Звезды южного неба - Хэран Элизабет - Страница 117

— Держи его крепко… но нежно, — сказала она.

На пороге палаты появился Мерфи. Он увидел Джеймса, державшего ребенка, и его глаза тревожно расширились. Посмотрев на Эстеллу, он заметил в ее глазах удовлетворенность, а на губах — легкую улыбку. Она посмотрела в его сторону, и ее улыбка стала шире; Майкл, облегченно вздохнул.

Джеймс смотрел на своего сына, мирно спавшего у него на руках, и на его глазах заблестели слезы. То, что он растрогался, держа в руках крошечного ребенка, наполнило сердце Эстеллы радостью.

— Он такой крохотный… — сказал Джеймс. — И так похож на свою маму…

Эстелла снова посмотрела на дверь, но Мерфи уже ушел. Она подумала о том, что сказал Джеймс, и поняла, что он был прав. Это действительно большая редкость — найти по-настоящему бескорыстную любовь.

— Эстелла, сделаешь кое-что для меня? — спросил Джеймс хриплым от волнения голосом.

— Если смогу…

— Дай нашему сыну… отца… которого он заслуживает… отца, которым я не смог стать.

Глаза Эстеллы наполнились слезами, и она кивнула, прикусив губы, чтобы не расплакаться.

Празднования в баре омрачались некоторой грустью, поэтому, когда туда вошел Джеймс, атмосфера стала враждебной.

— Я уезжаю, — сказал Джеймс с порога. Он заметил, что среди мужчин не было ни его пилота, ни Мерфи.

Чарли поставил свой бокал и подошел к нему, кровожадно блестя глазами.

— Пожалуйста, позаботьтесь об Эстелле… — сказал Джеймс, — и о ребенке…

Чарли замер.

— Вы уезжаете без ребенка? — Чарли хотел убедиться, что правильно его понял.

— Это будет справедливо… И мне уже пора так поступить в отношении Эстеллы. Где мой пилот?

На лице Чарли появилось выражение озабоченности.

— Он… он пошел в туалет на задний двор, — Чарли повернулся и посмотрел на Марти, который выглядел обеспокоенным. — Марти, ты его не позовешь? — спросил Чарли.

— Конечно… я вернусь через минуту, — и Марти убежал.

— Он встретится с вами уже у самолета, — сказал Чарли Джеймсу.

Джеймс заподозрил, что они что-то сделали с Фредди Эллисом, но не стал ничего говорить и отправился к самолету.

Через пару минут появился Фредди. Казалось, он был чем-то напуган.

— Что с вами случилось? — спросил его Джеймс.

— Я пошел в туалет на заднем дворе… и, кажется, со штабеля дров свалилось полено и заклинило дверь… и я не мог выйти. Один из посетителей бара сказал мне, что вомбаты любят копать норы в том месте и иногда из-за них разваливается штабель дров. Пришлось просидеть там несколько часов. Мне повезло, что кому-то тоже понадобилось в туалет, а то бы просидел там еще дольше.

— Да, повезло, — сказал Джеймс, и на его губах мелькнула улыбка. Они сели в самолет и приготовились взлетать.

Джеймс посмотрел в иллюминатор на пыльный городок. Бросив взгляд на больницу, он увидел Эстеллу, стоявшую у окна с ребенком на руках. Она помахала ему на прощанье.

— Пусть у тебя все будет хорошо, Эстелла! — прошептал Джеймс, помахав ей в ответ. — И позаботься о нашем сыне.

Взревев двигателем и подняв облака пыли, их самолет покатился в сторону полосы.

— Ну, разве это не замечательно? — сказал Чарли, слушая, как вдалеке затихает гул самолета Джеймса. — Ребенок остался с Эстеллой.

Он был просто на седьмом небе от счастья. Это они с Марти приперли дверь туалета поленом, чтобы быть уверенными, что Джеймс тайком не улизнет вместе с ребенком.

— Святые нас охраняют… Мне нужно немедленно рассказать об этом Фло, — воскликнул Чарли, поспешив в комнату, где отдыхала его сестра.

Через несколько минут он уже вернулся. Фло слышала, как взлетал самолет Джеймса, и была уверена, что он улетел вместе с ребенком. Она ужасно расстроилась и уже собиралась отправиться к Эстелле, когда в ее дверь постучал Чарли. И как только Чарли рассказал ей, что Джеймс оставил ребенка Эстелле, она заснула глубоким спокойным сном.

