Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 301

— Она сказала… О, она была очень остроумной!

И неожиданно кентавр рассмеялся:

— Вспомнил! Она сказала: «Эджин, мне думается, что этой ночью нам придется спать стоя».

Мы оба — и я, и сэр Баярд — переглянувшись, стали расспрашивать Эджина о сатирах. Но выяснилось, что кентавр знает о сатирах ненамного больше, чем мы. То есть: почти ничего.

— Ну, а откуда они пришли, вы знаете? — спросил сэр Баярд уже раздраженно.

— Сатиры в наших краях появились недавно, — ответил Эджин. — Месяц или два назад. Точно затрудняюсь вам сказать. Вы помните сказания о временах до Катаклизма? Помните, в рассказе Панвиля упоминается о маленьких существах с козлиными ногами?

Мы с сэром Баярдом снова переглянулись и пожали плечами: никто из нас не помнил такого рассказа.

А Эджин продолжал:

— Поначалу мы хотели с ними подружиться. мы думали: раз они — такой древний народ, то они должны быть дружелюбными. Ведь до Катаклизма народы Кринна не воевали друг с другом.

Эджин грустно замолчал. Сэр Баярд решился прервать его молчание:

— А что же случилось потом, Эджин? кентавр печально покачал головой:

— Как вы понимаете, подружиться мы не смогли. Сатиры обзывали нас, насмехались над нами, грозили при встречах оружием.

— Я бы сказал короче: вели себя агрессивно, — вставил я словечко.

Сэр Баярд шикнул на меня. Я усмехнулся, но извинился перед кентавром за то, что прервал его, и попросил его продолжить свой рассказ.

— Поначалу сатиры не нападали на нас, держались на расстоянии. Мы думали, что они только потому недружелюбны, что боятся нас. Ведь они оказались в неизвестной им стране.

Неожиданно Эджин захлестал себя хвостом по бокам. Что-то огромное, жужжащее свалилось на землю. Я перепугался. Но ни на лице кентавра, ни на лице сэра Баярда не было заметно и тени страха. Кажется, они даже обрадовались: тягостная тишина болота наконец-то была нарушена.

— Да, поначалу сатиры не нападали на нас, — повторил кентавр. — Но вот прошло время, и они убили двоих наших.

— О! — воскликнул я. — Я так люблю истории об убийствах, что всегда затыкаю уши, когда их рассказывают.

— Ты хочешь сказать, чтобы я помолчал? — вежливо спросил Эджин. — Ну что же, я буду молчать.

— Но все-таки расскажи, — попросил кентавра сэр Баярд. Посреди дороги мы увидели лужу с мутной водой. Кентавр ступил прямо в лужу, вода в ней забулькала, но тотчас успокоилась. Сэр Баярд решил обойти лужу стороной. Но когда он осторожно повел коней в обход лужи, вода в ней мгновенно заклокотала.

А кентавр, как ни в чем не бывало, сорвал виноградную кисть с лозы, свисашей над нашей тропинкой, и стал продолжать свой рассказ:

— Сам я не видел, но мне говорил Арчела. А Арчела всегда говорит только правду. И вот что он рассказывал. Шесть кентавров: Арчела, Брачис, Элемон, Старго Младший, Тендрейдос и Калитос — пошли к сатирам, чтобы еще раз подтвердить, что мы не хотим им зла.

Я на самом деле терпеть не мог жутких историй. А тем более, если рассказывают их в глухом лесу, где того и гляди жуткая история разыграется в действительности.

Но Эджину, казалось, доставляет большое удовольствие рассказывать всякие ужасы.

— Значит, шестеро наших пошли к сатирам. И вдруг двое — Калитос и Элемон — упали. Никто ничего не мог понять. Просто совсем неожиданно упали. Затем раздались какие-то крики. И Арчела увидел соламнийского рыцаря, скачущего на лошади прочь. Калитос и Элемон корчились от боли, но на их телах не было никаких ран. Да, раздались громкие голоса сатиров и вокруг послышался странный тихий смех. И в ту же секунду Калитос и Элемон умерли. Я слышал рассказы и других кентавров. Они тоже видели соламнийского рыцаря, скачущего прочь.

Сэр Баярд нахмурился.

А меня слова «тихий смех» заставили вздрогнуть. Я снова вспомнил о Скорпионе.

— И еще мне рассказывали, — вновь заговорил Эджин, — что…

Это случилось в мгновение ока. Так быстро, что не было времени не только сообразить, что случилось, но и испугаться.

Конь сэра Баярда захрапел и отшатнулся от кустов, росших с левой стороны тропинки. А кусты исчезли — словно были вырваны чьей-то сильной и невидимой рукой.

Эджин резко обернулся. Слишком резко: я кубарем скатился с его спины.

Сэр Баярд с трудом удерживал Вэлороуса — тот храпел и рвался прочь. Наконец он отпустил повод, Вэлороус отбежал в сторону и встал, испуганно косясь на то место, где только что были кусты.

Вьючная кобыла с силой рванула свой повод и оборвала его. Она принялась лягаться, а затем повалилась на бок в болото — наверное, думала, что там ей будет безопаснее. Но впрочем, беспокоиться о судьбе кобылы времени не было.

Сэр Баярд и Эджин рассекали мечами воздух — тот прямо-таки сверкал около стальных лезвий. Это и был единственный враг, которого я мог увидеть: странный блеск в воздухе.

Я вскочил на ноги и побежал назад по тропинке, по которой мы только что ехали. Но, перекрывая путь к отступлению, посреди тропы стояли четыре сатира. Я повернул назад.

Так значит, вот они какие — сатиры. страшнее и вообразить было нельзя. Они действительно были рогатые, как козлы. Нижняя часть тела отвратительно уродлива и покрыта шерстью. Короткие крысиные хвосты. Воняло от них козлом. Но лица не напоминали козлиных морд. Козлы, хотя они и не красавцы, выглядят более благородно, чем эти мерзкие твари. А лица сатиров — это были до омерзения некрасивые, уродливые лица людей.

Но откуда они здесь взялись — здесь, на пустынной дороге в пустынном лесу?

Все четыре сатира, преграждавшие путь к отступлению, были вооружены ножами и короткими копьями.

Кентавр и сэр Баярд упорно рассекали мечами воздух. возможно, Эджин и рыцарь смогут одолеть коварного противника. Ну а я, тощий и слабый? Мне будет не победить сатиров, это уж точно. Меня убьют, словно муху.

И я, оглядевшись, быстренько спрятался в ближайшем укромном местечке. А что мне еще оставалось делать?!

Сэр Баярд обернулся, увидел сатиров и дал одному из них пинка под зад. Сатир упал. Но… он упал еще до того, как сапог сэра Баярда коснулся его зада! Мой хозяин даже вскрикнул от удивления.

И тотчас второй сатир прыгнул ему на спину и схватил за горло.

Кентавр схватил своими огромными руками двух других сатиров и, высоко подняв их над головой, с силой швырнул в камыши. Оттуда сначала послышалось жалобное козлиное блеяние; затем все стихло.

Эджин бросился на помощь сэру Баярду и оторвал от него сатира. Встряхнув врага, словно терьер крысу, кентавр зашвырнул его туда же, где уже барахтались его собратья. Камыши зашуршали — словно кто-то убегал прочь.

И снова в лесу воцарилась тишина, нарушали которую только крики птиц и стрекотание сверчков.

Однако хорошо мы начали переговоры о мире! Ничего не скажешь…

Эджин мрачно стряхивал с себя листья и ветки. Сэр Баярд поглаживал Вэлороуса по спине и что-то говорил ему на старом соламнийском языке.

Неожиданно мой хозяин вспомнил:

— А вьючная кобыла?! Где она? куда она делась? Она ведь унесла мои доспехи!

Только он произнес последнее словно — что тут началось! Доселе молчавшее болото буквально взорвалось шумом и криками. Со всех сторон оглушительно закричали птицы. И кричали они так, словно были они не птицами, а людьми. Мне даже показалось: я слышу свое имя. И я опять вспомнил о Скорпионе.

Сэр Баярд быстро огляделся, затем молча указал Эджину на заросли камыша слева от тропинки. Кентавр кивнул своей огромной головой и бросился в камыш.

Мне сэр Баярд велел, чтобы я шел вправо.

— Но, сэр… — прошептал я испуганно.

— Гален, я приказываю, и ты должен исполнять мои приказания. Ты будешь охранять наш правый фланг.

— Охранять? Я не ослышался, сэр Баярд? Вы сказали «охранять»? Но ведь все уже кончилось, не так ли?

Сэр Баярд готов был испепелить меня взглядом.

— За что мне такое наказание?! Ступай! если заметишь что-нибудь подозрительное — кричи!