Ирийские хроники. Заговорённый (СИ) - Шихарева Варвара - Страница 47

Пока Олден говорил , Истла взяла дочерей за руки и направилась прочь из сада - а замерший на своём месте Чующий с болью смотрел на то, как с каждым шагом постепенно удаляющиеся от него фигуры матери и сестёр становятся всё прозрачней , словно таяя в окружающих их солнечных лучах ... Вел и без предостережений сотника знал о том, что во снах и видениях нельзя идти вслед за умершими, но легче ему от этого знания не становилось...

- Ну что, так и будешь смотреть в пустоту и стоять среди колючек...- в отличии от матери и сестёр Олден никуда не исчез , а по-прежнему нагло топтал сапогами так любимые Истлой лиловые ирисы.. - Сейчас я помогу тебе выбраться ...- И в следующий миг горбун протянул Чющему руку, но тот не только не коснулся её, но даже отступил назад, ведь от того, что говорил Олден Вела просто коробило - получается , что если отец, мать и Груст - жертвы, то владыка Астара - хищник... Но тогда лучше сдохнуть, чем стать таким, как Херстед или Гилена - она , по меркам Олдена, наверное, маленький хищник, вроде ласки, но подлости ей не занимать...

Усмешка наблюдавшего за Чующим Олдена стала болезненной:

- Не бойся, эмпат - таким, как Херстед или я ты не будешь и горб у тебя на спине не вырастет, но обзавестись клыками тебе придётся: иначе - смерть!- горбун опустил руку и добавил -Если не веришь мне , то вскоре сам во всём убедишься , а я подожду тебя там... - и сотник, махнув правой рукою в сторону высящихся вдалеке гор, исчез, оставив за собою лишь сломанные стебли цветов...

А ещё через миг кусты крыжовника вдруг начали стремительно расти ввысь, превращаясь в покрытые шершавой корой ветви, земля оказалась где-то далеко внизу, и Вел с изумлением увидел , что теперь находится на ветке огромного дуба - его верхушка была скрыта кудрявыми облаками, а корни уходили глубоко под землю- туда, куда не достигали даже самые нижние уровни подземелий Аркоса... Внезапно позади Чующего раздался шум птичьих крыльев и Вел, обернувшись, увидел , что на ветке рядом с ним устроился Корви - только теперь старый ворон был неправдоподобно огромным - ростом с самого Вела... Чующий хотел было окликнуть ворона, но из его горла вырвался лишь встревоженный птичий клёкот! Вестник склонил голову и Вел , взглянув в его чёрные глаза, увидел, что изменился не только окружающий его мир, но и он сам: его тело покрылось перьями, руки превратились в крылья, ноги стали лапами с кривыми когтями, а дополняли превращение крючковатый клюв и янтарные глаза . Чующий стал молодым ястребом, только в отличии от других вылетков его оперение было не коричнево- белым , а белоснежным...

Корви успокаивающе провёл клювом по светлым перьям превращённого в птицу эмпата , а затем , расправив широкие крылья, несколько раз взмахнул ими, точно разминаясь , и, плавно перелетев на соседнюю ветвь, устроился на ней, неотрывно глядя на Вела и словно говоря всем своим видом:"Делай, как я!.." Чующий (или, скорее , потерявший своё гнездо и не знающий, что же ему теперь делать вылеток) колебался лишь первые пару мгновений, а потом, подражая ворону , несколько раз неуверено взмахнул крыльями и, оттолкнувшись от ветки, неуклюже спланировал на ветвь к Корви. Но как только ястреб вцепился когтями в узловатую ветку, ворон, одобрительно каркнув, тут же перелетел на другую ветвь, которая находилась на гораздо большем расстоянии чем то, которое только что преодолел Веилен. Чующий снова последовал за Корви , с удивлением отмечая, что второй перелёт дался ему гораздо легче , чем первый, а ворон , дождавшись его, опять перебрался на очередную ветвь... Такие перелёты повторялись ещё несколько раз, и неотступно следующий за Корви Веилен чувствовал , как с каждым разом его движения становятся всё более плавными и уверенными, как наливаютя силой его крылья, а сердце бьётся всё чаще в предвкушении настоящего полёта... Когда же ворон , оттолкнувшись от очередной ветви полетел прочь от огромного дуба, Вел тут же последовал за ним в такую манящую его , бескрайнюю синеву!

