Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 848

Он оказался прямо посреди отряда горных гномов.

Вооруженные дерро тоже было весьма удивлены, увидев здесь гнома холмов, но вскоре они пришли в себя и окружили Базальта. Он насчитал восьмерых. Несомненно, меньший патруль, чем тот, с которым довелось столкнуться внизу — но так как оружия у Базальта не было, он не стал бы надеяться повалить даже одного стражника горных гномов.

— Что у нас здесь? — сказал один из них, выходя вперед из общего круга. Соломенные волосы дерро торчали во все стороны, а его необычайно большие глаза напоминали Базальту о черном и холодном ониксе. Но еще более необычной была кожа гнома — нежно-голубая — она казалась прозрачной в лунном свете.

— Ну? — дерро ткнул Базальта в грудь кончиком своего копья. — ты, очевидно, холмовый гном. — сказал он, глядя на загорелое, веснушчатое лицо Базальта, тонкую кожаную куртку и грязные старые башмаки. — Нам не нравится, когда гномы холмов ошиваются у Торбардина. Что ты здесь забыл?

Базальт мысленно заставил колени прекратить дрожать, пока напряженно искал ответ в своей голове.

— Эээ… Я охотился! — быстро выпалил он, когда в голову пришла идея. — А я что, дошел до Торбардина? — его глаза наполнились искренней невинностью. — Полагаю, я так увлекся, что и не заметил, куда забрел.

— На кого же ты ночью охотишься? Я знаю, что в темноте вы, гномы холмов, видите никудышно. — дерро недоверчиво смерил его взглядом. — И без оружия…

— На енотов, — поспешно вставил молодой гном. — На енотов надо капканы ночью ставить, когда они выползают из своего логова.

Было похоже на то, что дерро обдумывал ответ гнома, раскачиваясь на каблуках и оглядывая лицо Базальта, намереваясь вычислить там следы подвоха, но в нем отражался лишь страх.

Глаза воина сузились.

— Я видел выражение твоего лица, когда ты явился. За тобой что-то гналось.

Базальт кивнул.

— Я выслеживал было енота, когда увидел… — он хотел уже придумать еще одну легенду о медведе, но решил держаться поближе к истине, чтобы не провалиться. — Я увидел, как еще один, гораздо больший отряд гномов направляется в мою сторону. Поэтому, я запаниковал и удрал.

— Он лжет, сержант Долбин. — прозвучал голос из-за спины Базальта.

— Да, кому какая разница?! Давайте расправимся с холмовым отребьем и продолжим наш путь. — предложил другой.

— Верно, этой ночью нам еще предстоит долгая дорога.

Базальт ощутил, как кольцо сжимается вокруг него. Кто-то неожиданно толкнул его сзади. Захваченный врасплох гном споткнулся, но только для того, чтобы напороться животом на подставленное кем-то древко копья. Он перегнулся пополам, ловя ртом воздух, и в тоже время его огрели сзади по шее еще одним древком. Базальт, задыхаясь, упал на землю.

Кольцо горных гномов взорвалось смехом и насмешками.

— Осторожнее, козопас, за тобой гонятся еноты!

— Оооо, а вот, как раз, один приближается! — Базальт заметил, как один из силуэтов вышел вперед, и в следующий момент его грудная клетка ощутимо хрустнула, когда в него въехал тяжелый башмак горного гнома. От силы удара Базальт отлетел назад, во влажную траву.

— Поднимите его! — прорычал еще один. — Мне захотелось его еще разок уронить. — На мгновение, в голове у гнома холмов прояснилось, когда две пары рук подняли его на ноги. Кто-то закатил ему пощечину. Он посмотрел вверх как раз вовремя, чтобы увидеть волосатый кулак, врезавшийся в его нос. В черепушке отдалось мучительной болью, когда Базальт кувыркнулся назад и бесформенной кучей упал, приземлившись на левое плечо. Трава оказалась прохладной и влажной, но он ясно ощущал, как по обезображенному лицу потекла теплая и густая жидкость.

Базальт согнул колени, в попытке встать, но что-то опять крепко прижало его назад. Грязный, подбитый железом башмак вдавился ему в шею, вбивая лицом в землю. Ночное небо засверкало яркими цветами в глазах Базальта, пока гномы пинали его и дубасили по ногам и спине древками копей. Он прикусил губу, чтобы сдержать крик, но не мог не извиваться, так как удары только участились. И вдруг, неожиданно, все прекратилось.

