Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 196

Принца не интересовало, правда ли, что Зеленые Руки — его брат. Мысли его занимало лишь одно: получит ли он то, что по праву считал своим, — трон Квалинести. Принц видел, к чему все идет, — с ним, Ульвианом, покончено, настало время Зеленых Рук. Неудивительно, что отец не настаивает на его возвращении в Пакс Таркас. Теперь, когда у него есть новый сын, его не интересует, куда отправится принц Ульвиан.

Уже наступила глухая ночь, но Лунитари, алая луна, поднялась и освещала цветущую равнину, указывая ему путь. Ульвиан знал, что отец и все остальные, верхом на этих сумасшедших кентаврах, легко нагонят его. Он не пытался сбежать: ему просто невмоготу было стоять там и смотреть, как Кит-Канан нянчится со своим так называемым сыном. Ульвиан — принц крови, во имя Астры! Пусть Пророк попробует лишить его привилегий в пользу этого эльфа с зелеными руками. Пусть попытается! У Ульвиана в Квалиносте есть друзья, могущественные друзья, которые не потерпят подобной узурпации.

Он резко замер. Зеленорукий эльф. Эльф. Зеленые Руки — чистокровный эльф, наполовину Кагонести, наполовину Сильванести. В Квалиносте сейчас мирно живут люди, эльфы и гномы, но трения между ними не прекращаются. Древние предрассудки нелегко искоренить. А что, если Зеленые Руки больше устроит основную часть сената из-за своего чисто эльфийского происхождения?

Ульвиан заметил, что почесывает бороду. Волосы на подбородке — еще один знак людской крови, что текла в жилах его обожаемой матери.

Если Зеленые Руки исчезнет, все будет в порядке.

Так избавься от него.

Ульвиан встряхнул головой — ему почудилось, что эти слова произнес кто-то внутри него.

Кто- то говорил с ним.

— Перестань! — вслух ответил он. — Что это со мной? Я что, свихнулся?

Нет, это я говорю с тобою.

— Кто ты? — взревел он, обращаясь к усыпанному звездами небу.

Мы уже беседовали однажды. В ту ночь, когда погиб Друлетен, помнишь? Ты спас меня из огня.

Этот голос. Негромкий, похожий на женский. Засунув руку за пазуху, Ульвиан нащупал ониксовый амулет, нагревшийся от тепла его тела. Принц вытащил его и внимательно рассмотрел в алом свете луны.

— Ты что, дух, заключенный в этом камне?

Я — сам амулет. Когда-то я служил Друлетену. Теперь я служу тебе.

Губы принца медленно расплылись в улыбке, пальцы его крепко сжали амулет.

— Да! Так теперь твоя сила к моим услугам?

Со временем так и произойдет.

— Скажи мне, что я… — Ульвиан внезапно смолк. Неподалеку он услышал громкий шелест, словно множество ног пробиралось сквозь траву. Он запихнул амулет обратно за пазуху.

Появилась пара кентавров без седоков. Вороной, на котором раньше ехал Ульвиан, произнес:

— Хо, маленький кузен. Нас послали найти тебя. Дядя Пророк хочет, чтобы ты вернулся. Пойдешь?

Ульвиан воззрился на говорившего с отвращением, но согласился. Кентавр приблизился, и принц взобрался ему на спину. Подпрыгивая и раскачиваясь, они примерно милю скакали по траве, пока не догнали остальных. Всадники двигались вперед, погрузившись в сон. Лишь Кит-Канан бодрствовал.

— У тебя нет причин бежать, Улли, — мягко произнес он. — Я забрал тебя с собой не для того, чтобы наказывать.

Ульвиан вцепился в пояс, служивший поводьями для кентавра, и заставил себя задать трудный вопрос:

— Зачем же ты везешь меня в город, отец?

— Потому что ты мне там нужен. Пребывание в тюрьме научило тебя лишь заводить дружбу с преступниками, подобными Друлетену. Я попытаюсь сам руководить тобой, как должен был делать, когда ты был моложе.

Руководить. Он будет руководить Ульвианом, а этот деревенщина тем временем займет трон Солнца.

— В этом нет необходимости, отец, — твердо прозвучал из темноты голос Ульвиана. — Когда мы вернемся домой, я намереваюсь вести себя иначе.

Кит- Канан изучающе взглянул на сына. Тьма и расстояние разделяли их, и разгадать выражение лица Ульвиана было нелегко.