... В детстве Веилену часто снился один и тот же сон: в нём он бежал по залитому солнечным светом , зелёному лугу - всё быстрей и быстрей - до тех пор, пока сильный порыв ветра не поднимал его в воздух и не уносил за собою под самые облака... Мать говорила, что это хороший сон, да и сам Вел после таких сновидений целый день чувствовал себя так, точно за спиной у него и вправду выросли крылья, но с тех пор , как он стал помогать отцу в его работе , этот сон больше никогда не повторялся, а вместо него Чующий стал видеть совсем другие сны - в них было эхо шагов и болезненно- жёлтый свет фонаря, тесные, наполненные чернотою штольни и голос отца : " Мы не поднимемся наверх, пока не найдём эту жилу... Попытайся ещё раз, Вел!" и Чующий пытался - снова и снова, до тех пор , пока от напряжения из его носа не начинала капать кровь...

... И вот теперь, спустя годы, детский сон вернулся , только уже не Вел, а молодой ястреб купался в солнечных лучах , то кругами поднимаясь вверх, то камнем падая вниз, но этому танцу не суждено было продолжаться слишком долго - требовательное карканье ворона заставило Вела прекратить игру и последовать за ожидающим его вестником...

Набрав высоту, ястреб и ворон парили в поднимающихся от земли воздушных потоках , а Вел обозревал с высоты сплошь покрытые лесами горы и узкие долины , текущие по ущельям реки и перевалы, возделанные трудолюбивыми руками поля и обнесённые грозными крепостными стенами города... Ирий раскинулся под ним во всём своём разнообразии - от северных лесов, выходящих к суровому , но при этом богатому янтарём и рыбой морю, до белоснежных , залитых солнцем скал Амэна; от болотистых низин, в которых молезовцы умудрялись строить свои поселения до тонущих в яблоневом цвете деревушек триполемцев... Границы княжеств можно было легко определить по высящимся вдоль рубежей многочисленным укреплениям и лишь земли вайларцев и скрульцев не знали крепостей - густые, непроходимые леса и были их защитой ...

Между тем Корви точно хотел показать Велу все уголки Ирия - вначале птицы , устроившись на одной из башен Милеста, внимательно следили за тем, как по мощённым камнем широким улицам Амэнской столицы неспешно ступает конница и чеканят шаг пешие ратники вернувшегося с победой войска , а наряные девушки подносят воинам перевязанные яркими лентами букеты и , краснея от смущения , принимают поцелуи ратников, а потом Вел ещё и увидел те самые часы, о которых ему рассказывал Юрген . Ровно в полдень невидимые по началу окна под огромным циферблатом распахнулись и под яркие солнечные лучи выступили точно на миг ожившие скульптуры... Наблюдая за тем , как под переливчатый звон фигуры божеств повторяют раз и навсегда заданные им мастером движения, Вел с горечью вспомнил о том, какая судьба постигла создавшего их умельца, и то, что его творения уже не существует, а ворон, как только фигуры вновь скрылись в своих нишах, снова поднялся в воздух , ведь их с Веиленом путешествие только начиналось.

В Амэне они с Корви не задержались - сделав круг над портовой гаванью Милеста они направились в земли Астара: с высоты многочисленные рудники княжества казались совсем крошечными, но Вел всё равно узнавал те из них, в которых им с отцом довелось работать - "Серый Лог", "Чёрная Речка" , "Кривой Тополь", " Красный Камень"... Их было много и каждый был памятен Велу по своему, но сердце эмпата сжалось лишь тогда, когда он увидел под собою "Старые Клёны" : теперь возле рудника, принёсшего столько несчастий его семье , стояли вооружённые до зубов часовые, а надсмотрщики с длинными кнутами внимательно следили за каждым движением скованных тяжёлыми цепями рудничных рабочих - столь любимое Херстедом золото постоянно требовало для себя новой крови и жизней, а владыка Астара поставлял их в избытке!..

Услышав над собою громкий, полный отчаяния и боли, птичий клёкот, один из рабочих - уже лишившийся носа и ушей за какую- то провинность смертник, поднял голову, но успел увидеть лишь мелькнувшую в небе белую тень, а его плечи тут же ожёг удар надсмотрщика: