Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 858

— Хобгоблин бы никогда не позволил, чтобы за него сражалась женщина! — усмехнулся он. — Хотя, похоже на то, что эта может отвлечь меня на пару часов при подходящем очаровании.

Насмешливое лицо дерро было большим, чем мог вытерпеть Базальт. Со звериным рыком он бросился на дерро, а его пальцы сомкнулись на горле наглого Тейвара. Тот отреагировал быстро, врезав своим кованным кулаком в лицо Базальта. Гном холмов упал, угодив прямо в грязные рытвины. Его щека пульсировала, а приложенная к лицу рука быстро оросилась кровью.

Подгоняемый гневом и глупостью, Базальт встал на ноги и вновь напал на дерро. Он опустил голову и врезался ею в живот обидчика. Тейвар слегка подался назад, ошеломленный силой удара. Но потом лишь рассмеялся, увидев, как Базальт охватил руками ободранный скальп после столкновения с кольцами его брони.

— А теперь, на колени, холмовый гном, и прочисти мои башмаки! — загоготал он, выступая вперед.

Но между ними встала высокая фигура Молдуна.

— Этого более, чем достаточно! — человек уставился на Тейвара, а на его лице появилось неприкрытое выражение ненависти и отвращения.

— Убирайся отсюда, пока это не зашло слишком далеко! — предупредил он. Молдун поднял руки, будто чтобы оттолкнуть дерро от упавшего Базальта.

— Ты что делаешь, старик? — горный гном отступил, в гневе смотря на Молдуна.

Но глаза горного гнома еще более расширились от того, что перед ним появился человек. Он молниеносно вытащил меч, с криком:

— Это я здесь решаю, насколько далеко все зайдет! Сейчас я покажу, как в таких случаях поступают Тейвары!

Острый конец короткого меча вылетел вперед, рассекая передник и рубаху Молдуна, глубоко входя между его ребрами. Молдун отступил назад, а его рука прижалась к груди. Он, не веря собственным глазам, уставился вниз, пока алый душ заливал его передник, а из-под сжатых пальцев яркими лепестками уходила несущая жизнь влага.

У Базальта все еще шумело в голове от удара, когда он сквозь головокружение смотрел, как Молдун закачался и с плеском упал на грязную улицу. Хильди закричала и метнулась к нему, упокоив голову раненного у себя в руках.

Видя на лежавшего бесформенной кучей Молдуна, на его глаза, безмолвно уставившиеся в звездное небо, в этот момент кровь у Базальта превратилась в лед. Схватив тяжеленную планку, которая и послужила причиной встречи, он размахнул ней с небывалой для себя силой. Дерро, все еще сжимавший скользкий от крови меч, попытался уклониться, но доска достала его по бедру, от чего тот растянулся на земле. Меч вылетел у него из руки и вонзился грязь рукояткой вверх. Базальт бросился к нему. Но он не успел дотянуться, так как в бок врезалось тяжелое тело, оттолкнув его на улицу.

— Прекрати! — прорычал Тибальт за несколько дюймов от лица племянника, который трепыхался в грязи под ним. — В этом городе уже было достаточно убийств, и еще одно повешение нам здесь не нужно!

Базальт отчаянно извивался, все еще пытаясь дотянуться до ухмыляющегося дерро, пока другие гномы помогли Тибальту его урезонить. Он вновь рванулся вперед, изрекая звуки, мало чем похожие на слова.

— Хватит! — более твердо прорычал его дядя. Трое других гномов держали Базальта настолько крепко, что едва мог пошевелиться, не смотря на все его старания.

Констебль повернулся к дерро, рука которого тянулась к топорику на поясе.

— Ты пойдешь со мной. — сказал он. — Как только отдашь свое оружие. Насладишься городским гостеприимством.

Тибальт указал на здание ратуши, за полквартала от них, в котором находилась и городская тюрьма.

Дерро попытался возразить, но, очевидно, что-то в глазах Тибальта его остановило. Кроме итого, толпа вокруг них выросла до нескольких десятков зевак, все — гномы холмов. Некоторые из них, переговариваясь, смотрели с испугом на безжизненное тело Молдуна, хотя ни один из них не вышел вперед, чтобы помочь плачущей Хильди.

