Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 325

На ней было белое скромное платье, но выглядела она поистине как принцесса!

Ее волосы были… были словно солнечные лучи. А лицо, лицо — нежнее яблоневых лепестков. Черные глаза сверкали, словно два алмаза. Да нет, не алмазы — словно две звезды… Да нет, не звезды… словом я даже и не знаю, с чем я мог бы сравнить ее глаза!

Я ни секунды не сомневался: она — из рода ди Каэла. Девушка мельком взглянула на меня, а затем посмотрела на механическую птицу, которую держала в руке. Потом снова мельком взглянула на меня.

Я стоял все так же замерев.

Принцесса перевела взгляд на сэра Робера.

Когда сэр Робер заговорил, голос его звучал необыкновенно нежно, ласково:

— Скажите вашим слугам, дорогая, что у нас в замке гости.

— О, скажите им сами, батюшка. Ведь это — ваши слуги, — ответила принцесса.

Голос ее звучал слаще любой музыки. О, я готов был слушать ее всю жизнь. И исполнять любое ее желание, любую ее прихоть! Я и был рожден только для этого!

Сэр Робер посмотрел на девушку, затем на меня, снова на девушку и наконец весело рассмеялся.

Принцесса грациозно повернулась и ушла в боковую дверь. Чудесное видение исчезло.

Я словно бы ото сна очнулся.

— Сэр, — спросил я почему-то шепотом, — это ваша дочь?!

— Да, Гален, это моя дочь. Леди Энид, — ответил мне хозяин замка. И вздохнул: — Будущая Энид Андроктус!

Он снова пошел вверх по лестнице.

Я шел за ним, блаженно прикрыв глаза и повторял про себя: «Леди Энид! Леди Энид! Леди Энид!

Прекрасное видение из моих грез.

Вот значит она какая! Вот для кого я был рожден на этот свет!

Глава 13

С Алфриком мы столкнулись нос к носу на одной из лестничных площадок.

Увидев меня, брат просто окаменел.

Я тоже, раскрыв от удивления рот, застыл на месте. Кажется, сэр Робер был донельзя удивлен тем, что мы не бросились друг другу в объятья. Но он ничего не сказал нам.

Он проводил нас в отведенную нам комнату и тотчас вышел.

Я просто богов молил, чтобы они явили чудо — может быть, за то время, как мы не виделись, Алфрик изменился в лучшую сторону. Как говаривал наш учитель Гилеандос, «набрался ума-разума».

И слава богам, Алфрик не набросился на меня с кулаками. Нет. Лишь только закрылась за сэром Робером дверь, он схватил меня за руки и отчаянно зашептал:

— Умоляю тебя, Гален, братец мой, убей меня!

Признаться, я было подумал: не повредился ли Алфрик в рассудке? Чего-чего, а таких слов я от него не ожидал.

А брат все повторял:

— Да, да, Гален, убей меня. Только смерти я и заслуживаю! Ведь я хотел убить тебя — там, в болоте!

Я пожал плечами и сказал как можно более спокойно:

— Алфрик, ну сам подумай: что ты говоришь? Как же я могу убить тебя? Ведь сэр Робер после этого просто-напросто вышвырнет меня из своего замка, проклянет на всю жизнь!

Брат почесал затылок.

— Да, конечно, ты прав, Ласка. Это принесет тебе одни неприятности. А вас с сэром Баярдом встретили с таким почетом!.. Но я, я, какая же я скотина, Гален! Как я хотел убить тебя!.. Но это все было давно, очень давно! Теперь у меня и в мыслях такого нет, поверь мне, Гален!

Глядя на брата, я охотно поверил ему.

Алфрик немного успокоился и стал рассказывать мне о турнире — о том, что он видел сам и что знает по рассказам других. О жестокости рыцаря Габриэля Андроктуса, о его презрительном равнодушии ко всем. О том, что сэр Робер до самого последнего момента ждал: вот-вот появится сэр Баярд и одолеет черного рыцаря.

Затем стал расспрашивать, что случилось с нами.

Мне сейчас не хотелось вспоминать о бедах и страхах. И я начал неохотно что-то бормотать.

Брат слушал меня, слушал, а потом хлопнул себя по коленкам и рассмеялся:

— Похоже, брат, я сам могу больше, чем ты, рассказать о том, что с вами было…

Меня осенило:

— Бригельм?!

