Мир Падшего. Дилогия (СИ) - Черепанова Елена Владимировна - Страница 35

   Кнут закрыл машину, вздохнул и пошел в институт, прямиком к ректору. Он плелся с низко опущенной головой и поджатым хвостом. Сестра сказала, что теперь он сумеет. И он в ней нисколько не сомневается. После того, что сестра сделала сегодняшней ночью он уже ни в чем не сомневался. Теперь все будет отлично. Ректор, недаром темный эльф, сначала жался, ему лишние студенты не нужны. Но клан, и богатый и уважаемый, он согласился, назначил цену и время пересдачи. Сегодняшний вечер. Как будто одна неделя могла что-то в его подготовке изменить. Не удержавшись, довольный Кнут нашел аудиторию, где занималась сто пятая группа, остался стоять у подоконника, дожидаясь перемены.

   Сразу после звонка усталый Рудольф вышел из аудитории и наткнулся на скучающего Кнута Ссорна. Тот вежливо поздоровался с куратором сестры.

   - Вы к кому? - изумился вар Клозе.

   - Простите, но мне нужно передать информацию одному из ваших студентов. Вы позволите? Можно войти?

   - Войдите. - Голос у куратора Хейлин был недовольный. Странно парни из разных кланов и гнезд обычно враждуют друг с другом. Здоровая конкуренция. Кажется паренек учился у Стази. Значит у него в группе ему точно делать нечего. Клозе пошел в деканат, а Кнут змеей проскользнул в группу, напрягся. Хейлин Кер сидела за второй партой второго ряда и о чем-то увлеченно болтала с Алланом вар Бэкком. Бэкк ехидно улыбался.

   - Привет. - Лика заметила Кнута и махнула ему рукой. - Ну, как дела?

   - Ого,- восхитился Аллан, внутренне напрягаясь. Не хватало еще, чтобы девчонка, с которой он сидит, встречалась со всякими клановыми прихвостнями, Тем более, этого типа отчислили после реструктуризации.- Кер заводит связи. Нашла с кем знакомиться!

   - Тебе что, жалко? На кого хочу, на того и трачу свое внимание. Ревнуешь? - не удержавшись, вставила ему шпильку Лика.

   - Нет, просто зря тратишь, его отчислили.

   - Поражаюсь твоей осведомленности, Аллан. - Лика обернулась к Кнуту. - Что сказал ректор?

   - Сегодня в пять, в зале.

   - Не волнуйся, все будет нормально. Придумаем, что-нибудь.

   - В смысле? - поинтересовался Бэкк,- ты что, теперь занимаешься благотворительностью?

   - А тебе что, жалко? - возмутилась Хейлин.

   - Жалко у пчелки! Не хами. - Набычился Аллан.

   - А ты чего цепляешься, тебе что, не все равно, кто учится в сто четвертой!

   - Не все равно. Чем меньше кланов, тем больше гнезд. Пусть чужие лохматые к нам не лезут, своих блохастых много! - С выражением полного презрения он глянул на парту, где обосновались Скола и Руда. Парни в свою очередь поджали губы, готовые броситься в драку. Лика уставилась на них.

   - Ну детский сад, право слово! Иногда я вам поражаюсь. Вы как подростки. Что вы друг на друга бросаетесь, выживать всегда легче вместе, а не по одиночке.

   - Пресветлые боги, да эта обезьянка решила нас поучить жить! Может, еще и по деревьям поучишь лазать! - Вскипал Аллан. Лика в свою очередь тоже разозлилась. Горячий ком знакомого чувства быстро поднимался к горлу от груди. Вскипала дикая ярость и билась в сжатые от бешенства кулаки. Руки поднялись сами собой. Губы в ниточку, злой прищур глаз. Кнут не на шутку испугался, вспоминая, что она устроила вчера в клане.

   - Хейлин, не надо, пожалуйста! - Крикнул он. Но было поздно. Лика ударила всей непонятной ей силой, которая била раскаленными струями в сжатые до боли кулаки. Ударила, еще не понимая, что происходит. Парни, сидевшие рядом с ней полетели в разные стороны как брызги воды, ударились о стены и посыпались вниз. Лика остолбенела. Группа замерла в немом молчании. На несколько мгновений установилась гробовая тишина. Слава богу, куратор ничего не видел. Парни потирали ушибленные части тела и расползались в разные стороны. Больше других пострадали Бэкк, Джи Джи, Линэ и Таллер. они из принципа решили не обращать внимания на вредную сокурсницу. Даже Сергей отвернулся демонстративно и теперь глядел в окно.

