Ирийские хроники. Заговорённый (СИ) - Шихарева Варвара - Страница 22

...Но Олден не был бы сам собой, если б поздно вечером, как раз после смены стражи не отправился на ночной осмотр стана и окрестностей. Пройдя мимо мерцающих костров он, стоя на взгорке , пристально всматривался в наполненные сырою мглою ложбины и сиротливо тянущие к беззвёздному небу голые ветви рощицы до тех пор, пока липкий холод не пробил его плотный , с меховой опушкою, плащ, а затем направился в сторону коновязей. Его натренированное с самого детства магическое чутьё уловило около них нечто, вызвавшее в сотнике неясную тревогу, хотя картинка была самая мирная из всех возможных - кони стоят, низко опустив головы, тихо потрескивает сучья в костре, у которого сидит, завернувшись в попону, конюший. Завидев приближение грозного сотника "белых", конюший подскочил со своего места, словно ужаленный, и Олден убедился, что изловил наконец того самого сторожевого с холма, который, как оказалось, имел к "Ястребам" лишь косвенное отношение. С его старой куртки были спороты все знаки отличия и герб Ленда, а русые, свисающие на самые глаза патлы незнакомца конечно же не могли скрыть следов чудовищных когтей, разодравших парню лицо просто до неузнаваемости. Посмотрев в серые, переполненные тревожной тоскою глаза, сотник сурово сдвинул брови:

- Кто такой?

Конюший опустил голову:

-Веилен...

Имя тут же резануло Олдену слух, так как не было лендовским, да и среди крейговцев встречалось нечасто, а потому сотник упёр руки в бока и не предвещавшим ничего хорошего голосом сказал:

- Отвечай по существу. Я спросил кто ты такой, а не как тебя зовут!

Назвавшийся Веиленом парень вздохнул так, будто вопрос сотника был для него хуже горькой редьки, и тихо произнёс:

-Я углекоп из Вильдно.

Олден недобро усмехнулся и это усмешка ещё больше исказила его некрасивое, нервное лицо:

-Как интересно! И как же ты в таком случае выбрался из заражённого квартала? Прорыл носом подземный лаз? Или перелетел к нам из этого вшивого городишки по воздуху, аки птица?

Но ехидная усмешка сотника привела лишь к тому, что Вел исподлобья зыркнул на Олдена и глухо произнёс:

- Меня труповозы вместе с другими мертвецами в яму за городом скинули...

-Так уж и скинули...- Олден смерил нового знакомца неприязненным взглядом - он чувствовал, что парень с изуродованным лицом не врёт, но переполнявшая бродягу-эмпата боль беспокоила и бередила самого колдуна. Чувствовать чужое горе, точно своё, по меньшей мере неприятно, так что сотник тут же всерьёз задумался о том, не прогнать ли ему Веилена прочь из стана. Всего то и делов - выждать до утра, а затем всыпать попрошайке плетей и выпроводить восвояси! И без него головной боли за глаза хватает!..

...Олден уже начал подсчитывать в уме количество предназначавшихся бродяге ударов, как из темноты неожиданно образовался десятник Дерек и с ходу рявкнул на Веилена:

- Нечего здесь рассиживаться да бездельничать. Иди лучше к Сталу - у него для тебя работа есть.

Вел согласно кивнул головой и без лишних слов скользнул мимо коновязей в сторону похожих на тёмных , свернувшихся в клубок зверей, палаток ,а Олден, проводив его мрачным взглядом обратился к Дереку:

-Ну, и с каких пор вы стали прикармливать попрошаек ?

Дерек вздохнул и неожиданно жёстко возразил:

-Он не попрошайка, глава. Веилен свой харч отрабатывает честно...Да и на счёт Вильдно не врёт.

Сотник вновь посмотрел в сырую мглу, в которой скрылся новый знакомец и проворчал:

- Если б я не знал тебя столько лет, то решил бы , что ты, десятник, начал терять свои навыки и размякать без настоящего дела! Но поскольку мне известно, что тебя просто так не разжалобишь, а побирушек и лгунов ты на дух не переносишь...- и Олден, поплотнее закутавшись в плащ, направился в сторону своей палатки, заметив.- Не спится мне сегодня. Пойдём, расскажешь про вашего бродягу поподробнее, да и выпьем заодно.

