Песня ветра. За Семью Преградами (СИ) - "ВолкСафо" - Страница 256

- Я не об этом, Рада, - покачала головой Эрис. Брови ее хмурились, взгляд блуждал по столешнице, словно среди узоров древесных спилов она могла усмотреть ответ на свой вопрос. – Я говорю о другом. Посудите сами. Анай были первой жертвой Сета, его первой целью. Он попытался начать вторжение здесь и получил отпор, однако частично достиг своей цели и освободил Эвилид. Теперь ты и твои братья, и Тваугебир, которого ты носишь под сердцем. Сет попытался достать тебя, но ты сбежала из его хватки, и не куда-нибудь, а именно сюда, в Данарские горы. Сбежала учиться у меня, которая когда-то дала ему столь жесткий отпор, и еще, к тому же, оказавшейся твоей родней по крови. – Она криво усмехнулась и покачала головой. – Боюсь, он вновь обратит свой взор на Данарские горы, и в ближайшие годы нам стоит ждать неприятностей. Вряд ли он просто спустит тот факт, что мы вновь разрушаем его планы.

- Прости, первая первых, - хрипло прошептала Рада. На нее смотреть было страшно: лицо потемнело и искажено скорбью, плечи безвольно опустились, губы дрожат. – Я не хотела навести на вас беду.

- А ты и не навела, - совершенно спокойно пожала плечами Держащая Щит. Вид у нее был каким-то… готовым ко всему, хоть и немного печальным. – Мы сами бросили ему вызов, мы сами сделались его врагами. Мы - то, чего он никогда не предполагал. – В голосе Эрис прорезалась сталь, глаза сузились. – Когда-то он разрушил то, чем мы были, рассчитывая, что этим сломает нас и уничтожит сильного врага. Но он просчитался и сам того не ведая выковал клинок, что однажды перережет ему глотку. И твой приход сюда – вовсе не твоя ошибка или просчет, вовсе не случайность, которой он не мог предугадать, как не были случайностью и мы, хоть по всему выходило именно так. Это закономерность, Рада, - Эрис настойчиво выделила тоном это слово. – Закономерность узора в том, что все сложилось именно так. Великая Мани не делает ничего просто так, и я вижу узор, который Она плетет. Ты – часть этого узора, и ты не могла прийти никуда, кроме как в эти земли. Так просто не могло сложиться, потому что узор потребовал бы твоего присутствия здесь в любом случае.

- И что это за узор? – с тревогой спросила Лиара, облизывая кончиком языка пересохшие губы. Она ощущала, что сейчас происходит что-то очень особенное, что-то тревожное. Как будто само пространство вокруг них натянулось, будто тугая тетива на выгнутом до предела луке.

- Я много размышляла обо всем, что произошло с того самого момента, как Лэйк впервые столкнулась с ондами на склонах Кулака Древних много лет назад, - негромко заговорила Эрис. – Кажется, с того момента столько всего случилось, такое невероятное нагромождение событий. Но если приглядеться внимательнее, все это больше похоже на выпущенную из лука стрелу, летящую точно в цель, прямо по самой кратчайшей траектории. И первой ее целью была битва за Роур. – Глаза Держащей Щит остекленели, словно она смотрела сквозь время. – В той битве… я столкнулась с тем, что есть Сети’Агон, с тем, что он представляет собой. Не во плоти, не в той личности, которой он является в мире людей, но в том, что всегда стояло за ним, чьим орудием было физическое тело, которое все называли сначала Кроном, потом Сети’Агоном…

- Они – один человек? Не учитель и ученик? – Рада изумленно округлила глаза.

- Нет, дело не в этом, - рассеяно отмахнулась Эрис. – Естественно, они были разными людьми, один из которых учил другого. Но разве же те люди, которые совершают немыслимые для всех остальных поступки, разве же те люди, чья жизнь становится легендой, с которыми происходят невероятные события и вещи, разве они – люди? В полном смысле слова люди, как и все остальные?

- Я не знаю, - растеряно замотала головой Рада, а Лиара медленно опустилась на стул рядом с ней, во все глаза глядя на Эрис.

