За горизонт. Дилогия (СИ) - Димитрюк Д А "Zlobniy" - Страница 168

Имеющий за душой только профессию водителя, Влад удачно нырнул в захлестнувшую страну волну повального сбора металлолома.

Тема лома набирала обороты, в точки приема лома и порты северной столицы выстраивались километровые очереди жаждущих поменять на бабло напиленное и нарезанное. Пировавшие среди захлестывающей страну разрухи деляги сотнями пускали под резак еще вчера работавшие предприятия.

Спокойный, следящий за машиной, всегда готовый на сверхурочные, не злоупотребляющий спиртным, у руководства Влад числился на хорошем счету. Ему даже стали доверять деньги для расчётов "За металл на месте".

Год жизнь катился как по маслу - Влад снял комнатку на окраине Питера, обжился, приоделся, денег родителям посылал. Не то, что бы жизнь удалась, но жаловаться было грех.

Однако "Теория вероятности" подсказывает, что за белой полосой обязательно будет полоса черная, все остальное лишь вопрос времени.

В один, по питерски прекрасный осенний денек - с мрачным свинцовым небом, противным моросящим дождичком и свежим, пробирающим до ливера, ветре с Балтики, выданные для расчётов за металл деньги пропали. Сумма пропала по меркам Влада приличная - две его годовых зарплаты.

Руководство конторы незадачливого водителя слегка пожурило, блеснув золотом перстня, погрозило толстым пальчиком. Сказало, что денег больше ему не возить, для этого у руководства поответственнее люди найдутся. И закусив стопку польского "Смирнова" ложкой черной икры, отправило Владислава трудиться дальше, но уже без паспорта и за вдвое меньшую зарплату.

Владу казалось, что вроде и обошлось, даже похудевшая вдвое зарплата была неплохими деньгами, тем более что можно было всегда продать на сторону немного солярки или завезти "не туда" чутка перевозимого металлолома. Но, оказалось, что на сумму долга накручивается невеселый процент. А проценты первой половины девяностых существовали вне законов математики и логики.

Из разговоров с другими водителями Влад выяснил, что не один такой наивный и что добром подобная ситуация не разрешится. Начал даже продумывать вариант бегства обратно на родину в Тирасполь, тем более что конфликт вроде как миновал самую горячую фазу. Но, без паспорта особо не разбежишься.

В придорожном шалмане, за кружкой до неприличия разбавленного пива, Влад поведал свои проблемы бывшему ротному командиру, случайно встреченному на заправке. Ротный послушал, посоветовал не вешать нос и вообще смотреть на жизнь веселей, а главное ждать от него весточки.

Влад стал ждать, слабая надежда лучше, чем никакой, а ротный имел прочную репутацию человека, у которого слово НИКОГДА не расходится с делом.

Две недели спустя ротный ураганом ворвался в унылую жизнь Влада.

Бухой хозяин квартиры, в которой Влад снимал дальнюю комнатку, имел неосторожность поинтересоваться, - Какого товарищу офицеру надо в два часа ночи. Люди тут отдыхают культурно, а он, понимаешь, мешать изволит.

Развить мысль хозяину квартиры не удалось в виду внезапной потери сознания. "Культурно" отдыхающие гости квартиры, получив строгий наказ - до весны не появляться по данному адресу, подхватили уполовиненную бутылку спирта "ROYAL" и, с опаской косясь на сползшего по стене собутыльника, исчезли из квартиры до теплых времен - умеет ротный убеждать.

За кружкой обжигающе горячего, кирпичного цвета, чая ротный сделал Владу предложение, от которого нельзя отказаться. Суть предложения сводилась к следующему, если Влад готов вместе с ротным сменить страну проживания и никогда больше не возвращаться в Россию, то продолжаем разговор дальше.

Если нет, то давай сынок готовься вкалывать за еду, ибо проценты.

Из плюсов - там всегда тепло, как в Африке. И так же дико - это скорее минус.

Получив согласие, ротный потер красные от хронического недосыпа глаза, вытащил из кармана пачку гематогена, хрустнул упаковкой и перешёл к деталям.

