Не трожь Техас! (ЛП) - Крейг Кристи - Страница 48

Никки взяла сотовый и посмотрела на входящий вызов.

– Гадство, – пробормотала она.

– Что гадство? – переспросила Нана.

– Это полицейский департамент Миллера. – Не иначе звонит Даллас или его брат Тони. Одно дело игнорировать Далласа, и совсем другое игнорировать полицейского, подозревающего тебя в убийстве.

– Ответь. Вдруг тот коп наконец вытащил голову из задницы и вычислил убийцу Джека.

Никки в этом сомневалась, но надежда умирает последней. Она нажала кнопку.

– Алло?

– Где ты? – потребовал ответа Даллас.

Ни «здравствуй», ни «прости». Никки узнала этот сердитый тон. Детектив использовал его прошлой ночью, когда она запустила в него венчиком.

– Меня забрала Нана. Я возьму у нее машину.

– Нельзя так исчезать, – отчитывал Даллас.

– Я не исчезала. Я предупредила твоего букмекера… – Она помедлила, чтобы до Далласа дошло, что она имеет в виду. – И я просила его передать тебе, что я ухожу.

Сыщик громко выдохнул.

– Он не мой… Ничего он мне не говорил.

– Я-то здесь причем?

– Почему ты смылась? – Рассерженный голос громко бу́хал из трубки, и Никки прекрасно понимала, что Нана слышит каждое слово.

«Пришлось сбежать от тебя, чтобы голова встала на место».

– Я не смылась. Мне нужно кое-что сделать.

– Это из-за пари? Ты все еще обижаешься?

Никки прижала телефон к щеке, надеясь приглушить звук.

– В этом все дело, да? – допытывался он.

«Да. Нет». Господи, да она понятия не имеет. Знает только, что больше не может находиться с ним рядом, поскольку сразу начинает возлагать на него определенные надежды. Как в свое время возлагала на родителей и Джека. Никки усвоила суровый урок – полагаться на кого-то, в итоге может быть очень болезненно. В настоящий момент она не могла позволить причинить себе новую боль.

Никки чувствовала, как Нана смотрит на нее, слушает и, вероятно, догадывается, о чем идет разговор.

– Ты весь день повсюду меня возил, и я ценю это, честно. Но у меня есть дела. Поговорим через пару дней.

– Тебе дверь починили? – спросил Даллас.

– Наверняка починили.

– Что случилось с твоей дверью? – вклинилась Нана.

– Но точно ты не знаешь? – Даллас помедлил. – Где ты?

– Наверное, мне пора.

– Никки… Если ты дашь мне возможность объясниться…

– Пока. – Она повесила трубку и выключила телефон.

Нана свернула на стоянку перед жилым комплексом дома престарелых и черепашьим шагом повела машину к зданию, в котором проживала, каждые несколько секунду поглядывая на внучку.

– Что происходит, Никки?

– Пустяки.

– Ты расстроена.

– Последние дни выдались тяжелыми.

– Что случилось с твоей дверью?

– Замок заело, – солгала Никки, и сделала это с почти чистой совестью. Ей не хотелось волновать Нану. – Управляющий обещал все исправить.

– Между тобой и этим сыщиком что-то произошло, не так ли?

– Ничего подобного. Просто он… Мне нужно побыть одной.

– Иногда маленькая компания не помешает.

– Не сейчас. – Никки выбралась из машины, Нана последовала за ней, встретив внучку по другую сторону автомобиля.

Бабуля протянула руки, сжав ладонями ее щеки.

– Загляни ненадолго перекусить. Могу сварганить партию кексов.

Слово «кексы» вернуло Никки к мыслям о Далласе и их коротким обнимашкам на полу спальни. Щеки моментально загорелись.

– Я лучше поеду.

– Ты в порядке… тошнота не беспокоит?

– Все хорошо. Я сытно пообедала.

Нана вздохнула.

Никки решила сменить тему.

– Ты точно не возражаешь одолжить мне машину? Моя будет готова только завтра. – Она сморгнула видение с Джеком, и сердце забилось сильнее. Когда это наконец прекратится?

– Господи, нет. Сегодня вечером у нас еще один генеральный прогон. Поеду с Бенни и Хелен.