— Пошли навестим Эстеллу и моего внучатого племянника, — сказал Чарли, осушив свой бокал.

Они уже вышли на веранду, когда Чарли увидел, как в больницу вошел Мерфи.

— Думаю, нам сначала следует выпить еще по одной, — сказал Чарли.

— А я думал, что мы идем посмотреть на ребенка Эстеллы, — сказал Уэгз.

Марти тоже ничего не понял.

— Еще одна кружечка нам не помешает, — сказал Чарли. — И, кроме того, нам нужно включить радио и сообщить всем, что население Кенгуру-кроссинг увеличилось на одного человека… и еще мне нужно заказать пива. Когда все съедутся в город, мы устроим самую большую вечеринку, которую вы — когда-либо видели.

— У нас денег на нее не хватит, — воскликнул Марти в ужасе.

— Не говори глупостей! Ты что, решил, что пиво будет бесплатное? — Чарли потер руки в предвкушении прибыли, которую он получит. Он не сомневался, что компенсирует все свои потери за последние несколько месяцев.

Мужчины почесали затылки и вслед за ним снова пошли в бар.

— Ты все еще не спишь? — спросил Мерфи.

Подняв глаза, Эстелла увидела, что он стоит на пороге ее комнаты.

— Я не могу уснуть от счастья.

— Очень рад, что все закончилось так хорошо! — горячо воскликнул Мерфи. Он заметил, что ребенок спит в кроватке рядом с постелью Эстеллы.

— Думаю, ты сыграл немалую роль в том, как все обернулось.

Мерфи промолчал, но в его глазах загорелись искорки любви.

— Ты что, на самом деле запихнул бы Джеймса в самолет и разбился вместе с ним на равнине?

Эстелла должна была задать этот вопрос, потому что никогда не знала, когда Мерфи блефует. Она и на этот раз ожидала, что на его губах появится веселая усмешка, как и всегда, когда он над ней подшучивал. Но сейчас этого не произошло.

— Если бы для того, чтобы ребенок остался с тобой, мне пришлось пойти так далеко, то — да, я бы это сделал, — Мерфи отвернулся, не желая, чтобы Эстелла видела, как сильно он ее любит.

— Ты удивительный человек, — сказала Эстелла.

Мерфи хотел высказать все, что у него на сердце, но сдержался. Он лишь заглянул в кроватку и улыбнулся ребенку.

— Я только что видел Мэй и Бинни, — сказал он. Майкл встретил их у реки Диамантина.

Эстелла улыбнулась. Она очень обрадовалась, что они вернулись в город, так как по ним соскучилась.

— Я спросил Мэй о том пожаре, — сказал Мерфи.

— И что она ответила?

— Она призналась, что была пьяна и не потушила костер перед уходом. Она помнит, как поднялся ветер.

— Поэтому угли, наверное, и попали на стойло.

Мерфи кивнул.

— Мэй знает, что поступила очень плохо, не затушив костер. Но алкоголь лишает ее разума. Она сказала, что очень сожалеет о случившемся, и больше никогда не будет пить. Я сказал ей: мы знаем, что спиртное ей давала Филлис, но Филлис теперь уехала. И, честно говоря, мне показалось, что, услышав это, Мэй даже вздохнула с облегчением.

— Надеюсь, ничего подобного больше никогда не случится.

— У Мэй и Бинни был какой-то щенок. Ему примерно два месяца. Мэй сказала, это щенок той самой суки, которую ты лечила.

— Правда? — Эстелла подсчитала, что этому щенку тогда точно должно быть примерно два месяца. — Что это за шум? — никогда раньше она не слышала ничего подобного. Казалось, будто кто-то закидывает на крышу камни.

Улыбка Мерфи стала еще шире.

— Ты не могла слышать подобное раньше… Это невозможно. Это дождь.

— Дождь! — воскликнула Эстелла.

— И когда он становится сильнее, капли так грохочут по железной крыше, что можно оглохнуть.

— Значит, засуха кончилась? — Эстелла подумала о фермерах, стадах, о резервуарах для дождевой воды, которые нужно наполнить.

— Надеюсь, что так.

— Сейчас в это трудно поверить, но когда я сюда приехала, мне показалось, что здесь слишком жарко, — она рассмеялась.

— А ведь когда ты приехала, у нас тут была зима, — скептически заметил Майкл.

— Знаю, но по английским меркам температура воздуха больше двадцати градусов — это уже жарко. И я просто не могла смириться с тем, что становится все жарче и жарче.