Базальт ощутил, как кто-то прихватил его за подмышки и поставил ноги вновь. Он едва смог поднять голову, чтобы сквозь кровавые потеки, бегущие по распухшему лицу, разглядеть первого дерро, который его допрашивал, Долбина.

— Теперь, когда мои люди научили тебя тому, что случается с непрошеными гостями, — сказал сержант, крепко сжимая руку Базальта. — Мы, наконец-то, перейдем к настоящему веселью.

Сдавшись, Базальт уже просто висел на Долбине; он наделся, что расправятся с ним быстро, ибо сил и желания на сражение у него уже не осталось.

Долбин заставил его стать ровно и снисходительно улыбнулся.

— Тебе моя игра понравится — я дам тебе шанс убраться отсюда! — Базальт слегка оживился, очевидно, именно такой реакции и ожидал дерро. — Хорошо, теперь ты готов слушать.

— Правила очень простые, — начал дерро. — Мы позволим тебе убежать, а потом вновь попытаемся поймать. Конечно же, мы дадим тебе одну минуту форы, для спортивного интереса нашей затеи.

Правый глаз Базальта запух наглухо, но он взглянул через здоровый.

— А что, если вы поймаете меня? — прохрипел он, боль упрямыми толчками распространялась от его побитых ребер.

Сержант грустно покачал головой и прищелкнул языком.

— Такие поганые мысли не должны взбредать тебе в голову. Но я расскажу тебе, что случилось с одним шпионом из холмовых гномов, которого поймали в Торбардине каких-то два дня назад.

Сердце у Базальта вздрогнуло — он уже готов был потерять сознание от полученных ран, но все же заставил себя выслушать следующие слова Долбина.

— Как же мне это выразить? — Долбин наполовину насмешливо, наполовину снисходительно потер подбородок. — А, знаю! Его избавили от такой пытки, как влачение жизни гнома холмов! — его люди загикали от веселья.

Флинт мертв. Долбин мог говорить только о нем. Эти слова отбросили все остатки надежды у Базальта, и от таких новостей он онемел еще больше, чем от предыдущей взбучки. Он едва расслышал, что Долбин продолжает с ним говорить.

— …же не испоганишь всю игру, сдавшись так рано? Для хлипкого соперника мы можем сделать смерть дважды более мучительной. — предупредил он. Дерро грубо вытолкал Базальта через круг своих солдат. Он вновь упал, с трудом вставая на ноги, пока гномы пинали его и осыпали насмешками. Долбин сжал его правое плечо и указал на край просеки, напротив которой холмовый гном и встретился с ними.

— Пошел.

Базальт ощутил, как его ноги против воли начали свое движение. И он, полу-бегом, полу-прихрамывая, направился к деревьям.

— Помни! Мы сразу за тобой! — крикнул Долбин, и его люди взорвались хохотом.

Базальт доковылял до края просеки и едва не наткнулся на выпятившееся бревно. Он несся вперед, не разбирая дороги, и не раз то врезался в дерево, невидимое в темноте, то путался ногами во вьющихся растениях. Отчаявшись, он так хотел остановиться и передохнуть, или хоть остановится и прислушаться к голосам преследователей, однако, он знал, что такой возможности у него не было — если он остановится, то, возможно, уже больше никогда не сдвинется с места. Он также знал, что вряд ли услышит что-то кроме звука своих разрывающихся легких, вздувавшихся в груди или крови, бешено отдающей в ушах.

Он слепо и безумно бежал вперед, пока под ним неожиданно не прогнулась земля. Он ступил в пустоту, и в следующее мгновение его поглотила тьма. Не прошло и мгновения, как Базальт с размаху влетел в ледяной ручей. Его горло жаждало крика, тогда как разум заставлял его овладеть собой. Его грудь будто сдавило железным обручем.

В панике, Базальт прополз по илистому берегу и, дрожа, упал там, потеряв все остатки мужества. Та ничтожная толика силы, что еще осталась в нем, тратилась на то, что удержать его от истерики. Но он поклялся себе, что ни за что не заплачет, даже если дерро найдут его и порубят на куски.

— Я знаю, что Флинт не заплакал бы! — процедил он сквозь стиснутые зубы. Но он не мог сдержать слез, слез агонии, страха и отчаяния. Слезы по дядюшке Флинту.