Затерянные в солнце (СИ) - "ВолкСафо" - Страница 236

На фронт отправились и ведуны вельдов, за исключением Дитра, который остался в лагере вместе с Тьярдом. Он попросил разрешения напоследок переговорить с Анкана, и Тьярд ему это разрешение дал. Сами вельды тронуться с места пока не могли из-за макто: те так и не вышли из своего коматоза. Мрачный Тьярд уведомил Великую Царицу о том, что вельды присоединятся к армии анай позже, как только справятся со своими проблемами, а пока отправил на фронт всю оставшуюся армию кортов под командованием Лейва Ферунга. Лэйк уже успела насладиться видом раздувшегося от важности Лейва, который ехал в первых рядах длинной вереницы конницы на север с таким видом, словно сами Богини благословили его на этот поход. Впрочем, это было дело Тьярда, он знал, что делает, и Лэйк доверяла ему достаточно для того, чтобы не лезть не в свое дело.

Они достигли расщелины в земле глухой ночью, когда вокруг не было видно ни зги, а холод стоял такой лютый, что легкие в груди вымерзали насквозь. Впрочем, кое-кому в эту ночь было гораздо хуже, чем им. Изможденные ведуны с фронта вперемешку с теми, что только что прибыли в распоряжение Аруэ дель Нуэргос и Держащей Щит, растянулись цепью вдоль всей расщелины через каждые пятьсот метров, и на этом дежурстве им нужно было провести столько времени, сколько понадобится остальной армии анай для подхода сюда. По прикидкам Лэйк первые части из самых ближних становищ Раэрн должны были подойти уже этим вечером, а вот остальных придется ждать еще дня три, не меньше. Это нисколько ее не радовало, однако то, что Эрис сделала с армией дермаков, давало им небольшую передышку и еще немного времени на то, чтобы собрать все силы, которые имелись в их распоряжении.

От холода кожу моментально стянуло морозцем, и Лэйк прищурила единственный глаз, глядя на север. Через весь Роур видимая лишь для ее волчьего зрения вставала разноцветная, переливающаяся, полупрозрачная стена, на таком расстоянии казавшаяся совсем низенькой. Однако, Лэйк знала, что стена эта той же высоты, что и Серый Зуб, если не больше, и от этого становилось не по себе. Если Эрис в одиночку смогла создать вот это… Великая Мани, она по праву – Твоя дочь и Держащая Щит анай. Ей суждено было родиться для этого, и она несет Твою волю.

В сером небе к северо-западу мелькнула какая-то вспышка, потом еще одна, и все потухло. На большом расстоянии не было видно, что там, но Лэйк знала: это ведуны стахов пытаются пробиться сквозь выставленную анай и вельдами стражу, и Боевые Целительницы по цепи передают сигнал предупреждения о том, где была осуществлена попытка прорыва. Впрочем, сейчас уже все более-менее затихло. На фоне серого неба стахов было видно издалека, и они не рисковали тратить силы на попытку прорваться через расщелину при дневном свете. То ли дело ночью, когда небо ежеминутно полыхало то здесь, то там, и ветер доносил издали отдаленные хлопки взрывов.

Лэйк молилась, чтобы ведьмам хватило сил продержаться до подхода Способных Слышать из становищ, которые смогут сменить их на посту. Эльфы пообещали помочь и поддерживать их силы. Оказалось, что у Шариса нашелся какой-то странный напиток, напоминающий яблочный сидр, который прекрасно тонизировал и придавал сил. Вот только запасы его с собой у эльфов были явно не настолько большие, чтобы долго поддерживать ведьм. И опять – все упиралось в то, когда прилетят подкрепления со стороны Данарских Гор. Лэйк от всей души надеялась, что погода не задержит их, и они прибудут в ближайшее время.

- Царица!

Лэйк повернулась на голос. Охраняющая шатер Нида протягивала ей что-то, завернутое в тряпицу. Пахло от него вкусно, а над тряпицей поднимался пар.

- Светлого утра, – буркнула Лэйк. – Что это?

- Твой завтрак, царица, – хмыкнула Нида, передавая ей сверток. – Саира дель Лаэрт распорядилась накормить тебя, как только ты проснешься.

- Спасибо, – проворчала Лэйк, бросая смурной взгляд в хитрющие глаза Ниды. Та постаралась сделать как можно более спокойное лицо, однако морщинки смеха в самых уголках глаз целиком и полностью выдавали ее.

