Юг (ЛП) - Чан Зи - Страница 217

— Эти животные! — побледневшая от ярости Чэнь Яо ударила по столу, когда услышала отчет Пан Цзиньюна.

Несмотря на то, что Чэнь Яо отказалась от наивных и сентиментальных эмоций, превратившись в сильного лидера, ее сердце до сих пор не могло спокойно вынести то, что 500 беспомощных китайских выживших подвергались жестокому обращению со стороны Чжан Маньсюя и других вьетнамцев, из-за чего ее разум заполнил гнев.

— Проклятые звери! — громко выругался огромный, словно медведь, мужчина. — Ваше Святейшество, мы должны рискнуть и сразиться с ними!

— Сюй Цзу, тише! — нахмурился Ган Тао. — Слушай, что скажет босс Юэ!

Сюй Цзу успокоился, но все же также свирепо посмотрел на Юэ Чжуна, который ему не нравился — появился неизвестно откуда и сразу занял пост лидера. По его мнению, командовать должны совместно Чэнь Яо и Ган Тао. Сюй Цзу был одним из тех, кого спас и приютил Ган Тао, со временем он стал одним из трех сильнейших Эвольверов Небесного Китайского Альянса. Присоединившись к организации, он сражался под руководством Ган Тао, который многому его обучил. Благодаря своей силе он внес немалый вклад в становление Небесного Альянса, и если бы не его уважение к Чэнь Яо, он бы не подчинился Юэ Чжуну.

После слов Ган Тао все собравшиеся внутри пещеры выжившие выжидательно уставились на Юэ Чжуна, ожидая, как новый лидер будет с этим справляться. Помимо Ган Тао, Пан Цзиньюна и Фань Тунсюаня, никто больше не знал методов, которыми действовал Юэ Чжун.

— Собирайте войска! — не обращая внимания на окружающих, отдал приказ новый лидер.

Бах!

Прозвучал выстрел, и в голове мужчины-китайца появилось пулевое отверстие.

— Ах, какой вид! — в глазах Чжан Маньсюя промелькнуло ненормальное возбуждение в тот момент, когда он делал выстрел. — Китайцы — стадо цепляющихся за жизнь и боящихся смерти свиней! Они даже не осмеливаются показаться мне на глаза!

— Естественно! — очень гордо проговорил Юань Хэ, еще один молодой гений Вьетнамской Империи. — Все китайцы такие же трусы, их совершенно нельзя сравнивать с нашими гордыми вьетнамцами! В прошлом наша страна обладала третьей по численности сухопутной армией, и в новой истории одержала победу в войне с грозным врагом — американцами! Жалкие китайцы просто не могут сравниться с нами!

Победа над американцами повсеместно увеличила волю и национальную гордость вьетнамцев. После Второй Мировой Войны США стали мировой державой, это был уже признанный факт. И с тех пор американские войска сражались не только во Вьетнаме, где потерпели поражение, но также и в Корее, где у Китая и США была лишь ничья. Этого было достаточно, чтобы у всего вьетнамского народа воспряла гордость.

Конечно, тот факт, что во время войны с американцами вьетнамцам помогали как Китай, так и СССР, они предпочитали не замечать, поэтому думали, что победу они одержали исключительно своими силами, что лишь увеличивало их высокомерную гордость.

— Верно! — взволнованно подтвердил Чжан Маньсюй. — В будущем Вьетнам станет сверхдержавой! Весь мир будет дрожать от поступи наших танков и солдат!

С началом апокалипсиса многие сильные люди стали очень амбициозными. То, что Вуянь Хун объединил своих соотечественников в Великую Вьетнамскую Империю, давало им возможность с уверенностью смотреть в будущее и мечтать о мировом господстве.

— Эти жалкие китайцы станут нашими рабами, и будут обслуживать нас! — с легким смехом проговорил Лин Ло, третий из четырех молодых гениев. — Стать рабами великого вьетнамского народа — это должно быть удовольствием для них!

— Ха-ха-ха! — весело рассмеялся уверенный в себе Чжан Маньсюй.

Он вместе с другими гениями, как впрочем и другие высокоуровневые мастера, действительно верили, что своими силами смогут сделать Вьетнам сверхдержавой. И для достижения этой цели их северо-восточные соседи должны были стать первой ступенькой. Это было одной из главных причин их враждебного отношения к китайцам.

— Давайте, тащите следующего… Вон ту, — с презрением осмотрев китайских рабов, Чжан Маньсюй указал пальцем на одну из женщин.