Ведь она говорила, в том числе, и о себе. И это было странно, это было необыкновенно, это полностью меняло все, что Лиара когда-либо думала об окружающем ее мире. Каждое мгновение, проведенное здесь, каждое ее слово меняет мое восприятие действительности, что было у меня всю жизнь. Кажется, ничего уже не осталось от той девочки, что чуть больше полугода назад пришла сюда.

- Взять, например, нас с Тиеной, - заговорила Эрис обыденным тоном, как могла бы рассуждать о том, почему трава зеленеет, и Лиара вздрогнула. Порой ей казалось, что Держащая Щит умеет читать мысли. – Я никогда не была чем-то особенным. О, я была дочерью Первопришедшей среди других анай, но я никогда не ощущала себя как-то особенно, понимаете? Как-то иначе, чем все остальные дети. Скорее, я смотрела на Лэйк и думала, что вот она-то – особенная, с ее упрямством, с ее верой, горящей, будто пламя Роксаны ярче тысячи солнц. Но со мной всегда происходили события чуть более странные, чем со всеми остальными. Или правильнее будет сказать, что они начинались совершенно так же, как и для всех остальных, но мое присутствие несколько меняло их последствия. Хоть я даже и не осознавала этого, я и знать не знала, что все это – только из-за моего прикосновения к ним. Со временем, чем больше я абстрагировалась от своего индивидуального восприятия мира, чем сильнее я придавала себя в руки Небесных Сестер, чем горячее я желала лишь исполнения Их воли, тем сильнее эта воля начала проявляться через меня, тем явственнее становились последствия этого. В какой-то момент произошел коренной перелом, когда я отдала свою личность Великой Мани и стала проводником Ее воли, коим и остаюсь поныне. С точки зрения обычного человека у меня нет своего «я». Просто для того, чтобы не смущать и не тревожить остальных, продолжающих именовать это тело Держащей Щит, оно использует слово «я» для описания этого сознания и этих физических границ. Понимаете?

Лиара помотала головой, даже не заметив, что ответила Рада. Это было… невозможно, но при этом невозможность сидела прямо перед ними и спокойно попивала чай, улыбаясь самым краешком губ. И невероятный свет лился из ее глаз, свет, по сравнению с которыми солнце было грязной мутной льдышкой.

- Тогда сразу же возникает резонный вопрос, - продолжала Держащая Щит. – Что представляет собой человек? Что представляю собой я? Я изначально являлась проводником воли Великой Мани, была своеобразной эманацией Ее во плоти, просто не осознающей того, чем является, и постепенно раскрывающей это в себе? Или я стала таковой, сознательно отказавшись от собственной индивидуальности, изначально являясь человеком, поднялась до уровня Бога во плоти, способного по собственной воле менять мироздание?

Лиара поняла, что даже вздохнуть не может. Казалось, что все, что она когда-либо знала, думала и считала, прямо в этот миг переворачивается вверх тормашками и рассыпается в пыль. А перед ней сидит сама вечность, облеченная в плоть, преспокойно потягивающая чай и размышляющая о вопросах, запросто способных выломать все шестеренки из мозга Лиары и навсегда уничтожить ее способность удивляться.

О пожалуйста, сделай это! Молю тебя! Лиара даже не поняла, в какой ее части родился этот призыв, но он был одной из самых искренних ее просьб, что она когда-либо обращала к Великой Мани. Или – к Держащей Щит? И какова была разница между ними? И была ли она?

- Для того уровня Сознания, что представляет собой Великая Мани, разницы в этом нет, - продолжала рассказывать Эрис, и Лиара слушала ее всей собой. – В каждом живом существе заложена золотая искра Божественного, которая может быть развита и выращена до того уровня, когда она станет своим создателем. И тогда мы получим что-то вроде этого тела или тела той, что вы зовете Великой Царицей, но со своим собственным индивидуальным взглядом на мир и его составляющие. Потому что уникальность во множественности и создает единство, которого лишены живые существа.

Лиара помотала головой из стороны в сторону. Ощущение было таким странным, таким поразительным. Головой она не понимала ни слова из того, что говорила Держащая Щит, или это было чересчур сложно для ее понимания. Но что-то внутри нее буквально пело от счастья, ловя каждое слово, звенело от блаженства. Ведь слова Эрис были точным отражением переживания вселенского Ритма, состоящего из всего, что не раз приходило к Лиаре во время ее растворений в окружающем мире. И найти подтверждение этому в словах другого существа было… восхитительно.