Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 317

Но сейчас перед ним стояли друг против друга два явно достойнейших соперника. Даже в том, как они замерли, ощущалась их высочайшая выучка.

Сэр Робер в волнении крепко сжал зубы.

На трибунах все стихло. Зрители, казалось, не смели и дышать. Даже ветер утих.

Снова прозвучала труба герольда.

Сэр Орбан и сэр Габриэль пришпорили коней и помчались навстречу друг другу.

Не прошло и мгновения — словно скорлупа, лопнул от удара копьем щит сэра Орбана. И словно нож в масло, копье рыцаря Габриэля вошло, пронзив доспехи, в тело рыцаря из Керна…

Столь долго ожидаемый поединок закончился в одно мгновение.

Трубы герольдов вновь возвестили победу рыцаря Габриэля Андроктуса!

Упав с коня, сэр Орбан попытался встать на ноги. Он сумел даже встать на одно колено, но не смог удержаться и тотчас рухнул наземь. Кровь хлынула из раны и из горла на траву. Рыцарь судорожно дернулся всем телом и замер навеки.

— О боги! — в ужасе воскликнул сэр Рамиро. — Его душа улетает в небесную высь. Она летит к рыцарю Хуме!

Неразлучный с сэром Орбаном попугай упал с лошадиного крупа и застыл недвижно рядом со своим хозяином.

В лице сэра Габриэля Андроктуса не было ни кровинки. Он, как и прежде, не радовался своей победе.

— Теперь, Робер ди Каэла, судьба твоей дочери не в твоих руках, — только это и сказал он, повернувшись к хозяину замка.

Не спешиваясь, не обращая внимания на приветственные крики зрителей, он не спеша поехал прочь с турнирного поля.

Соперником сэра Габриэля на следующий день должен был стать эроготский рыцарь сэр Линдон.

Ему и его свите сэр Робер предоставил в своем замке самый большой зал.

Вечером хозяин замка пришел побеседовать с эрготским рыцарем.

Сэр Линдон задумчиво теребил свою бородку.

— Не знаю, как вам, сэр Робер, но мне этот черный рыцарь кажется чрезвычайно, чрезвычайно странным. Он всегда бесстрастен, он равнодушен к своим победам. Зачем он приехал на турнир? Что ему здесь надо? Воля ваша, сэр, но здесь что-то не так…

— Увы, сэр Линдон, — ответил хозяин замка, — я и сам не могу понять поведения сэра Габриэля. Иной раз мне даже думается: может быть, он послан на турнир самим Хумой? Какая-то нечеловеческая сила в его руках. — Сэр Робер помолчал. — Ну хорошо, если бы он только один раз победил с первого же удара. Но ведь он уже дважды становился победителем в одно мгновение! А должен вам сказать, что одолеть такого соперника, как сэр Орбан, это отнюдь не легко… И я, и все остальные рыцари пытались отыскать хоть какое-либо нарушение сэром Габриэлем правил поединка… И что же? Ни единого! Все по правилам!

Сэр Линдон покачал головой.

— Я вовсе не собираюсь обвинить сэра Габриэля в нарушении рыцарских правил. Это было бы не достойно меня, согласитесь, сэр Робер. Но вы сами видели, как легко победил он сегодня одного из лучших рыцарей Ансалона. Завтра — мой черед…

— Да, сэр Линдон, завтра вы сразитесь с ним и умрете, — послышался чей-то голос.

Все повернули на голос свои головы.

В зал вошел рыцарь Просперо Инверно. Час назад он одержал победу над рыцарем Леонгардом.

Сэр Робер поспешил сменить тему разговора и обратился к вошедшему:

— О, сэр Инверно, поздравляю вас с победой! Я уже наслышан о вашем поединке.

— Благодарю вас, сэр, — поклонился рыцарь Инверно хозяину замка. — Мне удалось выбить сэра Леонгарда из седла, и бой мы продолжали уже пешими. Сэр Леонгард, без сомнения, умелый, опытный воин. Но я оказался все-таки сильнее… И надеюсь, что славный рыцарь скоро оправится от ран и еще г[не раз восхитит всех своей храбростью и мастерством…

Сэр Просперо улыбнулся. Его плечо было в крови, плащ разорван.

Он подошел к сэру Линдону и сел рядом — при этом было видно, что садился он с трудом.

— Да, это был славный бой, — промолвил рыцарь Инверно и обратился к сэру Линдону: — Хочу сказать вам, сэр, без обиняков, хотя и знаю, что вы мне тотчас же ответите «нет». Так вот, сэр Линдон, я предлагаю: завтра с рыцарем Габриэлем вместо вас буду сражаться я.

Рыцарь Линдон вспыхнул:

— Что вы такое говорите, сэр Просперо?! В своем ли вы уме?!

— В своем, в своем, — добродушно проворчал рыцарь Инверно. — Мне приходилось вести поединки со многими соперниками, но с таким, как сэр Габриэль, я еще не встречался. И мне просто не терпится сойтись с ним один на один. Так хочется проверить, насколько я искусен в рыцарских поединках!

— Но, сэр Просперо, это же идет вразрез со всеми правилами турнира! Это невозможно, это немыслимо!..

— Ах, помолчите, сэр Линдон! — с досадой поморщился рыцарь Просперо. — Мне почему-то не кажется, что этот турнир идет по рыцарским правилам. Вспомните: искуснейший воин сэр Орбан был пронзен копьем сэра Габриэля в одно мгновение. Мне лично это представляется чрезвычайно странным… Я просто уверен, что завтра точно так же, в одно мгновение, он убьет и вас, сэр…

— Но, — воскликнул, краснея, рыцарь Линдон, — точно так же он убьет и вас! Я никогда не был трусом, никогда не запятнал своей чести! И я не собираюсь покупать свою жизнь ценой вашей!..

— О, нет, — спокойно ответил рыцарь Просперо, — я тоже не собираюсь умирать. Но я намерен увидеть, как завтра от моего копья умрет рыцарь Габриэль Андроктус…

Сэр Робер переводил взгляд с одного рыцаря на другого. Наконец, он сказал:

— Господа, завтра утром я пошлю своего оруженосца к сэру Габриэлю с просьбой отложить поединок на день. Может быть, за сутки что-либо изменится и спор ваш разрешится сам собой.

Робер ди Каэла надеялся, что за сутки, во-первых, сэр Просперо изменит свое решение сразиться с рыцарем Габриэлем, а, во-вторых, сам рыцарь Габриэль утратит интерес к турниру.

Утром сэр Робер отправил оруженосца к сэру Габриэлю с просьбой, чтобы тот перенес поединок на следующий день. Поводом для такой просьбы послужило то, что необходимо воздать последние почести рыцарю Орбану.

Вскоре оруженосец принес ответ.

Сэр Габриэль писал аккуратным, изящным почерком и — что было в те времена большой редкостью — без ошибок:

«Досточтимый сэр Робер!

Я согласен отложить поединок до завтрашнего утра. Я уже знаю, что сразиться со мной пожелал сэр Просперо. Для меня это великая честь. Я готов встретиться с ним в честном поединке.

Но еще раз хочу заверить вас, сэр Робер, что вы здесь — хозяин, а мы все — только ваши гости».

Сэр Робер читал и перечитывал ответ.

О, ему думалось, что еще и не раскрыв листок, он уже знал, что пишет сэр Габриэль.

Бумага жгла ему пальцы, она трепетала в руках старого рыцаря, словно вынутое из груди, окровавленное сердце…

И вот наступил последний день турнира.

День, когда должна была решиться судьба леди Энид, судьба сэра Робера, судьба всего рода ди Каэла.

Пока шли приготовления к поединкам, сэр Робер всматривался в Вингаардские горы. О, он еще надеялся, что в последнюю минуту на турнир прибудет сэр Баярд Брайтблэд!

И так велико было желание сэра Робера увидеть, как по дороге к замку мчится сэр Баярд, что когда на западе появились клубы пыли, он просто-напросто глазам своим не поверил.

«Нет-нет, это не пыль… Это клубятся низкие облака…»

Но вот стал виден уже и всадник — он стрелой мчался к замку ди Каэла. Всадник был облачен в доспехи… да, да, в доспехи сэра Баярда!

— Это он! — воскликнул сэр Робер. — Брайтблэд все-таки успел на турнир. И он сразится с рыцарем Габриэлем. Он один и достоин сразиться с Андроктусом. О, этот поединок войдет в историю рыцарства!

Сэр Робер поднял руку — это означало, что он велит приостановить турнир.

— От Вингаардских гор, — сказал сэр Робер, — к замку приближается всадник. Я повелеваю приостановить турнир. Возможно, этот всадник спешит к нам с какими-либо важными вестями. Может быть, конечно, это спешит кто-либо, кто желал принять участие в турнире, но опоздал. Ну что же, и в таком случае нам всем будет не во вред посмеяться над незадачливым рыцарем…