Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 683

Чаша терпения Рейстлина переполнилась. Он повернулся, чтоб уйти, но ощутил на своём плече руку Хоркина и не выдержал — сбросил руку боевого мага с плеча, заорав:

— Клянусь Богами, если ты ещё раз дотронешься до меня…

— Успокойся, Красный. Я хочу, чтобы ты посмотрел вот туда. — Хоркин указал на тренирующихся солдат.

Сейчас у рекрутов был перерыв, и они жадно обступили колодец. Как они могли хотеть ещё воды — в сознании Рейстлина не укладывалось. Дождь пошёл сильнее, а он промок настолько, что казалось, вода льётся по голой спине.

Рекруты вроде бы были в прекрасном настроении, даже смеялись и шутили, несмотря на дождь. Карамон демонстрировал всем свою технику работы с мечом, так усердно делая выпады и стойки, что едва не падал. Крыса держал над головой щит, прикрываясь от дождя.

Тон Хоркина сменился с издевательского на совершенно серьёзный:

— Мы солдаты. Красный, один отряд. Мы сражаемся и умираем каждый день. Придёт время, и все они пойдут в бой, надеясь на тебя. Если ты ошибёшься, ошибутся и они, а тогда погибнут все. Если ты пришёл сюда не учиться сражаться, то какой Бездны вообще сюда явился?

Рейстлин молча стоял под дождём. Капли барабанили по голове, скатываясь вниз по белым волосам юного мага, ставшим такими после ужасного Испытания в Башне, ручьи лились по хрупким рукам с длинными ловкими пальцами, которые сияли блеском золота — другая отметина, оставленная Испытанием. Да, он прошёл его, но и только. Он помнил Испытание до мелочей и знал, как близок был к неудаче.

Рейстлин посмотрел сквозь пелену дождя на Карамона. Крысу, всех других, чьих имён он не знал. Теперь все они — его товарищи. Маг чувствовал себя униженным, понимая, что ошибся в Хоркине. В этом, как ему казалось, необразованном, грубом шарлатане, способном только на то, чтобы вытаскивать на ярмарках монеты из носа. И за один день он узнал от него больше, чем за все предыдущие годы обучения.

— Я прошу меня извинить, мастер Хоркин, — сказал Рейстлин спокойно. Он поднял голову, смаргивая капли воды с ресниц. — Я уверен, ты прекрасный наставник и сможешь многому меня научить.

Хоркин улыбнулся обезоруживающе тёплой улыбкой. Он снова сжал плечо Рейстлина, и теперь юный маг не вздрагивал от прикосновений.

— Я могу сделать из тебя солдата, Красный, — произнёс боевой маг. — Это и есть урок номер один. Ты готов продолжить?

Рейстлин пристально посмотрел на два прута в руках Хоркина, потом расправил плечи:

— Да, мастер Хоркин.

Хоркин заметил его взгляд, засмеялся и отбросил пруты подальше.

— Я думаю, они нам больше не понадобятся. — Он внимательно посмотрел на Рейстлина и внезапно выхватил у него из руки кусочек меха, который юноша все ещё сжимал. — Теперь твори заклинание.

— Но, мастер Хоркин, — возразил Рейстлин, — без нужного компонента я не могу…

Хоркин покачал головой:

— Опять «бу-бу-бу»? Ты стоишь среди битвы, не защищённый со всех сторон, стрелы свистят возле твоей головы, вокруг кричат и умирают люди. Тут кто-то толкает тебя, и твой мех падает в гущу крови и грязи. Значит, заклинание тебе не сотворить? — Боевой маг вздохнул. — Думаю, ты опять мёртв.

— Ну, я могу попытаться найти ему замену. Может, чей-то плащ, подбитый мехом, или… — задумчиво сказал Рейстлин.

Хоркин поджал губы:

— Середина лета, страшная духота. Бой идёт под раскалённым солнцем, так жарко, что можно зажарить кендера, положив на полированный щит. Не думаю, что ты найдёшь там много одежды с мехом, Красный.

— Но что мне делать тогда, мастер Хоркин? — Сбитый с толку, Рейстлин опять разозлился.

— Сотворить заклинание без всякого меха.

— Но это же невозможно…

— Возможно, Красный. Я знаю это потому, что сам научился этому. — Хоркин выглядел задумчивым. — Одно время я размышлял, зачем все старые маги так упорно добавляют в заклинания столько разной чепухи. Или, может, они просто помогают меховой торговле в Палантасе?