...-Твоё здоровье...- Дерек одним махом опорожнил чарку и взглянул на медленно цедящего терпкое, кисловатое вино сотника. Постоянная возня с ядами и запретное колдовство состарили Олдена раньше всех положенных сроков, и теперь, в свои сорок с небольшим он смотрелся на все шестьдесят с гаком. Впрочем, Дерек уже и не помнил, когда изгнанный из Амэна отпрыск старинного жреческого рода выглядел иначе - удлинённое лицо со лбом в семь пядей и тяжёлой челюстью; недобрый и колючий взгляд глубоко посаженных , чёрных глаз. А ещё - одно плечо выше другого из-за уродливого горба на спине и непропорционально длинные, жилистые руки - одним словом - паук. Да не какой нибудь, а смертельно ядовитый каменник , прячущий своё мохнатое тело от солнца в глубоких норах!

...А хуже всего то, что сотник вернулся из поездки далеко не в радужном настроении и почти сразу столкнулся с Веиленом, которого "белые", руководясь нехитрой воинской истиной, старались держать поближе к котлам и подальше от начальства. А теперь - попал парень...Ни за что попал... Олден перехватил взгляд десятника и чуть скривившись, отставил чарку в сторону:

- И как же к вам прибился этот... Как его...Веилен?

-Стал его встретил - как раз на берегу. Веилен помог ему котлы отчистить и Стал привёл его в лагерь , ведь видно было, что парень на ногах из последних сил держится... А поскольку на чёрную работу нам действительно человек нужен, то мы решили Веилена у себя оставить - он понятливый и не лодырь - как раз то, что требуется...

Олден одарил Дерека тяжёлым , мрачным взглядом , плеснул в его опустевшую чарку ещё вина и спросил :

- А что у этого "понятливого" с лицом? Рысь , что ли , напала?

Дерек пригубил вино, шумно вздохнул:

- Даже рысь так не измордует! У Веилена не только лицо искалечено.Он весь рванный- прямо как тряпичная кукла...Его вурдалаки в трупнике чуть не загрызли, и я рассказу парня верю, потому как сам эти раны чистил, когда они снова загноились, и швы накладывал. И насчёт труповозов Веилен не врёт, ведь на боку у него ,как раз под рёбрами- пробой от крюка...

Олден вновь взял свою ,отставленную было чарку, задумчиво покрутил её в руке:

- Если всё это так, то остаётся только удивляться живучести вашего бродяги - и чума его не взяла, и от заражения не умер... Занятно...- горбун вдруг криво усмехнулся.- Он вам наверное уже не раз во всех красках о своих злоключениях рассказывал? Эдакие байки у вечернего костра...

Дерек поднял на сотника свои суровые, потемневшие до черноты от последнего замечания Олдена глаза:

- В том то и дело, что нет, ведь когда рана свежая, ее лишний раз бередить неохота. Вел, видно, и раньше по натуре не особо разговорчив был, а теперь из него и вовсе каждое слово клещами тянуть надо...- А затем Дерек вдруг тихо попросил...- Разреши Веилену остаться, глава - парень он действительно неплохой, так зачем же ему теперь пропадать одному - без родни, без крова...

Олден отхлебнул вина, и опустив глаза, с минуту размышлял о чём то, а потом так же тихо ответил десятнику:

-Ладно. Пускай остаётся...Я же тоже не зверь...

Веилен в последний раз провёл гребнем по длинной гриве жеребца , и огладил рукою его крутую шею:

- Что, нелегко тебе приходится...На вот, поешь... - подручный достал из кармана кусок хлеба и протянул его Смелому, на крупе которого опять красовались свежие рубцы. Жеребец покосился на Веилена грустным карим глазом, а затем аккуратно подобрал предложенное ему угощение мягкими бархатистыми губами...

- Вкусно? На вот ещё...- второй кусок хлеба Смелый схрупал не менее деликатно, чем первый, а затем, жарко дыхнув Веилену в лицо, склонил голову к его плечу... И вдруг дёрнулся, задрожав, а подручный в тот же миг ощутил ледяное покалывание на затылке и в висках. Обернувшись, он увидел стоящего неподалёку сотника - горбун наблюдал за ним, чуть склонив голову к левому плечу, а на его губах играла уже хорошо знакомая Веилену кривая ухмылка... "Явился - не запылился! "- шепнул про себя подручный и ,отвернувшись от сотника, собирался было уйти от коновязи - Смелый был им вычищен до шелковистого блеска, как и было велено, - но Олден уже шагнул к нему: