Операция "Контрольный в сердце" (СИ) - "I dream of drums" - Страница 9

Шивон живет в спокойном квартале гей-коммьюнити в Северном Голливуде. Делит квартиру со своей подругой и её парнем.

– Ты не должна обниматься! Тем более с проститутками-геями! Подцепить любую дрянь очень легко, – ругает меня Бен. – Мне жаль её. Она хорошая, – выдыхаю. – Но, я поняла тебя! Больше не буду! – киваю. – Ты слушаешься? Я счастлив! – хлопает в ладоши. Я смеюсь. Такой забавный. Я так редко вижу его таким. – Свободным патрулям, находящимся поблизости! Мэндевиль Каньон Роуд 3536, – диспетчер. Я замираю. – Точно ничего сказать не могу. Женщина плакала. – Мы рядом. Би-33 приняли, – отвечает Бен. – Брентвуд. Богатеи, – улыбается, смотрит на меня, а у меня в голове взрываются все нервные клеточки. – Эй! Что с тобой? – Это мой дом… – пытаюсь сохранять спокойствие. – Ты же живёшь в Эко Парке, – не понимает он. – Это дом моих папы и мамы. Я там выросла, – хриплю. – Тихо! Стой! Ещё рано паниковать. Только не плачь! Приедем и разберёмся, – пытается успокоить меня. Я судорожно киваю. Часто дышу. – Папочка, мамочка, только будьте живы и здоровы! – повторяю, как мантру. Достаю телефон. От родителей больше двадцати пропущенных. – Они звонили мне! – шепчу. – Что? – морщится, пролетая на красный. – Они звонили мне. А у меня звук отключен. Отключен, потому, что ты мне не разрешаешь пользоваться телефоном! – повышаю голос. – Холи, я не знал, что так получится! – качает головой. – Не знал он! – рявкаю, луплю со всей силы его по плечу ладонью. – Успокойся! – смотрит на меня. – Ненавижу тебя, чертов наставник! – рычу. – Может, я могла предотвратить это! – тру лицо ладонями. – Быстрее! Ты еле тащишься! – хнычу. – Да, да! – кивает. – Уже скоро! – крепко сжимает мою ладонь. И это меня успокаивает. Мне кажется, мы едем целую вечность. – Скорее, Бен! – слёзы текут по щекам. – Какой дом? – Три тысячи пятьсот тридцать шестой. Песочного цвета, с красным зонтиком на террасе. Вон тот! – мы подъезжаем. В окнах горит свет. – Зонтик? – удивляется Бен. – Там бассейн. Мы там загорали, – всхлипываю. – Огромный! – паркуется Бен. – Вы чем занимаетесь? – пытается меня отвлечь. – У мамы с подругами частный детский сад в Энсино, а у папы небольшой автосалон, – наконец отстёгиваюсь, вылетаю из машины, несусь в дом. – Холи, стой! Это может быть опасно! – орёт мне в спину. Но я игнорирую! Там же мои родители! В столовой за столом шестеро лучших друзей. Ларри и Кристен Хили, Росс и Скарлетт О’Райли и мои родители. Все живы, здоровы на первый взгляд. – Пап, мам! Что случилось? – еле дышу. – Детка! – мама бросается ко мне, плачет. – Мам! Что случилось? – плачу сама. – Пап! – смотрю на него. – Доброй ночи, – слышу голос Бена позади. – Папину машину. Её угнали! – всхлипывает мама. – О! – облегчённо выдыхаю я. – Би-33, прибыли на место. Угон автомобиля, – передаёт Бен по рации. – Как же вы меня перепугали! – качаю головой. – Я сказал ей тоже самое! Не пугай Холи! Но ты же её знаешь! – папа разводит руками. Я улыбаюсь ему. – Мам! Это же всего лишь машина! – смотрю ей в глаза. – Холи думала, что вас тут банда Восемнадцатой улицы разрубила на куски мачете, – голос Бена. – А такое бывает? – хлопает ресницами мама, к ней присоединяются тёти Кристен и Скар. Оборачиваюсь на Бена. Меряю его недовольным взглядом. – Думай, что говоришь впечатлительным женщинам! – шиплю. Он виновато улыбается и жмёт плечами. – Нет, такого не бывает. Разве что в Гондурасе, – отмахиваюсь. Они заметно успокаиваются. – Мам, я прямо сейчас объявлю в розыск папину машину. Её скоро найдут. – А вы пока напишите заявление, – Бен протягивает папе бланк. Папа, жмёт ему руку и забирает бумажку. – Эмм… Это мой напарник офицер Бен МакКензи, – представляю его. – Офицер, это Росс и Скарлетт О’Райли – родители Декстера, – представляю их. Бен жмёт им руки. – Декстер отличный офицер, миссис О’Райли, – улыбается. Скарлетт прямо сейчас растает от умиления и гордости за сына. – А это Ларри и Кристен Хили, родители Клер, я рассказывала про неё, – киваю. Бен жмет и их ладони. Пока папа пишет заявление, мама пытается нас накормить. Бену нравится объём и количество ирландского ужина и составляющей его русской еды. Поднимаюсь в свою комнату. Хочу забрать своё одеяло из искусственного меха норки. Оказывается, засыпать под ним – одно удовольствие. Наверное, всё дело в персиковом аромате. – Так вот где засыпала маленький офицер О’Доннелл! – в дверях стоит Бен. – Что тебе здесь нужно? – разворачиваюсь, заталкивая одеяло в сумку из под роликовых коньков. – Вообще-то нам пора. Я за тобой, – осматривает мою комнату. – Ну, так идём! – толкаю его. – Мы можем отвезти сумку ко мне? До Эко Парк ближе, чем до участка, – улыбаюсь. Бен закатывает глаза, но соглашается. Он уступает мне? О! Это нужно запомнить!

