Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 193

— Привет тебе, капитан, — спокойно произнес он. — Ты долго спала — ночь, день и еще одну ночь.

Ветер шевелил его длинные волосы. Зеленые глаза немного потемнели, потускнели, всегдашнее зеленое сияние исчезло.

— Клянусь Астрой! — Верханна вскочила на ноги и, поспешив к Руфусу, ткнула его в спину носком сапога.

Кендер сморщил свое и без того изборожденное складками лицо и застонал.

— Уйди, тетушка, спать охота, — проворчал он.

— Подъем, Малявка!

Голубые глаза Руфуса распахнулись. Девушка и кендер обошли беспорядочно лежавших воинов, будя их. Кит-Канан сел на земле, кашляя и покачивая головой.

— Милосердные боги! — пробормотал он. — Я стал слишком стар, чтобы спать на голой земле.

Верханна схватила отца за руку и помогла встать — он замерз после ночи, проведенной под открытым небом.

— Здесь найдется что-нибудь поесть? — спросил он. — Я голоден как волк.

Руфус осторожно приблизился к Кемиану. Генерал был серьезно ранен в битве с виверном, и кендер боялся, что найдет его мертвым. Но Кемиан дышал ровно, лоб его был сухим и прохладным, и, когда Руфус разбудил его, он взглянул на него ясными глазами.

— Воды, — хрипло попросил он.

Руфус поднес к губам эльфа оплетенную прутьями бутыль.

Постепенно все пробудились, поднялись, с немного онемевшими телами, стараясь оценить положение.

Кит- Канан увидел Зеленые Руки, все еще безмятежно сидящего на земле. Он поднялся, когда Кит-Канан приблизился к нему. Пророк протянул руку. Сын непонимающе взглянул на него, и Кит-Канан показал ему, как пожимают руки.

— Сын мой, — с гордостью произнес он, — ты вел себя как настоящий мужчина.

Лоб эльфа наморщился в раздумье.

— Я лишь хотел спасти тебя, — ответил он. — Я не хотел никого убивать.

— О Друлетене не стоит проливать слез, сын! Его сердце было так же черно, как и его драгоценный ониксовый талисман. Он сам выбрал свой путь, и путь этот привел его к гибели. Успокойся. Ты совершил благородный поступок.

Эльф, похоже, не был переубежден. Напротив, на лице его отразилась такая печаль, что Кит-Канан обнял его за плечи и спросил, что так тревожит его.

— Прежде чем найти тебя, я часто ощущал присутствие матери, — ответил тот. — Она направляла меня и помогала мне. Я сидел здесь очень долго, обращаясь к ней, но она не отвечает. Я больше не чувствую ее рядом с собой.

— Должно быть, она поняла, что теперь ты со мной. Ты не одинок, — мягко сказал Кит-Канан. — Когда твоя мать… покинула меня, я не скоро смог привыкнуть к тому, что ее больше нет рядом. Но теперь мы вместе, и я хочу знать многое — все, все про тебя, про то, как ты оказался здесь.

На другой стороне плато возникла суматоха. Кит-Канан оставил своего вновь обретенного сына и поспешил на место происшествия. Все воины собрались в кучу. При виде Пророка они расступились. В центре толпы он обнаружил Ульвиана, которого удерживали двое воинов. Рядом стояли Верханна и ее разведчик.

— Что здесь происходит? — спросил Кит-Канан.

— Моя любящая сестра отказывается дать мне коня, — отвечал Ульвиан, вырываясь из рук воинов. — А эти грубияны осмелились прикоснуться ко мне!

— Нас здесь двадцать, а лошадей всего двенадцать, — оборвала его Верханна. — Ты по-прежнему осужденный преступник, и, клянусь Астрой, ты пойдешь пешком!

— Отпустите его, — приказал Кит-Канан, и эльфы выпустили принца.

На лице Ульвиана появилась самодовольная усмешка, но отец разочаровал его: — Ты пойдешь пешком, Улли.

Лицо принца налилось кровью, румянец проступил даже под грязной светлой щетиной.

— Ты думаешь, я смогу идти всю дорогу до Квалиноста? — взорвался он.

— Ты пойдешь обратно, в Пакс Таркас! — вставила Верханна.

— Нет, — возразил Пророк. Это короткое, негромко сказанное слово поразило брата и сестру. — Принц отправится вместе с нами домой, в Квалиност.

— Но, отец!