Рейстлин скептически пожал плечами:

— Я не знаю ни одного заклинания, которое бы обошлось без компонентой, мастер Хоркин.

— А теперь, — пробормотал Хоркин, — ты его увидишь! Он поднял правую руку и, пробормотав несколько слов, переплёл пальцы левой руки в какую-то сложную фигуру. В тот же миг огненный разряд сорвался с его ладони и, пролетев все поле, врезался в тот самый забор. Доски взлетели в воздух и загорелись.

Поражённый, Рейстлин согнулся и прокашлял:

— Я был уверен, что это невозможно! Но как без меха…

— О, это очень интересный трюк. Пример, который я тебе приводил, на самом деле случился когда-то со мной. Вражеская стрела пронзила мне руку как раз тогда, когда я собрался применить свой мех. — Хоркин показывал юноше длинный зазубренный шрам на ладони. — Я до смерти испугался, а потом так разозлился, что мне стало на все плевать. «Это просто пыльный кусок меха, и все, — подумал я тогда. — У меня есть сила, а значит, клянусь Богами, я могу сотворить заклятие и так». — Он скромно пожал плечами. — Я так и сделал. Ничто в моей жизни так прекрасно не пахло, как тот горящий хобгоблин! Теперь попробуй ты.

Рейстлин поглядел на поле и попытался мысленно убедить себя, что кусок меха по-прежнему у него в руке. Произнеся заклинание, он сделал завершающее движение. Ничего не произошло.

— Я не знаю, как ты сделал это, мастер Хоркин, — произнёс огорчённый Рейстлин, — но законы магических построений…

— Законы! — фыркнул Хоркин. — Кто управляет магией? Она тобой или ты ею?

Рейстлин заморгал, поражённый.

— Может, я и недооценил тебя, Красный, — продолжал боевой маг, внимательно смотря на него. — Но у меня есть твёрдая уверенность, что ты уже преодолел несколько нерушимых законов. — Он схватил юношу за руку и отбросил рукав его мантии, оголяя золотую кожу, — Если ты ничего не нарушаешь в жизни, то тебя не за что и наказывать. А цвет твоей кожи выглядит очень похожим на наказание… — Хоркин медленно кивнул и мягко сказал: — Просто попробуй, и все.

«Я управляю магией, — мысленно произнёс Рейстлин. — Я её контролирую».

Он поднял руку.

Огонь сорвался с его пальцев и понёсся вперёд. Второй кусок забора взлетел на воздух.

— Это было невероятно быстро! — воскликнул поражённый Рейстлин.

Хоркин одобрительно покивал:

— Никогда не видел, чтобы кто-то сделал это быстрее, Красный!

Рекруты закончили тренировку на сегодня и бодро маршировали по дороге. До магов донеслась походная песня.

— Идут на обед, — проговорил Хоркин. — Пойдём тоже, а то нам ничего не достанется. Проголодался, Красный?

К собственному удивлению, Рейстлин, всегда такой придирчивый к еде, ощутил, что может сожрать все на свете, даже стряпню лагерного повара. Подобрав пруты, они быстро пошли к казармам, пересекая грязное поле.

— Прошу прощения, мастер Хоркин, но ты так и не сказал мне, каким заклинанием смог отвлечь и ослепить меня.

— Ты прав, Красный, — согласился Хоркин. — Я этого не сделал.

Рейстлин ждал пояснений, но их не последовало, боевой маг шёл молча и только усмехался.

— Это, должно быть, очень сложное заклинание, — продолжал Рейстлин. — Пламя ползло по деревянному пруту, а потом взорвалось… Наверняка твоё собственное изобретение?

— Можно сказать и так, Красный, — торжественно сказал Хоркин и искоса посмотрел на Рейстлина. — Я вот только не уверен, что ты готов узнать истину…

Радостный смех бурлил внутри Рейстлина, Он давно не был в таком прекрасном настроении, как сейчас. Прислушиваясь к себе, юноша удивлялся такому настрою. Весь избитый, грязный и промокший, он парил на невидимых крыльях.

— Думаю, что уже готов, мастер Хоркин, — ответил он серьёзно.

— Вспыхивающий порошок! — Хоркин выбил прутами торжественную барабанную дробь. — Это вообще не заклинание!

У Рейстлина отвисла челюсть.

— Ты же не знал такого состава, а, Красный? Ловко я одурачил тебя? — зашёлся смехом Хоркин.

— Признаю, мастер Хоркин, — вздохнул Рейстлин, — целиком и полностью…