Мы прощаемся с моими родителями и их друзьями и уезжаем. Бен ждёт в машине, пока я заношу сумку в свою квартиру. Быстро запихиваю в себя кусок пиццы, оставшейся на столе с утра, хватаю свой любимый кактусовый энергетик и спускаюсь вниз.

– Скорее! – Бен включает мигалку и срывает полицейский Форд с места. – Би-33, включаемся в погоню! Следуем на указанную точку. Опишите местность! – просит Бен. – В чём дело? – только успеваю пристегнуться. – Машину твоего отца засекли с вертушек! – бросает мне. – Всем патрулям! – голос дежурного по рации. – Переключаю на пилота! – Угол Голдберг и Теннеси! Автомобиль покидает застройки, впереди пустырь. Движение в сторону фабрик! – объясняет пилот полицейского вертолёта. – Догоним урода! – киваю. – Всем патрулям! Пилот потерял автомобиль из виду! Возможно заброшенная стройка на окраине района, – диспетчер. – Эл-28! Попали в аварию, скорая не требуется, выходим из погони! – голос Санчеса. – О, Господи! – закрываю лицо ладонями. – Эй! Эй! Они живы! Слышишь? Всё в порядке, – успокаивает меня Бен. Я киваю. – Только держись крепче! – Бен! Следы! Смотри! – хлопаю его по плечу. Он тормозит. Мы выходим из машины. – Точно! Мишлен, как и говорил твой отец! – кивает мне. – Би-33, ведем пеший патруль на стройке по Теннеси стрит. Заметили свежие следы шин, – быстро сообщаю по рации. Сквозь полуразрушенную крышу проступает свет фонаря патрульного вертолёта. – Холи! Тачка! – кричит Бен, и бежит к машине моего папы. Улыбаюсь, облегчённо выдыхая. – Слава Всевышнему! – крещусь. – Ну как она? – Крутая! – оценивает Бен. – Папа пять лет за ней гонялся. Хотел именно такую. Девяносто второго года выпуска, – рассказываю. – Этот урод поцарапал капот! – ору. Бен смеётся. – Сообщай, – кивает на рацию. – Би-33! Автомобиль найден, отзывайте погоню. Угонщика… – не успеваю договорить. – Холи! Оружие! – крик Бена сбивающего меня с ног, два ультрамариновых глаза чёрного парня, и пара оглушительных выстрелов. Я погружаюсь в сон…

====== Часть 9. Только живи ======

– Теннеси стрит, заброшенная стройка! Офицер ранен! Парамедиков, скорее! И детективов! – чей-то голос. Я слышу его будто через стену. В секунду становится светло, и так легко дышать. Открываю глаза. Я лежу на прохладной бетонной плите. Свет фонаря патрульного вертолёта слепит меня. Я часто моргаю. Надо мной нависает одна из девушек-офицеров нашего участка. – Холи, ты как? – она обеспокоена. – Нормально, – киваю. – Я не поняла, что произошло, – качаю головой. – Ты ранена? – у Мелины высокий голос. Похожий на визг. – Нет! – качаю головой. Она подаёт мне руку, и я хватаюсь за неё ладонью. Не сразу понимаю, что на моих руках не тень, а тёмная, липкая кровь. И на форме тоже кровь. Снимаю рубашку, бросаю жилет на сиденье нашей машины. Майка осталась по-прежнему белой, ни капли крови. Я точно не ранена. – Ты как? Видела кто стрелял? – старший офицер Чарли Брик. – Я нормально, – киваю. В ухе звенит, будто кто-то ещё раз выстрелил. – Нужно спросить у Бена. Он заметил угонщика. Предупредил меня, оттолкнул. А потом просто выстрелы оглушили, – тру лоб. – Спроси у МакКензи, – выдыхаю. – Холи, ты ничего не помнишь? – сводит он брови. – Помню, что парень был чернокожим. А ещё глаза. Голубые! Ну, прямо ультрамарин! – кусаю губу. – Холи, Бен! Он закрыл тебя собой. Это его кровь. Когда мы приехали, он лежал на тебе, закрыл тебя! – рассказывает Чарли. Я громко стону, будто меня под дых ударили. – Бен! – шепчу. – Как он? Он в порядке? Он жив? – лицо мокрое от слёз. – Был жив, когда его увозили парамедики. – Был жив? – раскрываю глаза. – Я поеду к нему! Мне нужно к нему! – оббегаю машину. – Стой! – меня за руку хватает Лиам. А он какого чёрта здесь делает? – Тебе нужно дать показания. В участке, пойдём! – тащит в свою машину. Точно! Он же из внутренних. – Но Бен! Там же Бен! Он в больнице! – утираю слёзы. – Ты сдашь оружие, тебя осмотрят медики, дашь показания и можешь бежать к своему Бену! – фыркает Лиам.