— Довольно, Ханна! — (Она покраснела при этом мягком упреке.) — Кто-нибудь присмотрел за лордом Амброделем?

— У него все отлично, — встрял Руфус. — Но со сломанными ребрами он не сможет ехать верхом.

Кендер предложил соорудить носилки из хлама, которого полно в пещере: их сможет тащить лошадь. Кит-Канан приказал заняться носилками. Двое воинов отправились на поиски жердей и тряпок, а остальные собирали разбросанные вещи и готовились отправляться домой.

Пророк с дочерью пошли проведать Кемиана. Генерал лежал с побелевшим от боли лицом, но храбро приветствовал своего государя. Кит-Канан опустился на колени рядом с ним.

— Кендер говорит, что ты поправишься, — ободряюще начал он. — Хоть он и не лекарь, по-моему, он кое-что в этом смыслит. Как ты себя чувствуешь, лорд?

Кемиан прошипел сквозь сжатые губы:

— Хорошо, государь.

— Ты в состоянии рассказать мне, что произошло в пещере? Как случилось, что тебя ранило, и как Зеленым Рукам удалось убить виверна?

Раненый закашлялся и чуть не упал на спину от приступа боли. Верханна подошла к нему сзади, чтобы поддержать. Кемиан бросил на нее через плечо благодарный взгляд, затем начал рассказ о смерти чародея Друлетена:

— Эльф с зелеными руками рассудил, что, с его силой, он сможет, накинув на голову чудища петлю, втащить внутрь его голову, где я смогу снести ее мечом. Я взял веревку, которую мы приготовили для тебя, Пророк, и привязал конец к одной из консолей в стене зала. Воины и кендер раздразнили монстра, и он напал, а Зеленые Руки поймал его в свои силки. — Он умолк и прерывисто вздохнул.

— Мы затащили его в зал, хотя он сильно упирался, — продолжал Кемиан. — Я никогда не видел такого сильного эльфа, государь. Зеленые Руки вытащил этого виверна, словно форель из реки. Я выступил вперед, чтобы прикончить его, но тут, — он провел ладонью по груди, — монстр головой прижал меня к стене. Он собрался уже переломать мне все кости, когда Зеленые Руки выхватил у меня меч и отрубил чудовищу голову. Всего в два удара, клянусь тебе. А потом я потерял сознание от боли.

Верханна взяла бутыль с водой, оставленную Руфусом, и смочила губы Кемиана.

— Благодарю тебя, госпожа, — прошептал он. — Ты очень добра.

— Нечасто приходится слышать подобное, — едко отвечала она.

Кемиан закашлялся, лицо его исказилось от боли.

— Государь, — с трудом выговорил он, — это действительно твой сын?

— Да. Это ребенок моей первой жены, которую я потерял много-много лет назад.

Кемиан схватил Кит-Канана за руку:

— Тогда у тебя замечательный сын, Величайший. Под твоим руководством он станет великим Пророком Солнца.

Та же мысль только что промелькнула и у самого Пророка. По принятому праву первородства корону монарха наследовал старший сын. И хотя Ульвиан родился первым, Зеленые Руки был зачат на несколько веков раньше. Эту юридическую и этическую проблему предстояло разрешить величайшим умам Квалиноста.

Мысли его прервала Верханна:

— Отец, я согласна с генералом. Зеленые Руки храбр, у него доброе сердце, к тому же он обладает и другими способностями, кроме тех, что ты видел.

Она подробно рассказала о чудесах, которые наблюдали они с Руфусом: его разговор со стадом лосей, ее выздоровление, встречу с кентаврами.

Кентавры! Она вскочила на ноги, выпустив Кемиана так резко, что тот повалился набок. Больной застонал, но Верханна уже переступила через него и во все горло звала Зеленые Руки. Эльф с Руфусом стояли у кучки пепла — все, что осталось после сожжения виверна.

— Я тебя зову! — повторила она, упирая руки в бока. — Почему ты не откликаешься?

Руфус указал на предмет, привлекший их внимание. Из пепла показался опаленный огнем череп монстра. Вся плоть обгорела, и от жара желтый крючковатый клюв сделался тускло-серым.

— Мы тут размышляли, что из этого выйдет отличный трофей, — объяснил Руфус.

— И на каком вьючном муле вы собрались везти его домой? — многозначительно спросила она. Череп был четыре фута длиной.

— Я могу нести его в руках, — мягко предложил Зеленые Руки, и Руфус взглянул на него с сияющим лицом.