Затерянные в солнце (СИ) - "ВолкСафо" - Страница 141

Лэйк встретилась глазами и с Мари, которая просто смотрела, долго и тоскливо, и в глазах ее стояли едва сдерживаемые слезы. Этот взгляд ранил больше всех, ножом вонзившись между ребер и принявшись резать как по живому. Лэйк отвернулась, глядя вперед. Мы все платим, Мани. Все, до единой. Невозможно купить жизнь дешево, за нее нужно бороться. И только те, кто будут сражаться, выживут.

Потом через толпу разведчиц протолкалась вперед какая-то Ремесленница. Лэйк прищурилась, пытаясь понять, кто это, но это было сделать сложно: лицо анай закрывал от мороза шарф, виднелись только глаза. Судя по комплекции, она была или кузнецом, или каменщицей: на широких плечах форма едва не трескалась. Низко поклонившись Великой Царице, Ремесленница негромко проговорила:

- Я буду сражаться за тебя, Великая Царица. Веди.

Та кивнула, а потом неуклюже подняла ее с колен и протянула руку, которую Ремесленница с почтением пожала. Рев толпы начал возрастать, когда между разведчицами вперед стали протискиваться и другие Ремесленницы, одна за другой становившиеся на колени перед Великой Царицей и неловко бубнящие под нос присягу.

Лэйк поискала глазами стоящую с краю рядов разведчиц Найрин и едва заметно кивнула ей. Та кивнула в ответ, шепнула что-то Эрис, и они вдвоем шмыгнули в толпу, а следом потянулась Торн. Никто не обратил на их уход внимания: все были заняты тем, что сейчас происходило перед шатром Магары.

Сама царица дель Лаэрт подошла к Лэйк и встала рядом, наблюдая вместе с ней, как одна за одной Ремесленницы принимают из рук Великой Царицы благословение на бой. Пахло от нее удовлетворением и азартом.

- Я недооценила тебя, Лэйк дель Каэрос, – негромко проговорила Магара, наклонившись к ее уху. – Или, возможно, не тебя, а то, что между ног у твоей сестры. Не думала, что оно может быть настолько ценно.

- Поосторожнее, царица, – предупредила ее Лэйк, и головы не поворачивая. – Ты сейчас говоришь не только о моей сестре, но и о будущей Держащей Щит народа анай.

- Пока что она еще не Держащая Щит, – хмыкнула Магара. – Вот как только станет – тогда, поверь, я буду самой осторожной и аккуратной на свете. – Она помолчала, потом продолжила. – Наверное, мне даже стоит извиниться перед тобой. Меня ввел в заблуждение твой возраст и физические данные. Поначалу мне казалось, что у тебя только задница крепкая, чтобы выдерживать шлепки Ларты, а теперь вон видишь, оказалось, что и внутри тоже что-то есть.

Лэйк не знала, что на это ответить, ожидая продолжения. Магара вновь усмехнулась и покачала головой, а потом со смехом в глазах взглянула на нее.

- Ну что ж, дель Каэрос, должна признать, обошла ты меня. И мне приятно, что хоть кто-то из вас, ничтожеств, смог это сделать. А потому все наши договоренности остаются в силе. И я подумаю насчет Обмена. Если в твоем занюханном клане есть такие же мозгастые как ты, они мне явно пригодятся.

- Взаимно, Магара! – Лэйк почувствовала, что улыбается, протягивая Лаэрт ладонь. Ответное рукопожатие было крепким и уверенным. – Позволю себе заметить, что по темпераменту Дочери Воды ни в чем не уступают моим сестрам и придутся им как раз по вкусу.

- По своему опыту говоришь? – фыркнула Магара. Потом хлопнула ее по плечу. – Ладно, не обижайся. В конце концов, вы оказались на самом деле не такими уж и рвотными, как я думала лет десять тому назад. Так что думаю, сработаться мы в дальнейшем сможем. – Она вновь взглянула вперед на спину Великой Царицы и тяжело втянула носом воздух. А потом сказала, понизив голос: – Можем начать прямо сейчас. Судя по всему, нам с тобой предстоит теперь дежурить у шатра Тиены, пока эта бхара спит. Потому как боюсь, что после сегодняшнего может найтись много желающих зарезать ее во сне.

- Она же Великая Царица! – поразилась Лэйк, глядя на Магару. – Кто же ее тронет?

Магара покосилась на нее, потом покачала головой.

