Затерянные в солнце (СИ) - "ВолкСафо" - Страница 163

Наверное, у меня просто шок. Мне нужно слегка прийти в себя и отойти от всего этого, тогда я и смогу осознать все, что произошло за последние полчаса. А может, и нет.

- А тебя-то как угораздило? – Леда взглянула в горящий глаз Ночного Лезвия. – Мани, что ли, была сальвагом?

- Нет, – дернула плечом Ая, сверкая жемчужным клыком. – Когда испытание проходили на Младших Сестер, напоролись на пещеру, в которой жил сальваг. Он оставил мне это, – ее палец указал на повязку через все лицо. – А с его безумием я справилась самостоятельно, хоть и тяжеловато было. А потом оказалось, что не такой уж и плохой дар он мне сделал. – Она подалась вперед, напряженно глядя на Леду. – С ними можно договориться и нужно это сделать. Сейчас наступает время, когда все старые скрепы рушатся, все обычаи, обряды и традиции, выстроенные на лжи и старой ненависти, рассыпаются в труху. Если все, что тебе сказала Магара, – правда, то твоя дорогая Лэйк собственными руками добивает то, что осталось от бессмысленного багажа, который мы тащили на себе тысячи лет, от нашей былой вины и лжи. Теперь пришло время все изменить. Они выйдут сражаться с нами, Леда. Но мне нужно, чтобы ты передала их волю Лэйк, чтобы ты договорилась с ними. Они горды и надменны, они не простили анай за то, что те сделали с ними, но все эти годы они помогали нам, не давая умереть с голоду, ради тех, в чьих жилах текла наша общая кровь. – Глаз Айи полыхнул внутренним огнем, став уж совершенно точно алым, как пламя Роксаны. – И сейчас они могут помочь нам отбить Данарские горы, ведь это и их дом тоже. Помоги мне, Леда, и ты получишь армию.

- Сколько их? – Леда ощутила, как пересохли губы, а голос охрип почти что до шепота.

- Около десяти тысяч, – тихо ответила ей Ая.

Последняя капля сорвалась с немыслимой высоты и упала в чашу, переполненную до предела. И это было все, действительно все, та самая грань терпения Леды, после которой его уже не существовало. Она поняла, что смеется, хохочет во все горло, хватаясь за живот и сгибаясь пополам на глазах у остолбеневшей от удивления Айи. Десять тысяч сальвагов, среди которых бродили те, что когда-то были анай. Поистине, Грозная, чувство юмора Твое не знает пределов!

====== Глава 36. Волчья сестра ======

- Я сказала что-то, что показалось тебе забавным? – недовольно выгнула бровь Ая.

Леда только подняла в ответ ладонь и покачала головой, содрогаясь от последних приступов истерического смеха. Десять тысяч сальвагов, которые готовы помочь им. Да этого хватит, чтобы отбить Рощу Великой Мани, и еще останется! Кто же мог предполагать, что они найдут союзников в лице своих давних, кровных врагов?

- Все хорошо, – сообщила Леда, заставляя себя выпрямиться и успокоиться. – Это просто нервное.

- Давно к тебе ведьма твоя в палатку не заходила, вот нервишки и шалят, – сухо обронила Ая. – Ну а теперь, раз уж мы закончили с концертом, пойдем-ка со мной, первая.

- Куда? – взглянула на нее Леда.

- С сальвагами договариваться. Или ты хочешь, чтобы они сами к тебе пришли? – тон Айи был насмешливым.

Одна мысль о том, что будет, если десять тысяч громадных бестий окружат армию анай в этой долине, моментально остудила веселость, и Леда кивнула головой:

- Веди.

Ни слова не говоря, Ая развернулась и зашагала в сторону темнеющего впереди леса. Походка у нее была пружинистая и мягкая, будто у зверя, подкрадывающегося к добыче.

Они миновали занесенные снегом пни и выворотни, оставив за спиной спящий лагерь анай, и вступили под темную гряду леса, выглядящего в этот час неприветливым и опасным. Темные стволы деревьев образовывали почти что непроницаемую стену. От ветров большая часть снега с колючих ветвей уже осыпалась, и теперь сквозь них проглядывало далекое холодное небо. В лесу стоял неумолчный треск лопающейся коры, и Леда даже не слышала хруста, с которым ее сапоги проламывали толстый слой ледяной корки, сковавшей в эти морозы сугробы.

Ая шла чуть впереди нее, и когда она оглядывалась по сторонам, Леда видела, как слегка фосфорицирует во тьме ее оставшийся глаз, ловя и отражая слабый свет звезд и мерцание снега. Даже сейчас она еще была не до конца уверена в том, правильно ли поступает. Сальваги хотели помочь, и их помощь сейчас была крайне необходима анай, да и сами они опасности не представляли, во всяком случае, Леде хотелось в это верить. Лэйк ведь тоже была сальвагом, совершенно спокойно контролировала себя, и в ее верности анай сложно было сомневаться. Богиня, да она же теперь царица! Леда только покачала головой. Несмотря на приступ смеха, шок от всего происходящего так никуда и не делся, а в голове было звонко пусто, будто в вычищенной до блеска песком кастрюле.

Но оставался и еще один вопрос: имеет ли право Леда заключать с сальвагами договор от имени всех анай? И что скажет Лэйк, когда они принесут ей такие вести? Что будет, если каким-то образом правда о ее крови откроется народу? Ведь на трон-то взошла анай Лэйк, провозглашали ее царицей именно как анай, и не выйдет ли ей боком то, что одним из первых своих указов она заключит союз с сальвагами?

Роксана! Да она же уже умудрилась замириться с кортами, бхара ты бестолковая! Думаешь, на их фоне сальваги будут выглядеть злом? Леде оставалось только качать головой и гадать, каким образом все это могло произойти. Она прекрасно помнила ненависть Лэйк к кортам, а теперь та не только подружилась с их предводителем, но еще и вечный мир провозгласила. Боги, как хорошо, что меня не было на Сером Зубе, когда эти дуры собрались идти в Железный Лес! Была бы сейчас такая же, как и они! С другой стороны, это одновременно вызывало и зависть. Ничего подобного им с Эней даже и в голову прийти не могло, а уж они-то всегда ввязывались в самые странные и сомнительные авантюры их всех возможных. И вот теперь Лэйк их обыграла. И почему только Фатих ничего не сказала ей о сестре? Леда почти что печенкой чувствовала, что уж кто-то, а Эней-то точно подвязалась бы на что-то подобное и никогда не упустила бы шанса посетить запретный Кренен. Так где же тогда она была? С Лартой?

- Много интересного порассказала твоя ведьма, – задумчиво заметила шагающая впереди Ая. – Судя по всему, молодая царица обещает быть самой неординарной из всех, какие только были у Каэрос. Сложно поверить во все то, что она успела вытворить за последние три месяца.

- У меня нет причин сомневаться в словах Фатих, – заметила Леда, глядя в спину Айи. – Да и Магара там была и слова поперек не сказала.

- Да я и не говорю, что зрячая могла исказить правду, – пожала плечами Ая. – Просто все это… немыслимо. Начиная с Кренена и заканчивая миром с кортами.

- Да уж, – буркнула Леда, продираясь через сугробы.

- Наверное, в ее крови действительно кипит Роксана. Другого варианта я просто не вижу, – Ая немного помолчала. – Случаются иногда те редкие моменты, когда Богиня избирает кого-то для лишь одной Ей ведомой цели. Но я никогда не думала, что такое произойдет на моей памяти, и уж тем более – что это будет твоя подруга.

- Думаю, ей тоже от этого радости мало! – хмыкнула Леда, вспомнив рассказ Фатих о Последней Епитимье Лэйк. Наверное, зверь в крови прибавил ей сил, чтобы все это выдержать. Вряд ли, какой бы сильной она ни была, Лэйк смогла бы пережить такое сама.

- Зато теперь у нее развязаны руки делать то, что должно быть сделано, – проговорила Ая, и на это Леде ответить было нечего. На том разговор и увял.

Они шли долго, пробираясь сквозь холодную чащу леса, что никогда раньше не знал анай. И вот теперь они появились в этих краях и, пусть и не намерено, истребили здесь все живое. Леда оглядывалась по сторонам и думала об этом, и внутри становилось все темнее и темнее. Конечно, можно было обвинить во всем ондов, засевших в Роще Великой Мани, но ведь это никоим образом не уменьшало и вины анай. Сколько понадобится лет здешним лесам, чтобы тут снова завелась дичь? Сколько будет расти выжженный лес, сколько нужно будет, что вновь развелась рыба? Наверное, когда-то они вот также пришли в эти горы и прогнали отсюда сальвагов, как теперь пытались их выдавить онды. Ведь ситуация не слишком отличалась: и те, и другие явились из ниоткуда и принялись жечь, разорять и рушить все, что было построено до них, жестко и бескомпромиссно, без единой попытки как-то договориться. Причем, анай на фоне ондов смотрелись еще хуже в этой ситуации: у них ведь был разум, и они прекрасно понимали, что делают. И продолжали делать.