Солдаты немедленно вытащили ее из толпы и бросили ему под ноги.

— Не убивайте! Пожалуйста, не убивайте! Я готова сделать все, что угодно! Прошу вас, не убивайте меня! Десяти минут еще не прошло! — стоя на коленях, слезно умоляла женщина. Никто не хочет умирать — даже несмотря на все страдания и унижения, женщина по-прежнему хотела жить.

Однако Чжан Маньсюй, глядя на умоляющую и стоящую на коленях женщину, лишь испытал волнение. Он очень любил смотреть, как они плачут, жалобно умоляют и стоят на коленях, после чего с некоторым колебанием убивал их. То мгновение, когда он давал им надежду, которую в следующий миг отбирал, отчего их лица становились отчаянными, просто неимоверно возбуждало его.

— Вини в своей смерти Зеленую Ведьму Чэнь Яо! — жестоко улыбнувшись, Чжан Маньсюй упер пистолет в голову стоящей на коленях женщине. — Так как она до сих пор не появилась, ты должна умереть!

— Нет! — следя за медленными движениями зловещего мужчины, глаза женщины наполнились ужасом и отчаянием и, не сдержавшись, под ней образовалась лужица желтоватой жидкости.

— Стой! — в этот момент раздался крик вышедшей из леса девушки.

— Ты Зеленая Ведьма Чэнь Яо? — увидев несравненно красивое лицо девушки, испускавшей некоторую ауру величия, глаза Чжан Маньсюя загорелись другим возбуждением: — Действительно красива!

— Я Чэнь Яо, — гневно посмотрев на него, представилась она. — Я следую твоим требованиям, отпусти людей!

— Да, я отпущу их! — в глазах Чжан Маньсюя промелькнули зловещие огни и, рассмеявшись, он сказал: — Иди сюда и оближи мои сапоги, и они будут свободны!

Он не был глупцом, и хотел спровоцировать Чэнь Яо, чтобы она пришла в ярость и напала на них. Пусть попробует. Конечно, он не возражал бы, если бы она подчинилась, и тогда бы он ее захватил — красивые собаки ему нравятся.

Вуянь Хун имел огромное количество мастеров, имеющих всевозможные способности, помимо которых также обладал регулярной армией. Один батальон элитных солдат мог полностью разгромить силы Чэнь Яо, но при встрече с ними китайцы просто разбегутся и скроются. Однако сейчас они могли легко уничтожить Чэнь Яо, и тогда повстанцы просто развалятся. Именно по этой причине Чжан Маньсюй хотел спровоцировать ее, чтобы из ярости она всеми силами напала на него, и тогда они смогут уничтожить их одним ударом.

— Взял беспомощных людей и стариков в заложники и угрожаешь мне? И после этого называешь себя мужчиной? — медленно спросила Чэнь Яо, не спуская взгляда с Чжан Маньсюя.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся парень, видя ее злость и, снова наведя пистолет на коленопреклоненную женщину, приказал: — Чэнь Яо, встань на колени немедленно! В противном случае, ее смерть окажется на твоей совести!

— Помогите! Спасите! Я не хочу умирать! — закричала женщина, отчаянно смотря на Чэнь Яо. Она понимала, что ее слезы не произведут впечатления на вьетнамцев, поэтому ей оставалось лишь умолять эту девушку.

Самодовольно и гордо улыбавшийся Чжан Маньсюй внезапно почувствовал, как его сердце сковал холод. Будучи высокоуровневым Эвольвером, он ощутил угрозу и немедленно активировал свой навык, моментально отпрыгивая с того места, где стоял.

В тот же миг прозвучал выстрел из 14,5-мм снайперской винтовки — пуля пронзила его левое плечо и, сломав несколько костей, отбросила его на десять метров. Если бы Чжан Маньсюй был хоть чуть-чуть медленнее, то пуля разнесла бы ему голову.

«Хм, действительно способный парень! Кажется, у вьетнамцев есть немало опасных бойцов!» — подумал Юэ Чжун, сидевший на одном из деревьев.

Способности Юэ Чжуна, постоянно тренировавшегося в снайперской стрельбе, сегодня уже не уступали возможностям элитных снайперов. Его умения было достаточно, чтобы убить выстрелом мастера выше 40-го уровня, поэтому сумевший уклониться от его пули молодой парень должен обладать внушительной силой.

Как только Юэ Чжун сделал выстрел, из тени солдат выскочили пять волков, набросившихся на ничего не подозревающих вьетнамцев и в мгновение ока перегрызли глотки пятерым из них.