Пожав плечами, Тейвар подобрал свой короткий меч, вытер его от крови, вложил в ножны и, отстегнув пояс, передал его констеблю.

— Но он… Молдун… — Базальт давился словами от гнева, смотря, как дерро, сопровождаемый двумя охранниками, пошатываясь, шел вниз по улице. — Во имя Реоркса! — закричал он. — Дай мне свой топор и позволь прикончить его прямо здесь! — в его голосе уже звенело отчаяние.

— Пусть об этом позаботится закон. — коротко ответил Тибальт. — Здесь была уличная драка, есть куча свидетелей. Драка, которой можно было избежать…

Тибальт еще не закончил мысль, но Базальт уже понял, к чему он клонит. Он оглядел толпу, отчаянно ища понимающее лицо, но увидел лишь ужас и жалость. Он посмотрел на Хильди, которая баюкала безжизненную голову Молдуна, а потом подняла на него свои заплаканные глаза.

Неожиданно, Базальт понял, что больше не сможет смотреть в лица гномов Хиллоу.

Вырвавшись из толпы, он побежал прочь, за угол и вниз по боковой улице. Он вновь повернул, ввалившись в какой-то переулок, все еще не понимая, куда направляется. Ослепнув от собственных слез, он завернул еще за один угол, продолжая бег без направления. Наконец, его ослабшие колени и уставшие легкие заставили его замедлиться, а потом и вовсе остановиться. Задыхаясь, он облокотился на какой-то сарай.

Неожиданно, он услышал хихикающий детский смех. Неужто кто-то видел все постыдное происшествие и последовал за ним от трактира, чтобы насмехаться? Нет, невозможно… — должно быть, просто кто-то играет в переулке. И все же, Базальт находил их веселье раздражающим.

— Уходите прочь, мелюзга! — прошипел он сквозь зубы, не оборачиваясь.

Но это вызвало еще больше жестокого и навязчивого смеха.

Базальт, теряя разум, развернулся, готовясь выбить дух из своих маленьких друзей. Из глубокой тени, к нему подбежали два самых ужасных и чумазых ребенка, которых ему только доводилось видеть. Они перешли на бег, размахивая над головами бечевками, ремнями и веревками, напав на гнома холмов.

Они налетели на него, как крысы, заматывая его бечевками и веревками, оббегая вокруг. Один из них бросился на его спину, сбивая гнома на землю. Его голова, все еще болевшая от удара о кольчугу дерро, врезалась в грязь, и земля, нападающие и сам переулок закружились вокруг него с бешеной быстротой.

Все, что ему удалось ощутить — это запах своих противников. Пока он еще не вырубился, Базальт уже знал, что это были не крысы, а кое-что похуже.

А когда он уже утратил сознание, он все еще не мог ума приложить, зачем понадобился овражным гномам.

Глава 14

Занятная кража

На дне кружки оставалась мутная лужица масгейла. Питрик перекатил ее в одну сторону, потом в другую, наблюдая за ритмичными и симметричными движениями. Он смотрел за передвижениями осадка тоненькой струйкой туда и обратно, без которого в масгейле было не обойтись, не смотря на то, сколько он раз процеживался. От такого безыскусного зрелища он находил некоторое утешение. Тот факт, что это была уже шестая кружка за те многие получасовые периоды, был одновременно приятным и особенным. Ибо, если бы Питрик использовал масгейл, как превосходное лекарство, как шаг к расслаблению и более глубокому мышлению, он редко когда позволял себе так глубоко погрузиться в зелья, вызывающие привыкание. Злоупотребление было опасным занятием.

Колдун и так уже сильно привык к власти. Чтобы стать зависимым от чего-то еще, развить близость с чем-то еще, как он уже поступил с концепцией власти, это только сделало бы его более уязвимым.

И все же, кое-что еще уже отвлекло его внимание. Периан Циприн, офицер Личной Гвардии тана с огненными волосами, это она поглощала его мысли. Питрик еще раз перекатил остатки пойла в кружке, прислушиваясь к мягкому шепоту жидкости. Он раздраженно выплеснул содержимое кружки в огонь, а потом разбил сосуд о железную подставку для дров в камине. Низкое пламя стало ясно-синим, когда пролитое зелье вспыхнуло жизнью. Разбухая, подобно огню, меланхолия Питрика перерастала в злость.