— Ну, конечно, Гален! Ну так вот. Когда вы с сэром Баярдом уехали с болота, Бригельм вернулся в отцовский замок, а потом предстал передо мной с двумя лучшими конями из нашей конюшни и с недельным запасом еды. И мы тоже поспешили в замок ди Каэла. Бригельм знал Вингаардские горы не хуже сэра Баярда и сказал, что в замок мы доберемся за три дня и успеем к началу турнира. И мы видели… вернее, видел я… Ты знаешь, Ласка, у Бригельма почему-то стало совсем неважно с глазами. Мне приходилось даже рассказывать, где мы едем, где мы идем, что вокруг нас… Так вот, мы видели, как сэр Баярд и человеколошадь…

— Эджин, — вставил я.

— Да, да, Эджин… Видели, как рыцарь и кентавр сражались с людоедом. Как погиб Эджин. Я был просто поражен тем, что кентавр, чтобы спасти человека, пожертвовал своей жизнью!

— Так значит, тогда ночью я действительно слышал ваши голоса?! — воскликнул я.

— Ну да, наши, — кивнул головой Алфрик. — Но Бригельм сказал, что будет лучше, если вы нас не будете видеть. Может быть, он сказал так потому, что он ведь знал: оруженосцем сэра Баярда должен был быть я, а не ты, — заметил брат философски.

— А я, я тогда еще был зол на тебя и хотел тебя убить…

— Алфрик! воскликнул я взволнованно. Я подумал: «О, кажется, все складывается как нельзя лучше!» — Алфрик, ты и сейчас можешь стать оруженосцем сэра Баярда. Я, кажется, ему уже совсем не нужен. Поговори с ним! Я надеюсь, он сделает тебя своим оруженосцем…

— Нет, Гален, — ответил мне брат, — я теперь не хочу быть оруженосцем сэра Баярда. Он, конечно, один из самых благородных и храбрых рыцарей Соламнии. Но сейчас он — просто опоздавший на турнир рыцарь. Не он стал победителем. И я бы хотел стать оруженосцем более достойного рыцаря…

— Ты имеешь в виду…? — я даже имени не мог вымолвить.

— Да, этот рыцарь — Габриэль Андроктус, будущий муж леди Энид, — ответил Алфрик.

В замке закричала механическая птица. Я, вспомнив о том, что я — слуга сэра Робера, вскочил. До свадьбы леди Энид оставалось совсем немного времени, и наверное, меня ждет уйма дел.

Алфрика предсвадебные хлопоты не трогали. Он как раз хотел отдохнуть и отоспаться как следует. Завтра он собирался поговорить с Габриэлем Андроктусом и надо было произвести на того как можно более приятное впечатление.

Я вышел из комнаты, но вскоре вернулся: оказалось, я был не нужен хозяину замка.

Где-то здесь, может быть, даже совсем рядом, комната Бригельма… Алфрик не виделся с ним с тех пор, как они подъехали к замку. Значит, Бригельм еще не знает о том, что я тоже здесь? Или все-таки знает?

От всего происшедшего за последние дни и даже часы, голова моя шла кругом.

Рядом преспокойно спал Алфрик. Я почувствовал, как сильно я устал, прилег на кровать и тотчас уснул.

Разбудил меня громкий крик механической птицы. Вообще кричала эта птица так, как никогда не кричит ни одна из птиц. Создавалось впечатление: мастер, сотворивший сие механическое чудо, никогда не слышал крика живой птицы. Может быть, игрушку сделал гном, всю жизнь проживший в подземелье?

Мне было ясно: птица эта служила не только часами. Она, конечно, исправно отмечала каждый час, но вместе с тем словно хотела бы поведать о каких-то тайнах рода ди Каэла. А сколько тайн было связано с этим давним рыцарским родом и с самим замком! Да, да, голос механической птицы — это был… это был словно голос самого рыцарского рода… Но как понять его?

А меня мучили еще и другие вопросы. Вопросы, касающиеся меня непосредственно.

Должен ли я стать слугой сэра Робера? Остаться в его замке? Почему сэр Баярд хотел на обратном пути обязательно заехать к моему отцу? И почему сэр Баярд, хотя он уже отлично знал, что опоздал на турнир, все-таки приехал в замок? Какие у него здесь еще дела? Какие ему известны еще пророчества?

Чем больше я думал обо всем об этом, тем яснее понимал: я должен остаться оруженосцем сэра Баярда. Так мне говорила книга «Калантина». Знак Крысы… Я помнил о нем всегда, во все время нашего пути сюда. Крыса… Крыса, На всякую крысу найдется своя ласка…