   - Так что сказал ректор? - переспросила Мышка.

   - Назвал цену и время.

   - Да не волнуйся, все будет в порядке, ты сдашь.

   Кнут кивнул и тихонько вышел из аудитории. Лика обиженно фыркнула оставшимся, вышла и залезла на подоконник, мотая ногами от злости. Парни не желают с ней общаться, ну и пожалуйста, она им покажет обезьяну на дереве, а сами кто! Обижайтесь на здоровье, очень надо, злилась про себя Лика. Вдоволь наобижалась, спрыгнула с подоконника и вошла в группу снова.

   - Предупреждаю по-хорошему, кто обидит Кнута, будет иметь дело со мной.

   - Нам даже общаться не придется, его отчислили. - С вызовом буркнул Аллан.

   - Пересдаст! - Усмехнулась Хейлин.

   - Облезет, и обрастать будет долго и неровно. - Передразнив Ликины слова, оскалил зубы Мор-Ган. - не все такие умные как ты.

   - А я говорю, пересдаст. Хочешь со мной поспорить!

   Мор-Ган спорить не хотел, а оскорбленный Бэкк, забрал свои вещи и перебрался на последнюю парту, третьим. Когда вернулся куратор, настроение у всех было препаршивое. Ру вполне оценил обстановку, но комментировать ее не стал. Было и так, в принципе странно, что вар Бэкк сидит с Хейлин. Но эта особа всех достала, парни больше не возмущались, как раньше. Молча сжимали зубы и кулаки. Надо будет передать отцу Барто, что ему понадобится еще одна парта. Вар Клозе продолжил лекцию по истории цивилизаций.

   В последнем цикле развития изменилось соотношение сил между основными расами Кольца. Люди успешно теснили эльфов и гномов. Правда, человеческому роду большинство дел удавалось хуже, чем древним расам. Но главной особенностью людей была совершенная адаптация к любым условиям и любой работе. Они могли все делать все, исключительно легко размножались, смешиваясь со всеми древними народами. Представители человеческого рода быстро теряли независимость и самобытность, легко отказывались от своих традиций. Только кланы и гнезда продолжали жить по законам стаи, когда любое отклонение от нормы и обычая предков жестоко преследовалось и уничтожалось. Если в кланах сохранялись старые законы, то гнезда изначально имели совсем другую природу. Их родоначальниками были потомки от браков людей и владетелей миров. Поэтому их магические способности, особенно в первом поколении, превышали человеческие во много раз. Детей от браков людей и владетелей или конструкторов миров называли валлами. Владетели настолько опасались неконтролируемых способностей своего потомства, что вменяли последним в обязанность отслеживать свои генетические линии, особенно опасаясь третьих детей и их потомства. Таких детей старались иллиминировать в самом раннем возрасте. Лика поняла, что ни валлам, ни владетелям миров не нужны маги, еще более сильные, чем они сами. Она вспомнила русские народные сказки, в которых самым счастливым и удачливым бывал обязательно третий сын, который до поры до времени оставался дураком. А потом бац!

   У гнезд и кланов к третьим детям было совершенно особенное отношение. Они напротив, всеми силами культивировали линии третьих детей. Наверное, поэтому же. Пытались, таким образом, усилить возможности своего потомства. Лика сидела и вспоминала сказки народов мира. Данный факт говорит о том, что любая народная мудрость имеет глубокие корни. Все равно придурки, размышляла она, нет бы заниматься воспитанием и образованием всех в своем гнезде или клане, выявляя самых одаренных ребятишек и вкладывая деньги в их образование. Нет, они хотят, что бы у них сразу рождались готовенькие гении. Потому и имеют таких уродов как Джи Джи и Таллер. Но этот хоть на мордочку смазливый. А Джи Джи и вовсе уродина.

   Рудольф поинтересовался, какие линии представляют его студенты. Парни из кланов благоразумно молчали, зато больше всех пыжились Бэкк, Мор-Ган и Кофт. Бэкк многозначительно задрал нос кверху, сказав только, что его бабушке дал наследство сам лорд владетель Мары. Рудольф с интересом кивал головой. Неожиданно высоко задрал нос Лине, такой обычно серый и незаметный в их группе. Вейс и Линкс, представляющие младшие линии в своих гнездах сидели и не дергались. Зато Джи Джи и Таллер расцветали и петушились почти наравне с первой четверкой. Остальные благоразумно не вмешивались в разговор. Лике надоело и она тоже решила выпендриться.