Затерянные в солнце (СИ) - "ВолкСафо" - Страница 165

Атмосфера вновь изменилась, став ощутимо холоднее. Синие глаза вожака сощурились, глядя на Леду пристально и оценивающе. Ая отвернулась от него и тоже взглянула на Леду, открыто и спокойно.

- Они давно уже не помнят, как перекидываться обратно в человеческое тело, Леда. Прошло две тысячи лет, память об этом истаяла среди тех, кто выжил во время завоевания анай Данарских гор. Слишком много времени провели они в звериных шкурах, прячась среди волчьих стай, чтобы не быть обнаруженными. Кое у кого из них один из родителей был волком или волчицей, что вообще не позволяет даже помышлять об изменении облика, другие просто не помнят, как это делать, и перекидываются только в полнолуние, совершенно неосознанно, не понимая, где они и что происходит. К их числу, например, относится и Сейтар, – Ая кивнула на вожака сальвагов.

- Так это его костлявый зад я давеча наблюдала? – хмыкнула Леда. Вожак слегка опустил голову, и в этом ей почудилась ответная ухмылка. Она взглянула на Айю. – Да даже если и так. У меня еще нервы крепкие, а ты представь, что будет, если какая-нибудь насосавшаяся иллиума Жрица узреет такое? Вот тогда-то точно жди беды.

Ая взглянула на вожака, некоторое время молчала, потом вновь развернулась к Леде.

- Сальваги обещают не подходить к становищам анай и не вступать с ними в прямой контакт без крайней необходимости. И за это просят безопасность себе и своим щенкам.

Леда еще раз внимательно оглядела вытянутую морду вожака Сейтара. Оставалось только гадать, насколько у них в действительности звериный интеллект. Леда помнила, что рассказывала ей о сальвагах Лэйк. По словам той выходило, что они вообще не помнят, кем и чем были раньше, став по-настоящему зверями, просто зверями с чуть более высоким уровнем сознания, чем у обычных волков. С другой стороны, Лэйк встречала из них всего одного – где-то недалеко отсюда, в ущелье в горах Раэрн, – и посчитала, что он последний представитель ее народа. Теперь же оказывалось, что это вовсе не так. Сальвагов было гораздо больше, чем могла бы даже подумать Леда. Нельзя было упускать такую армию. Не говоря уже о том, что действительно было проще договориться с ними, чтобы потом, после войны, они не припомнили старые обиды, когда анай будут ослаблены и уязвимы. Да что говорить о времени после войны. Сейчас становища и деревеньки кланов остались абсолютно беззащитными: все Воины находились на фронтах. А это означало, что сальваги могут за несколько дней полностью истребить весь их народ, и царицы даже отреагировать на это не успеют.

Вожак ждал, глядя на нее, и в глазах его не было ничего, кроме спокойного терпения. Если в них было больше от зверей, чем от животных, то и людская изворотливость им, скорее всего, была уже не знакома, или слишком давно ими забыта. А это означало, что им можно доверять. Наверное… Роксана, ну не создана я для таких вещей! Мне бы лучше меч в руки да кривоногую тварь навстречу, которую нужно порубить на мелкие кусочки. А переговоры пусть ведут те, у кого это лучше получается.

- Ладно, допустим, на таких условиях мы сможем договориться, – проговорив это, Леда ощутила, как тиски холода почти что выморозили брюхо изнутри. А еще, как что-то неуловимо повернулось в мире. Богиня, надеюсь, я все правильно делаю. – Только вот мне бы хотелось получить какое-то официальное подтверждение того, что только что произошло. Вряд ли вы, ребята, умеете писать, но давайте хоть приблизительный текст договора на бумажке набросаем, а вы мне его лапой припечатаете, надкусите…

В воздухе вновь ощутимо запахло земляникой, и Леда ощутила, что окружающие ее сальваги улыбаются. Они не изменили поз, но что-то в щурящихся глазах и наклоне голов стало менее напряженным. Леде и самой было смешно. Перед внутренним взором возникла картина сальвага с зажатым в лапе пером, который пытается подписать договор, старательно высунув язык набок, и Леда невольно улыбнулась.

- Сейтар предлагает кое-что другое, – Ая тоже улыбалась Леде, но в ее лице было что-то хищное, что-то опасное и необузданное, как лесной пожар. Богиня, благодарю Тебя, что сплю не с ней.