Никки крепко обняла бабушку, впитывая ее любовь. Когда внучка отстранилась, Нана сказала:

– Ты не должна проходить через это в одиночку. Оставайся у меня. Посмотришь, как мы репетируем. Похохочешь немножко.

Никки вспомнила, что Даллас говорил, про навлечение неприятностей на голову Наны.

– За меня не волнуйся. К тому же… – Никки состряпала вполне убедительную улыбку, – я в курсе, что у тебя заночует Бенни.

– Не вижу ничего плохого в том, чтобы изредка принимать у себя хорошо воспитанного и порядочного гостя. – Нана указала пальцем на внучку. – Тебе следует попробовать.

– Попробую, когда найду парня такого же хорошего, как Бенни.

– А как же тот частный сыщик? Он вроде милый. И посмотреть на него приятно.

– Не мой тип, – солгала Никки. По какой-то причине она вспомнила, как за обедом Даллас обменял половину ее картошки на свои луковые кольца. Глупо, конечно, но после брака с Джеком как же приятно было насладиться едой с кем-то, кого не волновало, какую вилку она берет и ест ли руками многослойный бутерброд.

Нана нахмурилась.

– Знаешь, деточка, нет ничего криминального в том, чтобы на кого-то опереться.

– Я опираюсь… опираюсь на тебя. Вот, беру погонять твою машину. – И Никки делала это с тяжелым сердцем. Она хотела, чтобы именно Нана на нее полагалась.

Никки еще раз обняла бабушку.

– Не забудь принять лекарство от давления. Оно понадобится, если заглянет Бенни. – Она снова улыбнулась, переживая при этом бурю эмоций. Каким-то образом ей нужно встать на ноги – опять возглавить семью и найти способ оплатить кабельное Наны.

Нана нахмурилась, как будто видела внучку насквозь.

– Позвони, когда приедешь домой, хорошо?

Никки остановилась у запрещающего знака и попыталась определиться, что делать. Поехать домой, свернуться клубочком в постели и как следует поплакать, пока никто не видит, или отправиться в галерею и позаботиться о том, о чем нужно позаботиться.

«Плачут только слабаки», – звучал в голове мамин голос. Прикусив губу, Никки поехала в сторону галереи. При мысли, что придется вытирать кровь Эллен, у нее сводило желудок, но Даллас был прав. Теперь, когда она лично убедилась, что с подругой все в порядке, возвращаться в галерею было легче.

Припарковавшись, Никки направилась к входной двери, избегая смотреть на кровь сквозь стеклянную дверь, и принялась искать в сумочке ключи. В боковом кармашке их не было, в среднем тоже. Она достала бумажник. Давно пора прибраться в сумочке. Потрясла им, так и не услышав звяканья ключей.

И тогда она вспомнила, как отдала ключи Далласу.

– Чтоб тебя! – Никки прислонилась к двери. Открыв глаза, она осознала кое-что еще – в галерее горел свет. Она отчетливо помнила, как выключала его перед уходом.

Взгляд метнулся на пол, и мышцы живота инстинктивно напряглись, опасаясь нового приступа тошноты.

Но… ее не замутило.

Кровь исчезла.

Что же… Как?…

Никки потянулась к дверной ручке и, когда та повернулась в ее руке, поборола желание убежать. Вместо этого она достала из сумочки перцовый баллончик и шагнула внутрь.

В воздухе витал запах какого-то сильного чистящего средства. Кто же?…

Заработал кондиционер. Никки мертвой хваткой сжала баллончик. Она посмотрела на картины и убедилась, что ничего не пропало – хотя, вряд ли вор занялся бы уборкой, чтобы затем обчистить галерею.

Но тут послышались шаги.

Никки мгновенно вспомнила рассказ Эллен о том, как она заметила чье-то присутствие в галерее.

Никки прислушалась к шагам, доносившимся из коридора, который вел к кабинету в задней части здания.

Взгляд метнулся к входной двери. Незаметно добежать не получится, поэтому Никки попятилась к стене, чтобы не сразу попасться на глаза. Шаги приближались.

Топ. Топ. Топ.

Именно это чувствовала Эллен? Сердце колотилось так громко, что эхом отдавалось в ушах. В мозгу вспыхнули кровавые картины.

Шаги звучали все ближе – почти рядом с Никки. Паника брала верх. Держа палец на распылителе, Никки резко развернулась, брызнула, завопила и опрометью понеслась к выходу.