- В чем-то ты умная, Каэрос, а в чем-то – будто дите малое. Если ты простила кортов за то, что они зарезали твоих родителей, это еще не значит, что все так могут. Не говоря уже о том, что теперь Ремесленницы встанут в строй вместе с остальными. Кое-кому это может очень не понравиться.

Взгляд Магары мазнул по Руфь, и Лэйк тоже повернулась к ней. Лицо Дочери Земли исказилось, и пахло от нее ненавистью. Развернувшись на каблуках, она быстро ушла прочь, даже не став дожидаться окончания церемонии приветствия Великой Царицы, а следом за ней потянулись еще более хмурые охранницы из числа дель Раэрн.

- Я всегда говорила, что фригидные бабы хуже, чем ядовитые змеи у тебя в белье, – поморщилась Магара ей вслед. – Никогда не знаешь, что такой взбредет в голову. А уж если ей что-то и взбрело, то жди беды.

Глядя на напряженную, сведенную судорогой гнева спину быстро удаляющейся Руфь, Лэйк не могла с ней не согласиться. Их неприятности, судя по всему, еще не кончились, а только начинались. На все воля Твоя, Огненная. На все воля Твоя.

====== Глава 31. Время не ждет ======

Сердце в груди сжалось в твердый, пульсирующий болью комок и отчаянно ныло, словно старая рана, но Тиена приказала себе не чувствовать его плач. Лэйк была права во всем, они не справятся одни, как бы ни пытались. Конные корты сражались плохо, анай рвали их на куски с легкостью, а вельдов на ящерах было слишком мало для такого огромного количества врагов. Не говоря уже о ведунах. Я должна использовать всех анай до последней. Прости меня, Великая Мани.

Иллиум туманил разум, и от него перед глазами все слегка расплывалось, но Тиена чувствовала что-то вокруг себя. Ощущение было до боли знакомым, похожим на то, что много-много лет назад она испытала в Источнике Рождения. Присутствие. Чистое, мощное, расходящееся по телу золотыми волнами присутствие чего-то гораздо большего, чем она сама. И во лбу Тиены, где теперь по велению Небесных Сестер была татуировка горящего золотого ока, это присутствие обретало полноту и жизнь. Усиленным иллиумом восприятием она чувствовала, как что-то огромное смотрит через нее, словно через канал. Как будто кто-то использовал ее голову, как окно в физический мир для того, чтобы наблюдать за происходящими событиями. Думать было крайне сложно, и у Тиены возникло смутное чувство, что кто-то руководит всеми ее мыслями и движениями. Вполне возможно, так оно и было на самом деле.

Она больше не ощущала страха или неуверенности, только бесконечную глубокую скорбь. Ремесленницы, что вставали перед ней на колени в снег и склоняли головы, отдавая себя ее воле, должны были быть не здесь. Они должны были, напевая божественные мантры, подтыкать длинные подолы платьев за пояс и, купаясь в солнечных лучах, жать золотую рожь на бескрайних полях становищ анай. Они должны были ворошить волосы своих крохотных дочурок, играющих где-то под задумчиво склоняющимися к воде ветвями ивы, и печь теплый хлеб, помнящий прикосновение их добрых рук. Они должны были работать в кузнях, делая замысловатые вещицы, чтобы порадовать своих любимых, или строгать шершавое дерево, вкладывая в него охранные молитвы, чтобы то хранило будущие дома. Или лепить горшки, в которых зерно никогда не испортится, или ткать разноцветные рубахи с цветами по вороту, или играть на тонких сверельках на высокогорных пастбищах, из прохладной тени деревьев приглядывая одним глазом за мохнатыми овцами. Умирать было не их делом, не их заботой. Умирать нужно было тем, кто умел это делать и готовился к этому всю жизнь.

Как же я ненавижу эту войну, Великая Мани! Тиена услышала скрип собственных челюстей. Мы должны закончить ее, раз и навсегда. Здесь и сейчас.

- Магара, – Тиена повернула голову, ожидая, когда царица Лаэрт подойдет к ней. Та почтительно склонила голову и сделала шаг вперед, хоть в ее глазах еще и играл азартный огонек вызова. – Пошли гонцов к кортам. Мы будем говорить с ними о мире.

- Слушаюсь, Великая Царица, – голос Магары был полон почтения, и никто не смог бы придраться к ее тону. Все портили только бесы в глазах. – Только, боюсь, что не все мы будем говорить с ними о мире.