Звезды южного неба - Хэран Элизабет - Страница 44

— Вы мне ничего не должны. Меня не приглашали обследовать ваш скот, поэтому я не могу принять гонорар.

— Мы здесь, в буше, так не делаем. Давайте пройдем в дом, хорошо?

Эстелле было очень неудобно, что она поставила Энни в такое положение, когда та считает себя обязанной ей.

Эстелла не хотела ее обидеть, но не ожидала, что Энни окажется такой гордой женщиной.

Зайдя в дом, Эстелла почти сразу же заглянула в комнату Тедди.

У него был очень больной вид — кожа посерела, его знобило, и он был весь мокрым от пота.

— Наверное, мне не нужно спрашивать, как вы себя чувствуете? — сказала Эстелла, когда он, повернув голову, посмотрел на нее.

— Что вы здесь… делаете? — хрипло проговорил Тедди.

— Я собиралась посетить несколько пастбищ вместе с Дэном и Мерфи, когда их вызвала Энни. Очень сожалею, что вы заболели, — ответила она.

— У меня простая лихорадка, поэтому даже не пытайтесь меня переубедить. И еще не хочу, чтобы вы воспользовались моей болезнью и лезли к моему скоту, пока я тут валяюсь.

— Мы могли бы спасти много ваших коров и защитить скот всех других владельцев пастбищ.

— Бога ради! Не говорите им ни слова… и не помогайте мне, — отрезал он. — Если вы начнете распространять слухи о том, что мой скот чем-то болен, то можете просто сразу сказать, что я и моя семья — прокаженные.

— Ваш скот заразился бруцеллезом, Тедди. И вы тоже. Вам нужно посмотреть правде в глаза… и начать с этим бороться.

— У Энни и так проблем хватает… Без этих лишних волнений. Убирайтесь отсюда к черту! И перестаньте лезть в нашу жизнь.

Эстелле ничего не оставалась, как просто уйти.

Когда они уже садились в самолет, Энни передала Эстелле мешочек из муслина.

— Здесь есть все для отличного рагу из барашка, — сказала она, смутившись.

Заглянув в мешочек, Эстелла увидела там пару ножек барашка, морковь, картофель, лук и зелень.

— Ох, Энни! Это было совсем необязательно. Но я так рада увидеть свежие овощи!

— Этого, конечно, мало за все ваши советы и помощь, но, надеюсь, вам это понравится.

— У меня уже слюнки текут! Огромное вам спасибо. И если у вас будут какие-то проблемы, обязательно свяжитесь со мной.

Скрестив руки на груди, Энни посмотрела в землю.

— Я не могу идти против воли Тедди, — она подняла глаза, и Эстелла увидела в них боль и замешательство. — Я слышала, что он вам сказал. Он сейчас не в состоянии нормально соображать… поэтому, пожалуйста, не принимайте его слова близко к сердцу. На самом деле он очень хороший человек, но сейчас просто не в себе.

Эстелла видела, что Энни шокирована поведением своего мужа, и понимающе улыбнулась ей.

— Жаль, что не могу помочь чем-то большим. Но теперь все дело за Тедди. Удачи вам, Энни!

Глава 14

Тетушка Фло дремала в своем кресле, когда ее разбудил настойчивый стук в дверь. Отбросив в сторону плед, закрывавший ее колени, и поднимаясь, она недовольно забормотала, раздраженная тем, что ей помешали. Когда она поднялась на ноги, ее лицо исказила гримаса боли: каждую осень и зиму ревматизм в локте и левом бедре совершенно не давал ей покоя.

Дойдя шаркающей походкой до двери, Фло вспомнила, что перед сном распустила свой корсет, но решила, что незваный гость не заметит этого, если она запахнет свой кардиган. Снова услышав настойчивый стук, она еще больше разозлилась.

— Какие же нетерпеливые! — проворчала Фло недовольно. — Быстрее я уже не могу!

Она думала, что кто-то хочет снять у нее комнаты, и это распалило ее еще больше, потому что специально повесила у входной двери табличку «Мест нет».

Открыв дверь, Фло увидела раскрасневшееся лицо своей давнишней подруги Молли Уэмбл. В детстве они жили по соседству и с тех пор продолжали дружить, несмотря на то, что Молли вышла замуж за человека из высшего общества. К сожалению, Молли обожала сплетни, что Фло совсем не нравилось.

— Привет, Флоренс! — воскликнула Молли, буквально врываясь в коридор. — Извини, что прервала твой послеобеденный сон, но я только что услышала новость, которая меня очень взволновала. Поэтому мне нужно было с кем-нибудь поговорить.

От Фло не укрылось то, что Молли не поленилась приехать именно к ней, что было довольно далеко от ее собственного дома.

— Проходи на кухню, Молли, — сказала она, закатывая глаза от боли и потирая ноющее бедро. У нее совсем не было настроения ахать и охать по поводу каких-нибудь великосветских глупостей. Если верить слухам, то люди из высшего общества были еще аморальнее, чем обычные граждане.

— Я приготовлю чай, дорогая, — сказала Молли, заметив, как Фло морщится от боли. — Вижу, у тебя снова разыгрался твой ревматизм.

Фло уселась в кресло, а Молли заварила чай, налив кипяток из чайника, кипевшего на старомодной угольной плите рядом с кастрюлей рагу из барашка. Благодаря этой плите на кухне всегда было тепло и уютно. Фло воспротивилась модернизации своего старинного дома, потому что была человеком привычки. И, несмотря на то, что поднимать ведра с углем из подвала ей было уже тяжеловато, она все равно не хотела ставить на кухне современную газовую плиту. Фло также отказалась от переезда в Девон, так как болезненный ревматизм сильно ее изматывал. Доктор сказал, что ей станет лучше, если она переедет в местность с теплым сухим климатом.

— Я бы с удовольствием жила на Майорке, — рассмеялась она тогда, — но уже слишком стара, чтобы учить испанский.

Поставив перед Фло чашку с чаем, Молли села за стол. Без дальнейших преамбул она тут же начала свой рассказ:

— Ты ни за что не отгадаешь, с кем я только что пила чай в ресторане гостиницы «Савой»!

— Вряд ли… Тебе придется это сказать самой, — ответила Фло, стараясь не показывать, что ей скучно.

— С Антеей! — выпалила Молли, видя, как ожило лицо Фло.

— Если ты собираешься говорить об этой… о Давинии… то я ничего не хочу слышать, Молли!

Молли знала о Джеймсе и Давинии. Скандальные слухи о том, как Джеймс поступил с Эстеллой, распространились среди лондонской элиты быстрее бубонной чумы. Они даже попали в газетные колонки светских сплетен.

Молли было известно, как Фло относилась к Давинии. И она знала, что та считала Эстеллу чуть ли ни дочерью.

— Думаю, тебе нужно это услышать, Флоренс.

Фло постаралась возразить, но Молли уже выпалила:

— Давиния попала в больницу. Ее сбила машина на Гросвенор-сквер.

— О! — этого Фло никак не ожидала услышать. — С ней все… в порядке?

— У нее были повреждены внутренние органы. Но, по всей видимости, она уже выздоравливает.

— Не хочется это говорить, Молли, но пути господни неисповедимы… А эта девица не могла причинять страдания другим, в конце концов, не расплатившись за свои поступки.

Молли совсем не удивила реакция Фло. Она сама была не особенно религиозна, но всегда считала, что как аукнется, так и откликнется, и жила по правилу: «поступай с другими так, как ты хочешь, чтобы поступали с тобой».

— Выходит, она причинила много горя, потому что это повлияет на всю ее оставшуюся жизнь.

— Что ты хочешь сказать? Она что, парализована… или обезображена? — Фло вдруг стало стыдно за свои слова о расплате. Такого она не пожелала бы даже своему самому худшему врагу.

— Нет. Антея просила меня никому не говорить об этом, но я знаю, что дальше тебя это не пойдет, — но в душе Молли надеялась, что Фло расскажет об этом Эстелле, поскольку считала, что та имеет право это знать. Глаза Молли расширились, как это всегда бывало, когда она собиралась рассказать, какую-нибудь скандальную тайну. — Давиния была беременна, но потеряла ребенка. Кстати, вероятно, именно из-за беременности она так торопилась со свадьбой.

У Фло перехватило дыхание. Она чуть не выпалила: «Так ей и надо!», но, вспомнив о погибшем невинном ребенке, смягчилась.

— Понятно… — протянула она, глядя в свою чашку. Фло не говорила Молли о том, что Эстелла беременна. Она не сказала об этом ни одному человеку… и не скажет никогда.