Кровавый евромайдан — преступление века - Захарченко Виталий Юрьевич - Страница 5

Сергей Хелемендик:

Идеальная картинка Европы, похожая на коробку шоколадных конфет. В эту картинку сами европейцы давно не верят. Украинцы действительно все это принимают за чистую монету?

Виталий Захарченко:

Все зависит от рассказчика, кто и как преподносит эту информацию. Большинство верят, потому что очень хотят в это верить и примерить на себя.

Это если вы человек любознательный и пытливый, тогда наверняка будете докапываться до сути вопроса, читать литературу, рассуждать, полемизировать, вступать в дискуссии.

Но большинство населения получает информацию из телевизора, воспринимая ее некритически. То есть включил, посмотрел — сделал для себя вывод.

Только никто не задается вопросом, кому принадлежат СМИ и телеканалы на Украине, кто формирует эту картинку, зачем подается столь однобокое восприятие?

А вопрос отнюдь не лишний. Например, телеканал «1+1» принадлежит Коломойскому, небезызвестному сегодня в основном благодаря этому каналу и финансированию боевиков «Правого сектора». Еще один олигарх — Пинчук, зять Кучмы, — владеет телевизионным холдингом. Следующие — Фирташ и Левочкин — имеют в собственности телеканал «Интер». Ахметов — «ТРК Украина», который вещает как на Европу, так и на Украину. И данный список можно продолжить.

Сергей Хелемендик:

Неужели у всех этих олигархов, которых в принципе интересуют только деньги, был консенсус в продвижении европейских ценностей?

Виталий Захарченко:

Это не был консенсус в чистом виде, но они охотно продвигали «евроинтеграцию» в своих СМИ не в последнюю очередь потому, что у них есть собственные европейские интересы. Их основные активы находятся за пределами Украины. Там учатся их дети, там находится их недвижимость, банковские счета. Там же предприятия, дающие добавочную стоимость к продукции, которую они производят на Украине.

К примеру, если здесь добывают уголь, делают кокс и плавят металл в виде чушек, то на европейских предприятиях производят высококачественную легированную сталь, которая идет на строительство автомобилей. За рубежом находятся предприятия, которые занимаются реализацией продукции и, естественно, получают прибыль (в этой книге я не стану описывать теневые схемы их бизнеса).

Им «европейские ценности», конечно же, ближе, и для них жизненно важно продвигать именно эту идеологию, рассказывать о том, что в Европе меньше коррупции, защищены права граждан, демократичные выборы. Только на Украине они об этих «евроценностях» забывали сразу же в тот момент, когда вопрос касался, скажем, необходимости лоббирования своих интересов при выборах в Верховную раду, или уплаты налогов в собственном государстве, или решения какого-то спорного вопроса в суде…

Я не слишком долго был на ответственных должностях в центральной власти, однако руководил налоговой службой Украины, потом Министерством внутренних дел. Вместе с тем имел значительный опыт работы на руководящих должностях в милиции и налоговой службе в регионах. Мы с моими коллегами и единомышленниками чувствовали и понимали, какие настроения преобладают в стране. Проводили социологические исследования, на основе которых получали объективную информацию. Вопрос отношения к евроинтеграции, которого мы с вами сейчас коснулись, достаточно сложен.

Как возникла и развилась вся эта пестрая и противоречивая евромифология на Украине? Мифы культивировались определенными людьми, которым это было выгодно.

В чем была их выгода? В том, чтобы создать привлекательный образ некоей новой европейской Украины, которая вот-вот придет, появится прямо завтра. Но их подлинной целью было с помощью этого образа прийти к власти. Такой своеобразный европопулизм, где благосостояние зависит не от собственного труда и развития, а от выбора центра силы, к которому нужно прислониться.

Евромифология на Украине была и остается оружием, которым пользуются политические силы, олигархи, и им совершенно все равно, правдивый этот образ или нет. Я думаю, даже не важно, верят ли они во все это сами.