Время "Ч" через тридцать восемь дней. Ага, как раз под новый год. И рассказывать кому либо, куда он собрался и зачем, решительно незачем.

- Что такое военная тайна еще не забыл? - поинтересовался ротный. А раз не забыл, должен понимать, чем это чревато для ротного и еще более чревато для тебя, Владик, лично. Дальше. Готовишь машину, твой рабочий "МАЗ" самое то, что доктор прописал, а усиленная под перевозку металлолома шаланда идеально вписывается под наши задачи. Ищи дополнительные баки, вешай дополнительные запаски, мастери усиленный бампер, тащи все запчасти, до которых сможешь дотянуться. Двигатель с коробкой, можешь? Прекрасно. А два? Два нет, ну тогда думай, что брать. Ротный примерно описал границы потребного. Консервы, чай, сахар и прочие продукты по максимуму. Оружие, если есть возможность, можно даже насквозь криминальное, но риск в процессе добывания оружия исключить полностью. Лучше быть безоружным, но вовремя и нигде не засвеченным. А ствол найдётся. Особо ротного интересовал, не попадался ли Владу бронелист и отправленная на разделку бронетехника?

Пять недель Влад носился, как проклятый, всеми правдами и неправдами готовил машину, доставал запчасти, сливал про запас топливо и масло. Эхо войны отозвалось копанным, но вполне рабочим хитом сезона - ТТ, отреставрированным умельцами ДП и видавшим виды ружьишком двенадцатого калибра. Времена наступили такие, что в околокриминальном бизнесе оружия было много, и стреляли из него часто.

К указанному сроку Влад похудел на четыре кило, заработал резь в глазах от хронического недосыпа и превратил свою комнатушку в склад коробок и мешков.

Заскочивший в гости, ротный старания подчиненного оценил "На отлично", пообещал подумать насчет дисков к ДП и подтвердил дату убытия.

В сытые восьмидесятые страна отмечала новый год легко и с размахом - оливье, шампанское, обязательные "Чародеи" и "Ирония судьбы" в телевизоре. Праздник вернется позже - уже в следующем веке, с салютами, шампанским и бесконечными старыми песнями о главном.

А пока, пока в стране было темно, холодно и страшно. В тусклом свете единственного на всю улицу работающего фонаря застыла туша груженого МАЗа. Колючие злые снежинки, пытались зацепиться за гладкие стальные бока огромного - почти в половину длины шаланды станка "ДИП 300", засыпали сложенные у кабины бочки и паллеты кислородных баллонов, пытались пролезть под складки брезента и посмотреть, что же за агрегаты там спрятаны.

В комнатке на третьем этаже старого, еще довоенной постройки, дома молодой мужчина сидел напротив закутавшегося в старый плед, жмущегося поближе к едва теплой батарее мальчишки.

- Дядя Владик, а ты совсем от нас уезжаешь? - вечно голодный пацаненок вяло - через силу, откусил кусочек от новомодного лакомства - батончика "Snickers".

- Совсем, - взрослый отвел глаза.

- Навсегда? - с наивной надеждой на чудо переспросил ребенок.

- Навсегда, - хрипло выдавил из себя взрослый.

В отношениях Влада и парнишки было что-то печально трогательное.

Влад знал, что такие вот гостинцы зачастую были для мальчишки единственной едой за день. Причем последние месяцы это происходило практически постоянно.

Снял комнату Влад еще у матери паренька - уже немолодой, тихой, аккуратной и очень доброй женщины, работавшей в местной библиотеке. Деньги со сдачи комнаты были ощутимой прибавкой в бюджет семьи, но даже не это было главным. Главным было присутствие в доме еще одного не обиженного здоровьем мужика.

Влад держал в рамках отчима паренька - медленно, но неуклонно опускавшегося.

В начале лета, через два дня после того, как парнишка закончил первый класс, его мать умерла. Официальный диагноз гласил - обширный инфаркт. Влад подозревал, что тут не обошлось без участия отчима, в отсутствие Влада регулярно занимавшимся кухонным боксом. Опрос мальчика ясности не внес, масть отправила сына гулять, а когда он вернулся, ее тело уже увезли в морг.