землю.

Первой поднялась Селенара. Она отлично знает, как плачет больной ребенок, и ее заставил очнуться именно этот звук — хныканье, плач. Моя добрая жена направилась вверх по поросшему лесом холму и оказалась на большом лугу, и что же? Она увидела гигантский дуб, расколотый молнией, от него остались лишь бесчисленные щепки — больше, чем звезд на небе! На месте развороченного ствола она обнаружила того, кто так жалобно кричал.

Дивирос сделал драматическую паузу, глядя прямо в горящие нетерпением глаза Верханны.

— Это оказался взрослый мужчина-эльф!

Руфус обменялся взглядом со своим капитаном. Верханна, отставив пустое блюдо, спросила:

— Кто же это был — какой-нибудь путник, уснувший под деревом, когда в него ударила молния?

Бард мрачно покачал головой, и, когда он снова заговорил, голос его звучал тихо и серьезно:

— Нет, добрый воин. Очевидно было, что парень находился внутри дерева, а молния освободила его.

— Клянусь кровью дракона! — выдохнул кендер.

— Моя добрая супруга бросилась обратно к пруду и подняла нас. Я поспешил к разбитому дереву и увидел странного эльфа. Он был скользким от крови, но, когда мы с женой и сестрой отмыли его, на нем не оказалось ни единой царапины, ни одного пореза. Более того, в стволе обнаружилось овальное углубление, как раз достаточное, чтобы вместить его, если бы он свернулся клубком.

Верханна фыркнула и пренебрежительно махнула рукой.

— Послушай-ка, бард, — снисходительно произнесла она, — ты сочинил превосходную историю, но, пожалуй, с тебя достаточно, а то ты и сам поверишь в то, что говоришь! Ты сказочник, в конце-то концов, и весьма неплохой. Ты почти убедил сам себя.

На подвижном лице Дивироса отразилась лишь мимолетная вспышка раздражения.

— Прости меня. Я не намеревался обманывать, всего лишь хотел сообщить тебе о чуде, что мы повстречали, об этом эльфе, рожденном из древесного ствола. Если я оскорбил тебя, прошу прощения.