Судя по всему, охранницы Лэйк приняли Саиру хорошо. Несмотря на то, что пока еще никаких разговоров о свадьбе не заходило, обращались они с Дочерью Воды так, будто та была как минимум главой сообщества. Саиру это, судя по всему, вполне устраивало, она обустроилась и принялась, как и всегда, раздавать всем ценные указания, проводить инспекции и совать свой нос повсюду, где надо было и где не стоило. Каэрос сначала ворчали и не слишком охотно шли на контакт, но как только по лагерю разошлись слухи о том, что Саира поселилась в шатре Лэйк, даже самые несговорчивые сестры нехотя приняли ее и позволили совершенно безнаказанно путаться у себя под ногами.

Для себя Лэйк еще не разобралась до конца, как относиться к такому поведению Саиры и собственных разведчиц. С одной стороны, это было хорошо: раз Дочь Воды приняли в лагере, значит, и в качестве Держащей Щит клана тоже примут. С другой стороны, Саира распоряжалась всем настолько по-хозяйски, что Лэйк теперь чувствовала себя здесь едва ли не лишней, если не сказать большего. Охранницы с легкой руки Саиры моментально начали относиться к ней как к несмышленому ребенку: едва ли не с ложечки кормить, напоминать, когда ей нужно ложиться спать, интересоваться ее самочувствием и все в этом духе. Их это, судя по всему, донельзя веселило, и Лэйк каждой шерстинкой на своем теле чувствовала, что стоит за этим Саира, и что делает она это в том числе, чтобы позлить Лэйк.

Впрочем, что делать ей самой в сложившейся ситуации, она пока еще не додумалась. А потому нехотя развернула тряпицу и впилась зубами в теплый и сочный кусок мяса.

Это было гораздо лучше, чем черствый хлеб, гораздо питательнее, однако раздражение быстро уничтожило ровно половину удовольствия от еды. Саира будто бы ее дрессировала, показывая с помощью черствого куска хлеба, что она не в слишком хорошем настроении и еще не простила Лэйк, а потом напоминая, что той нужно хорошо питаться, когда посылала кусок мяса. И от этого выть хотелось. Или удариться об землю и удрать куда подальше. Или схватить эту несносную девку, положить поперек колена и выдрать розгами, как когда-то драла их всех Мари. Однако, Лэйк прекрасно отдавала себе отчет в том, что не сделает ничего подобного.

Хмуро проглотив первый кусок и игнорируя искры смеха в глазах Ниды, она поинтересовалась:

- Найрин пришла в себя?

- Да, первая, – кивнула та. – Зрячая в лазарете вместе с Торн. Жрицы приглядывают за ними.

- Хорошо, – кивнула Лэйк. – Меня кто-нибудь хотел видеть этим утром?

- Всех, кто пришел с мелкими вопросами по хозяйству, я отправила к первому лезвию Раин, как ты и распорядилась, первая. Что касается Великой Царицы, то от нее никто не приходил.

Лэйк кивнула, отстраненно заметив, что в руках у нее осталась только повлажневшая от мясного жира тряпица. В желудке теперь было тепло и уютно, он довольно урчал, хотя Лэйк и чувствовала себя так, словно запросто могла бы съесть еще и раз в пять больше этого. Отдав тряпицу обратно Ниде и поморщившись от ее всепонимающего взгляда, Лэйк проворчала:

- Я пойду, проведаю зрячую. Если будут какие-то срочные вести, пусть ищут меня у обоза.

- Слушаюсь, первая!

Позевывая со сна, Лэйк направилась в сторону обоза. За ее спиной привычно пристроились стражницы, на этот раз – Лейн и Ирма, но Лэйк уже так привыкла к их присутствию, что почти что и не обращала на него внимания.

Мимо нее, низко кланяясь, пробегали озябшие разведчицы, торопясь к кострам поварих, где в огромных чанах варили походную еду. В воздухе плыл запах костров и горячей каши, на ветру хлопали парусиновые стены палаток. Отовсюду доносились приглушенные голоса и смех, звон оружия, отдельные окрики. Лэйк внезапно поймала себя на том, что за последнее время все это стало ей так привычно, что прошлая спокойная жизнь в становище Сол теперь казалась какой-то отдаленной и вымышленной. Словно сон, долгий теплый сон о лете и детстве, от которого ее так грубо пробудили начавшейся войной.