Верханна и Руфус отправились вперед, чтобы подготовить Квалиност к возвращению Пророка и предотвратить панику из-за приближения диких кентавров. Во главе небольшого отряда ехали Кит-Канан, Кемиан и Ульвиан. Следом за ними пешком шел Зеленые Руки и скакали остальные кентавры. Зеленорукий эльф спрыгнул на землю несколько часов назад, заявив, что ему необходимо пройтись босиком по живой земле.

Они въехали на вершину голого холма. Кот, не ожидая приказаний, остановился.

— В чем дело, друг мой? — удивился Кит-Канан.

— Это место вон там. Это твой город? — благоговейно спросил кентавр, указывая вперед.

— Это Квалиност, — гордо произнес Пророк. — Ты никогда не бывал в городах?

— Нет, нам трудно переносить запах стольких двуногих сразу.

Кемиан захихикал, прикрыв рот ладонью. За пять дней, проведенных в обществе кентавров, никто из эльфов так и не смог привыкнуть к мощному благоуханию, исходящему от полулюдей-полулошадей.

В прозрачном воздухе столица видна была так четко, что казалось, до нее можно дотронуться рукой. Изогнутые арки мостов парили в небе подобно серебряным радугам. Башня Солнца пылала, словно столб расплавленного золота, и это пламя рассыпалось искрами в листве деревьев на плато. Кит-Канан почувствовал, что кентавры напряглись.

Вид Квалиноста заставил шумное стадо притихнуть. Сердце Пророка захлестнула волна счастья.

— Вперед, кузены, — наконец произнес Кот и, склонив голову, двинулся с места.

Они спустились с холма и вскоре достигли полосы леса. Вожак кентавров запел песню. Руфус и Верханна узнали бы ее — они слышали эти слова прежде.

Ударом молнии рожден

Из чрева дуба векового…

Кит- Канан был заинтригован, но лишь после того, как песня закончилась, он задал вопрос:

— Вы сочинили это прямо сейчас?

— Нет, эта ода дошла до нас из древних времен, — объяснил Кот. — Ее пели деды, что умерли до того, как я вышел из детского возраста. Тебе понравилось?

— Да, очень.

Лес перешел в волнистые холмы, многие были распаханы. Грязная дорога закончилась, началась мостовая из округлых булыжников. Встречные путешественники расступались, давая дорогу каравану кентавров. Когда узнавали Кит-Канана, то многие громко приветствовали его.

Народу становилось все больше. К тому времени, как отряд достиг высокого обрыва над рекой — восточной границы города, — толпы жителей высыпали наружу, желая увидеть возвращение Пророка Солнца. Новое чудо — то, что правитель их ехал верхом на кентавре, — лишь усиливало возбуждение.

Народ Квалинести выкрикивал приветствия и махал руками. Польщенные кентавры в ответ ревели сердечные слова. Они приблизились к центральному мосту через реку, и гвардейцы Солнца выстроились в два ряда, сдерживая восхищенную толпу.

— Привет тебе, Пророк Солнца! Да здравствует Кит-Канан!

Кот ступил передним левым копытом на стофутовый мост из натянутых веревок. Мост закачался, вызывая головокружение. Кентавр взглянул вниз, на поток, ревущий на дне ущелья, и закатил темные глаза:

— Не пойдет, кузен! Мы, Котлоло, не белки, чтобы скакать по высотам!

— Этот мост совершенно безопасен, — возразил Кит-Канан. — По нему ежедневно проходят тысячи людей.

— Двуногие слишком глупы, они не чуют опасности, — буркнул тот. — Но сделка есть сделка!

Широко раскинув мощные руки, он издал рык, заставивший собравшихся горожан притихнуть. Кит-Канан крепче ухватился за ремень, опоясывавший талию кентавра, гадая, что предвещает этот крик.

Продолжая реветь, Кот стремительным галопом рванулся вперед, и Кит-Канан вцепился в гриву, опасаясь за свою жизнь. Остальные кентавры с такими же криками один за другим вскочили на мост. Когда последний достиг плато и городских ворот, толпа уже неистово приветствовала их.

— Кто смел? Кто силен? Кто быстр? — ревел Кот.

— Котлоло! — оглушительно кричали кентавры.

Кит- Канан соскользнул со спины человека-лошади.

— Друг мой, сейчас я намереваюсь отправиться в свой дом, повидаться с народом. Пойдешь ли ты со мною?