- Что? – осторожно спросила она.

- Обмен кровью.

Ая произнесла это так буднично, словно речь шла о цене на масло или лучшем времени для стрижки овец. Леда быстро взглянула на вожака сальвагов. В его взгляде появилось что-то, крайне напоминающее лукавство. А изнутри поднялось горячее чувство стыда. Помнишь, как когда-то приставали с Эней к Лэйк, чтобы та вас покусала и сделала сальвагами? А она отнекивалась и пряталась от вас, явно чувствуя себя некомфортно. Напросилась, деточка?

- А это… не опасно? – Леда взглянула на Айю. – Я не обрасту шерстью? Не думаю, что нареченная оценит, если у меня появится хвост.

- Ничего с тобой не будет, первая, – хмыкнула Ая. – Просто посильнее и повыносливее станешь. Решайся. Всю жизнь же вытворяла не пойми что, а сейчас трусишь. Ну разве это дело?

- Да и не трушу я вовсе, – пожала плечами Леда, надеясь, что красные щеки припишут ледяным когтям мороза. – Я просто никогда раньше не браталась с волками, вот и выясняю возможные побочные эффекты.

- Их не так уж и много, – сверкнула жемчужным клыком Ая. – Так что просто расслабься и получай удовольствие.

Сейтар двинулся навстречу Айе и слегка приподнял правую переднюю лапу. Та, вытащив из ножен долор, осторожно присела перед ним на колени и легонько полоснула лезвием по мягкой части выше коленного сустава. Волк даже не дрогнул, спокойно глядя синими глазами на ее макушку, а из ранки на его ноге по серебристой шерсти побежали рубиновые капли.

- Давай-ка поскорее, первая, – проговорила Ая, поднимаясь с колен и бросая на Леду насмешливый взгляд. – Скорость регенерации тканей у сальвагов очень высокая, рана заживет через несколько минут.

Пораженная тем, что она действительно это делает, Леда вытащила из ножен долор Фатих и вскрыла им ладонь. На холоде боль даже не почувствовалась, лишь слегка засаднило где-то в глубине мяса. Сальваг ожидающе смотрел на нее, и в его глазах отражалась морозная зимняя ночь. Леда пошла ему навстречу, и это было достаточно страшно, примерно так же, как стоять перед многотысячным строем ондов, катящихся прямо на тебя неостановимой волной. Челюсти у сальвага были размером с ее голову, а силищи в жилистом теле, скорее всего, побольше, чем у Ларты.

Судорожно вдохнув, Леда заставила себя наклониться и присесть в снег возле лапы зверя, чувствуя его пасть прямо над своей шеей и гоня прочь мысли, что ему достаточно лишь один раз клацнуть зубами, чтобы перебить ей позвоночник. От его шкуры остро и сильно пахло зверем, охотой и свободой, а еще зимой, и запах этот показался ей смутно знакомым. Так пахло от Лэйк, внезапно поняла Леда, и это придало сил. Глубоко вздохнув, она прижала располосованную ладонь к лапе сальвага и слегка сдавила, смешивая кровь.

Под ладонью чувствовались жесткие неподатливые мышцы зверя, а на ощупь он был теплым. Леда подержала ладонь, давая возможность крови перемешаться и прислушиваясь к собственным ощущениям. Во всяком случае, ничего страшного с ней не происходило. Разве что ладонь сильно закололо, а внутри внезапно стало свежо, очень свежо, словно в раскаленный полдень она напилась студеного кваса. Потом неожиданно горячее смрадное дыхание обожгло лицо, и шершавый язык прошелся по ее лбу. Леда удивленно охнула, отдергиваясь прочь от зверя, и наткнулась на смеющиеся синие глаза Сейтара. Они были сощурены совсем как у человека, и Леда готова была поклясться, что зверь улыбается.

- Ну, вот и все, – улыбнулась Ая, глядя, как Леда поднимается с колен и отряхивает мокрые от снега ладони. – Договор заключен. Война между анай и сальвагами закончена раз и навсегда.

Сейтар приподнял узкую морду и хрипло взвыл, к его зову присоединились и остальные сальваги. Ночь разрезал их дружный рев, в котором Леде послышались почти что человеческие крики. Сама она только судорожно дышала, оглядываясь по сторонам и надеясь, что не совершила ошибки.