Двор Тумана и Ярости (ЛП) - Маас Сара - Страница 130

Он избежал моего орла, и моего ястреба, и моего сокола, паря высоко, прорывая себе путь в воздухе. От меня и моей силы — от Кассиана и Азриэля, защищавших реку и большую часть города, от Амрен, использующей свою неведомую тёмную магию, чтобы заставить целые толпы разбиться насмерть без единого физического воздействия.

Никто из моих друзей не видел Аттора, свободно парящего в небесах.

Он бы улетел обратно в Хайберн — к Королю. Он решил прилететь сюда, чтобы возглавить войско. Назло. И я не сомневаюсь, что золотая королева-львица страдала в его руках. Как страдала Клэр.

«Где ты?»

Голос Риса прозвучал в моей голове, словно издалека, сквозь щель в моем щите.

«ГДЕ ТЫ?»

Аттор уходил. С каждым ударом моего сердца он поднимался всё выше и выше…

«ГДЕ…»

Я убрала в ножны иллирийский клинок и боевой нож и нагнулась, чтобы поднять стрелы, которые лежали на улице. Которыми стреляли в моих людей. Ясеневые стрелы, смазанные уже знакомым мне зеленоватым ядом. Кровавой порчей.

«Я именно там, где и должна быть,» — ответила я Рису.

А затем растворилась в небесах.

Глава 59

Я рассеялась на соседнюю крышу, стиснув в обеих руках ясеневую стрелу и высматривая, как высоко в небо взмыл Аттор…

— ФЕЙРА!

Я закрылась адамантовым щитом от его голоса, от него.

Не сейчас, не в этот момент.

Я смутно ощущала, как он бился об мой щит. Кричал на него. Но даже он не мог проникнуть сквозь него.

Потому что Аттор — мой.

Вдалеке, рвясь вперёд, ко мне, к Веларису, мир накрывала всепоглощающая тьма. Солдаты, встающие на её пути, больше не поднимались.

Мой мейт. Воплощенная смерть. Торжествующая ночь.

Я снова заметила Аттора, поворачивающего к морю, к Хайберну, но всё ещё летящего над городом.

Я рассеялась, бросая своё сознание прямо к нему, как сеть, соединяющую наши умы, используя связь, как нить, которая вела меня сквозь время, расстояние и ветер.

Я зацепилась за жирное пятно его злобы, концентрируя свою сущность, фокусируясь на самом его ядре. Настоящий маяк извращённости и мерзости.

Когда я возникла из ветра и тени, то оказалась прямо над Аттором.

Он вскрикнул, а его крылья изогнулись, когда я врезалась в него. Когда я всадила отравленные ясеневые стрелы в каждое из крыльев. Прямо в главную мышцу.

Аттор изогнулся от боли, его раздвоенный язык рассёк воздух между нами. С высоты город внизу казался лишь пятном, а Сидра — тонким ручейком.

В мгновение между ударами собственного сердца я обернулась вокруг Аттора. Я стала живым пламенем, которое сжигало всё, к чему я прикасалась; стала нерушимой, как непреодолимая стена в моем сознании.

Пронзительно вскрикнув, Аттор обрушился на меня, но его крылья, с ясеневыми стрелами в них, с моей хваткой…

Свободное падение.

К миру внизу. К крови и боли. Ветер рвал нас на части.

Аттор не мог освободиться от моей пылающей хватки. Или от моих отравленных стрел, пронзавших его крылья. Калечивших его. Его горящая кожа обожгла мне нос.

Пока мы падали, я смогла дотянуться рукой до кинжала.

Темнота, поглощающая горизонт, приближалась, будто заметила меня.

Ещё не всё.

Пока не всё.

Я нацелила кинжал на костлявую, вытянутую грудную клетку Аттора.

— Это за Риса, — прошипела я в его заострённое ухо.

Вибрация от соприкосновения костей и стали резко отозвалась в моей руке.

Серебристая кровь согрела мои пальцы. Аттор закричал.

Я выдернула кинжал, и серебристая кровь струйкой брызнула мне в лицо.

— Это за Клэр.

Я снова вонзила лезвие, проворачивая его.

Здания начали обретать форму. Сидра все еще была красной, но солдат в небе уже не было. Как и на улицах.

Аттор кричал и шипел, проклинал и умолял пока я выдёргивала клинок.

Я уже различала очертания людей внизу. Земля расширилась, готовая нас встретить. Аттор сопротивлялся столь яростно, что всем, что я могла сделать, было держать его в своей раскалённой хватке. Сожжённая кожа отрывалась и улетала вверх.

