Банкир - Горохов Александр Сергеевич - Страница 46

- Твоя напарница, тетя Надя что-нибудь знала про твою вторую работу?

- Нет, нет, господин Флин! Она женщина тихая, работящая. Нет, я ей такого зла не желаю. Я же понимала, что рано или поздно...

- Заткнись, - оборвал Флин. - У тебя есть какой-нибудь участок , огород, под Москвой?

- Нет. Я картошку у своего дяди в деревне копаю - Очень хорошо. Получишь в банке расчет и сматывайся к своему дядя в деревню Тебе опасно будет торчать в Москве. Сматывайся до осени. Приедешь, найдешь здесь меня. А там посмотрим что с тобой делать.

- Но зачем так всё..

- Затем, дура! - прорычал Флин, всё так же нет оборачиваясь. - Твоя поганая жизнь сейчас не стоит ни гроша.

Он обернулся и едва не обалдел перед увиденной картиной. Тетя Валя за период этого разговора успела снять туфли, чулки, трусы и теперь лежала навзничь, уже раскинув и даже приподняв ноги! Флин потерялся полностью.

- Ты что это, корова?

Она ответила жалким голосом.

- Так ведь я виноватая, господин Флин... Так положено...

- У кого положено?!

- Ну, у Старого... Там меня втроем... Чухонец и ещё двое. Пока я согласилась с ними против вас работать.

- Даже так?

- Ну да...

- Одевайся. И галопом - в деревню Он прошел мимо растерзанной женщины, спустился двумя этажами ниже, нашел ничем не примечательную дверь, дважды стукнул в неё костяшками пальцев, выдержал паузу и повторил стук но уже в три удара. Потом открыл дверь своими ключами и переступил через порог.

О наличие этой комнаты, точнее службы, в банке знали только он и Рагозин. Кроме трех молодых парней, которые работали здесь круглосуточно, меняясь через восемь часов. В комнате были установлены шесть мониторов, короче и проще сказать - здесь размещалась служба наружного наблюдения по охране банка, которую Флин засекретил сразу, едва установил. Держали под контролем не только парадный подход к банку, но и задворки, все подъезды Когда с точки зрения появлялось что-то подозрительное - операторы записывали изображение на видеокассеты.

- Привет. - коротко бросил Флин. - Всё в порядке, Вася?

Неторопливый Вася поправил очки и сказал.

- Можно сказать - почти - А если без "почти"?

- Опять проезжала эта "восьмерка" Опять остановилась напротив парадного подъезда метрах в сорока под углом сорок пять градусов. Как и раньше, из неё никто не вышел. Уехали через час двадцать минут.

- Покажи.

Вася ловко вставил кассету, поиграл пальцами на панели управления и на одном из экранов показалась эта "восьмерка" и действия её были именно такими, как описал Вася.

- Подожди. - прервал Флин. - У машины другие номера, чем в первых двух случаях.

- Я эту тачку "срисовал". Они номер сменили, но я её узнал Молодец. - сдержанно похвалил Флин. - Значит нас "пасут". И "пасут" почти профессионально.

- Получается так, Николай Афанасьевич.

- Хорошо. Я тут посплю у тебя, часа через три разбуди.

Флин растянулся на узкой кушетке, но сразу не заснул - подумал, что наличие мобильника связи с "контролером" (так его окрестил Флин) затаившимся среди служащих банка, дает какой-то шанс вытащить его за ухо на свет божий. Но как его использовать, он ещё не знал.

... К началу работы банка Валентин с помощью секретарши навел порядок у себя в кабинете, расставил в прежнем порядке всю мебель и никаких следов ночных поисков "жучка" не осталось. Кроме дырки в потолке, но она была совсем неприметной.

В коробке, которую сдала тетя Валя перед своим изгнанием оказался черный прибор с двумя кнопками - красной и зеленой. Вокруг него был уложен серебристый тонкий шланг с черной сеткой микрофона на конце. Устройство не слишком изощренное. В нужный момент, когда в кабинете шло серьезное заседание, Валя поднималась на чердак, спускала в дырку микрофон и включала записывающее устройство.

Но вот ведь закавыка - как уборщица узнавала время, момент этого заседания или серьезного разговора? Она здесь работала явно не одна...

Додумать этой мысли до конца Валентин не успел. Вошла Люда и спросила осторожно.

- Просит аудиенции Майя. Харитонова. И с ней целая ватага жутких ребят.

- Ребята пусть подождут, дай им кофе. А Майю зови.

Он уже знал, кого привела за собой Майя и потому приготовился в душе к разговору сумбурному и непрофессиональному, проще сказать, предстояла встреча с артистической богемой, народишком крикливом, фальшивом, а в финансовых отношениях - предельно ненадежным Майя уже внесла своё длинноногое, спортивное тело в кабинет банкира, как всегда, легко и уверено с перманентно презрительной гримасой легко снисхождения ко всем окружающим.

Следом за ней ступал парень в замызганной рыжей кожаной куртке, длинноносый и очень похожий на портеры Гоголя. Под него он и работал прическу великого писателя скопировал и вместо галстука повязывал шею черной косынкой.. На вид ему было лет двадцать пять.

Первой решительно заговорила Майя, поздоровалась и без паузы принялась чеканить слова.

- Валентин Иванович, разрешите вам представить кино и теле режиссера Крамова Владимира Сергеевича.

Они пожали друг другу руки и Крамов словно доложился.

- Крамов. Крамов. - повторил он четко - Окончил Институт Кинематографии. Режиссер, сценарист, актер. По моему сценарию "Мосфильм" поставил полнометражный фильм, а сам снял дюжину короткометражек и рекламных клипов, которым грош цена.

- Прекрасные картины, не ври! - выкрикнула Майя Но Рагозину подобное самокритичное представление понравилось и он кивнул на кресло.

- Садитесь. А зачем вы привели с собой группу поддержки?

- Для солидности. - без улыбки ответил Крамов. - Вы должны хотя бы увидеть всех, кому доверите свои деньги.

Рагозин ответил тем же тоном.

- Никаких денег, господин Крамов, я вам пока даже не обещал. Был только контрольный разговор с вашим контрагентом в лице Майи Харитоновой. Вы принесли проект? Бизнес план?

Парень явно растерялся от такого жесткого тона и Майя бросилась к нему на выручку.

- Валентин Иванович, мы принесли всё! Все счета, сколько ему дает денег студия, проект и сценарий!

- Положите всё на стол.

Крамов вытащил из потертого, старомодного портфеля толстую красную папку с тесемочками и аккуратно, словно хрустальную вазу, положил её под руки Валентина. Парен был ещё молод, но определенная хватка в нём чувствовалась и Валентину он понравился.