Они просто почувствовали, что «фишка работает» или, как говорят, «прокатывает», что народу можно «впарить» идею евроатлантической интеграции как образ светлого будущего, грядущего рая на земле.

Давайте будем честны в своих оценках — сколько раз эту идею уже «впарили», сколько стран Европы подчинены и разграблены под такими же лозунгами!

Почему бы не провернуть подобное и на Украине? Идея быстрого счастья до сих пор работала безотказно. Лозунг — «Все идем в Евросоюз!» и, как потом на евромайдане сказала какая-то девочка, «обязательно в кружевных трусиках».

То есть речь идет о технологии, которая была привнесена игроками извне и радостно, благодарно воспринята. Тем более в ситуации, когда, как говорил Александр Сергеевич Пушкин: «Ах, обмануть меня нетрудно, я сам обманываться рад!».

Все это случилось не в один день — процесс развивался четверть века и, как мы видим, по плану. Только план этот был не украинского происхождения.

Геополитические игроки, безусловно, вмешались в этот процесс. Так называемая «оранжевая революция» 2004 года — это первая попытка прихода к власти людей с подобной идеологией; они сделали все, чтобы системно внедрить ее на территории Украины. Посеяли зерна, которые дали плоды.

Второй этап — это эпоха Януковича. Я знаю, какие реформы тогда реально начались, причем практически под тем же европейским знаменем. Можно посмотреть статистику, сколько стоила тогда национальная валюта, какие процессы происходили в отношении экспорта/импорта, доходов в бюджет, социальных вопросов, как менялось законодательство в правоохранительной сфере.

А потом произошел вооруженный захват власти «евроинтеграторами», и в результате «евроидеология» на Украине скоро будет окончательно скомпрометирована всем тем, что происходит со страной после евромайдана. Так, может быть, не в евроинтеграции дело, а в том, кто и какие подлинные цели преследует, прикрываясь красивыми словами о евроценностях?

Когда провозглашенные цели не достигаются, необходимо понимать почему. Полезно даже перечитать роман Достоевского «Преступление и наказание», где Раскольников начал с возвышенной идеи, а закончил убийством. Тогда легче будет понять, что реальные цели евромайдана были совсем не те, которые провозглашались на площадях и митингах. На Украине из евроинтеграции почему-то получился укрофашизм!

ГЛАВА 3. Как украинские олигархи выиграли войну против своей страны и своего народа

Сергей Хелемендик:

Ситуация на Украине ухудшается от месяца к месяцу. Может быть, России ничего не останется, как поставить такую цель — нанести поражение сегодняшней украинской власти. Сами украинцы, исходя из логики нашей беседы, этого не сделают. Зато после падения хунты сразу станут антифашистами, славянами, друзьями России, вспомнят о тысячелетнем братстве.

Виталий Захарченко:

Россия прекрасно понимает, что военным путем победить Украину не проблема.

Но тогда Россия будет агрессором, чего и добивается Запад изо всех сил. Чтобы украинцы потом десятилетиями рассказывали, что русские украли их европейскую мечту. Россия должна нанести неонацистскому режиму поражение в идейной, информационной войне.

Вначале формируются образы. Потом эти образы закрепляются средствами массовой информации, и начинается открытое информационное противостояние. Это такая война образов, и Россия, страна величайшей в мире литературы, должна создавать образы несравнимо более сильные, чем создали евроатлантисты и уж тем более неонацисты.

Сергей Хелемендик:

Тем более это нетрудно, если русские для украинской пропаганды — «ватники» и «колорады». Но пока происходящее на Украине можно объяснять и так — Россия проиграла информационную войну на Украине. Проиграла там, где и язык наш, и культура наша. Я помню времена, когда мы выигрывали даже где-то в далекой Индии, к нам приезжали за опытом делегации индусов, которые поверили в коммунизм.