— А это, — сказала я, наклоняясь поближе к нему, чтобы прошептать на ухо, прямо в его прогнившую душу. Я вонзила свой кинжал в третий раз, наслаждаясь хрустом костей и плоти. — Это за меня.

Я уже могла сосчитать камни на мостовой. Видела Смерть, раскрывающую объятия, чтобы принять нас.

Я прижалась ртом к его уху близко, как любовница, в тот момент, когда стало можно разглядеть наше отражение в луже крови.

— Увидимся в аду, — прошептала я и оставила клинок в его теле.

Лужи шли рябью от ветра всего в нескольких дюймах от нас.

И я рассеялась, оставляя Аттора позади.

* * *

Я слышала удар и хлюпанье, даже когда рассеялась из реальности, двигаясь со скоростью, которую успело набрать моё тело. Я возникла в нескольких футах неподалёку — моё тело просто не поспевало за разумом.

Мои ступни и ноги подвели меня, и я врезалась в большое здание розового цвета позади меня. Настолько жёстко, что штукатурка потрескалась и осыпалась мне на спину и плечи.

Я задыхалась и дрожала. А на улице впереди лежало нечто сломанное и растёкшееся по камням. Крылья Аттора превратились в скрюченные куски. Чуть дальше лежали ошмётки брони, раздробленные кости и сгоревшая плоть. Это всё, что от него осталось.

Волна тьмы, сила Рисанда, наконец-то достигла моей стороны реки.

Никто не вскрикнул, когда наполненный звёздами каскад ночи закрыл собой свет.

Мне показалось, что я услышала смутные кряхтящие и царапающие звуки, словно эта тьма выискивала солдат, укрывшихся внутри Радуги, но затем…

Волна ушла, и появился солнечные свет.

Звук шагов передо мной и шелест могучих крыльев.

Рука на моём лице, приподнявшая мой подбородок, пока я упорно глядела на разбрызганные останки Аттора. Фиолетовые глаза посмотрели на меня.

Рис. Рис был здесь.

А я… Я…

Он наклонился ко мне, его лоб был покрыт потом, а дыхание постоянно сбивалось. Он нежно поцеловал меня в губы.

Чтобы напомнить нам обоим. Кто мы, кем мы были. Моё ледяное сердце оттаяло, огонь внутри меня утих от извивающихся прикосновений тьмы, а вода струйкой покинула мои вены и вернулась в Сидру.

Рис отстранился и погладил меня по щеке большим пальцем. Люди плакали. Причитали.

Но больше не было криков ужаса. Не было кровопролития и разрушений.

Мой мейт пробормотал:

— Фейра Разрушительница Проклятия, Защитница Радуги.

Я обвила руками его талию и всхлипнула.

И, даже несмотря на то, что его город скорбно кричал, Высший Лорд Ночного Двора держал меня в объятиях до тех пор, пока я не стала готова встретиться лицом к лицу с новым миром, насквозь пропитанным кровью.

Глава 60

— Веларис в безопасности, — сказал Рис, когда в городе стояла уже глубокая ночь. — Магические щиты, которые разрушил Котел, были восстановлены.

Мы не останавливались на отдых до сих пор. В течение нескольких часов мы работали вместе с остальной частью города, исцеляя горожан, латая здания и выискивая ответы всеми доступными способами. И лишь когда на часах пробило три часа ночи, мы собрались все вместе снова.

Я не знала, как Рису удавалось держаться на ногах, когда он стоял, облокотившись, на облицовку камина посреди комнаты. Я была почти без сил, сидя на диване возле Мор. Мы обе были покрыты грязью и кровью. Как и все остальные.

Кассиан, развалившись, сидел в кресле, приспособленном для иллирийских крыльев. Его лицо было разбито и залечивалось достаточно медленно, так, что я понимала: большая часть его сил ушла на то, чтобы защищать город в одиночку в первые долгие минуты. В его карих глазах по-прежнему пылали угли ярости.

Амрен выглядела немногим лучше. Серое одеяние этой миниатюрной женщины в большинстве мест свисало лоскутами ткани, а ее кожа была бледной, как снег. Задремав на кушетке, стоящий напротив дивана, где сидела я, она прислонилась к Азриэлю, который продолжал бросать на нее встревоженные взгляды. Его собственные раны при этом тоже несколько кровоточили, а сифоны на исцарапанных руках были тусклыми, приглушенными. Совершенно опустошенными.