Кровавый триптих - Кейн Генри - Страница 33

Но я не собирался изображать тигра. Сегодня. Сегодня мне предстояло прояснить кучу запутанных дел. Я глотнул виски, которое согрело мне желудок. Я посмотрел на свернувшуюся клубочком в кресле женщину. Я бы с радостью походил перед ней тигром, мне бы это очень даже понравилось, но только не сегодня. Как-нибудь в другой раз. Я хмыкнул.

- Что такое?

- Как-нибудь в другой раз... Сегодня я вынужден все откладывать на потом. Наверное у меня размягчение мозгов.

- Говорите загадками. Но все равно вы милый.

- До скорого!

- Вы куда?

- По делам.

Дела привели меня ровно в три часа к дверям редакции "Буллетина" на Восточной Тридцать четвертой улице, где я выдержал поединок с тамошним цербером, после чего очутился в многоокнном офисе Линкольна Уитни. Уитни был в голубом пиджаке и голубом галстуке с жемчужной булавкой.

- Очень рад, что нашли время, молодой человек, - улыбнулся он. Солнечный свет освещал его круглое красное лицо точно прожектор.Ему на вид можно было дать не больше пятидесяти: напыщенный самоуверенный пятидесятилетний дядя с повелительными манерами, а ведь вчера вечером он выглядел куда старше.

- Отложил все прочие дела, - отозвался я.

- Ценю, ценю. Дело, конечно, идет о Поле. Полиция делает все что в их силах.

- Как всегда.

Он почесал пальцем бровь.

- Я бы хотел иметь более подробную информацию, я хочу быть в курсе расследования. Полиция, конечно, с нами сотрудничает, но это ведь закрытая организация.

- Вы предлагаете мне работу, мистер Уитни?

- Да. Я навел о вас справки. Вы справитесь. Вы как предпочитаете, твердый гонорар в конце или поденную оплату?

- На ваш выбор.

- Пятьсот?

- Звучит заманчиво, если только дело не слишком затянется.

- Если затянется, непременно попросите надбавку. - Он выдвинул ящик, достал пачку банкнот, отсчитал пять и передал мне. Иногда вот такое случается - ежедневно платят наличными и только сотенными. А бывает, считаешь каждый центик.

Он дал мне листок бумаг и махнул на мраморную подставку для карандашей и ручек.

- Напишите расписочку, пожалуйста.

- Конечно.

Пока я писал, он поинтересовался:

- А что от вас хотел Пол?

- Не знаю, - я отдал ему расписку.

- Простите?

- Я не знаю. Он позвонил и попросил меня прийти. Он не сказал, зачем.

Уитни встал - крупный, и какой-то шкафообразный в своем простом голубом пиджаке..

- Мне необходимо получать от вас отчет ежедневно, мистер Чемберс. И я полагаю, у вас есть связи... Я хочу знать, как продвигается расследование. Кстати, вам известно, что объявлено вознаграждение за поимку убийц Вудварда?

- Да, я читал.

- Вознаграждение объявили мы через наших адвокатов. Пять тысяч. Так что имейте в виду, молодой человек. Если вы не будете манкировать тем, за что я вам плачу, займитесь и этим тоже.

- Спасибо, сэр.

Он улыбнулся уголками губ и протянул мне свою веснушчатую толстенькую лапу.

- Ну что ж, тогда...

Мы обменялись рукопожатием и я ушел, а по дороге спросил, где находится кабинет выпускающего редактора. Мне объяснили, и я, войдя без стука, обнаружил Виктора Барри в объятьях Риты Кингсли. Они даже не слышали, как я открыл дверь.

- Ай-яй-яй! - воскликнул я. - Тело ещё не предали земле...

Они расцепились - лицо Барри вспыхнуло и обратилось в маску гнева, он двинулся на меня, играя желваками, но она встала между нами и оттащила его в сторону.

- Напрасно вы не дали ему помахать кулаками, - усмехнулся я. Она повернулась ко мне спиной и стала отгонять его растопыренными ладонями назад, пока не усадила за стол. Только после этого она сама уселась в кресло. Выглядела она очень клево, в узкой кирпично-красной юбке и крохотной шляпке с вуалеткой, а когда она закинула ногу на ногу, обнаружилась весьма соблазнительная икра и чуточку пухловатые лодыжки. в целом нога оказалас очень стройненькая.

Уперев ладони в стол, Барри проскрежетал:

- Что вам угодно?

- Поболтать. О Поле Кингсли.

- А вам-то какое до этого дело?

- Сотрите губную помаду со щеки!

- Убирайтесь вон!

Я склонил голову набок.

- Значит, разговора не получится?

- Разговора? О чем нам говорить? Вы ворвались ко мне без спроса. Убирайтесь пока я не приказал вас вышвырнуть силой.

Он был высокий, худой и такой весь аккуратненький в полосатой рубашке с воротничком на пуговках, но кровь ещё клокотала в нем: лицо было красное и на лбу выступили бусинки пота.

- Ворвался без спроса, говорите? Да не совсем. Убийство Кингсли входит в круг моих интересов. У меня клиент.

- Какой ещё клиент?

- Линкольон Уитни.

Костяшки пальцев, упертых в стол, побелели.

- Для убийства необходим удобный момент. У вас обоих таких моментов сколько угодно. Для убийства также требуется мотив. Вот эта дама с вуалью ненавидела своего мужа, а смерть ничуть не хуже развода. Вот вам и мотив. У перемазанного губной помадой парня с грозными желваками - тот же мотив. К тому же он получает наконец место, с которого его почти что согнали. Вот вам ещё мотив! - я направился к двери. - Хороший сегодня денек, ребята. Ну, продолжайте миловаться!

Выйдя на улицу, я поймал такси и отправился к себе в офис и выслушал нотацию Миранды. Когда она замолчала, чтобы перевести дух, я сообщил ей, что голоден, и строгая матушка в душе Миранды оттеснила проповедника, и она ушла купить мне что-нибудь на обед. Я набрал номер Эдвины Грейсон. Телефон звонил и звонил, пока наконец не прозвучал щебечущий голосок:

- Резиденция Грейсон.

- Мисс Грейсон, пожалуйста.

- Нет дома, сэр, - пропел голосок. - Ей что-нибудь передать?

Все телефонистки секретарской службы щебечут одинаково.

- Это секретарская служба?

- Да, сэр.

- Когда она вернется?

- А кто спрашивает?

- Питер Чемберс. Это по делу.И очень важно.

- Ее нет дома. Простите, сэр!

- Ей можно куда-нибудь позвонить?

- Нет! Ее не будет весь день. А вечером с ней можно связаться в театре.

- Спасибо. Огромное.

- Спасибо, сэр.

Я открыл сейф и вытащил чемоданчик с инструментами и проверил набор оборудования, котороому позавидовал бы любой опытный взломщик. Я выбрал нужную отмычку, и в ту же секунду ощутил прикосновение щеки Миранды, которая потералсь о мою щеку с неодобрительным мычанием.

- Рано или поздно вас отправят за решетку.

- Миранда, прошу тебя...

- Рано или поздно...

- Да брось! Я же не облечен никакой властью. Я не полицейский. Так что мне не возбраняется иногда взять фальшивую ноту.

- Рано или поздно, - возразила она

- Миранда, я рыцарь без копья, герой без герольдов, гладиатор без победных труб. Такие как я, встречаются в любом бизнесе. Я то что стыдливо называют частная ищейка. Стоит тебе сказать, чем ты занимаешься, как все вокруг начинают хохмить, каламбурить, хихикать, поднимать брови. Я дейстуую в пределах очень строго кодекса чести - моего собственного - и по-моему, я делаю немало добра. Да-да, можешь фыркать сколько угодно, но ведь даже ты, милая Миранда, должна признать, что... убийтво омерзительно...

- Вот ваш обед, гладиатор!

Я проглотил пару сэндвичей и, прихватив отмычку, помчался к дому 15 по Восточной Восемьдест четвертой улице. Я позвонил в неколько квартир, и сразу из нескольких мне открыли входную дверь, потом я прождал минут десять в вестибюле, потом поднялся на шестой этаж и приступил к отмыканию замка квартиры 6В. Потом я проник внутрь, заперв за собой дверь. Жалюзи были опущены, и в комнатах было прохладно и темно - идеальные условия для работы. И я поработал на славу. За час я узнал ничуть не меньше, чем за то же время могут узнать девочка с мальчиком на заднем сиденье автомобиля ночью. Ничего. Ни малейшей мелочи, представляющей хотя бы какой-то интерес, и признаюсь, я был страшно этим разочарован, потому что у меня было сильное подозрение, что я что-то найду. Я уже собирался сделать ноги, как вдруг услшал звук вставляемого в замок ключа. Я бросился в коридор и встал так, чтобы отворившаяся дверь скрыла меня, и уже приготовил объяснительную речь для хозяйки дома, но это была вовсе не дама, а мужчина, так что я, естественно, напал на него сзади. Мы сцепились как два борца в телевизионном поединке, но вскоре я уложил его на обе лопатки и смог заглянуть в лицо. Это был Марк Дворак. И я был ему больше удивлен, чем он при виде меня.