Противостояние - Кожанов Семен - Страница 55

В течение дня так никто Левченко не навестил, и вечером никто не пришел, лишь только ночью, когда он уже спал и видел третий сон, его бесцеремонно разбудили и, не дав как следует одеться, потащили по уже знакомым коридорам.

На этот раз его не допрашивали, не били и не кричали… в комнате никого не было. Посреди пустой комнаты стоял стол, на котором лежало несколько десятков фотографий и пару листов исписанных убористым почерком. Змей поначалу даже удивился, увидев рукописи — все-таки в компьютерный век, странно, что кто-то еще пишет шариковыми ручками.

Что было на фото и в рукописях? Там было предложение от которого нельзя было отказаться, вернее можно было отказаться, но тогда пострадали бы люди… близкие Змею люди.

Левченко согласился.

Согласился… и вот он пересекает границу Крыма, как шпион переходящий линию фронта, да не один, а в составе самой настоящей ДРГ… это если, кто не знает — диверсионно-разведывательная группа.

Тогда за ответом Степана пришел Виктор Петрович, и когда он услышал, что Змей согласился, то последовали пряники — обещание гражданства одной из стран Евросоюза, приличная сумма денег и амнистия от всех наказаний.

— Жгут, слышь? Просыпайся, твоя очередь дежурить, — послышался рядом голос Тарика.

— Слышу, — широко зевая, произнес Жгут.

— Слышь, Жгут, а правду говорят, что наш командир, людей голыми руками рвал?

— Не знаю, — сонным голосом ответил Жгут. — Отвали! Если такой любознательный, то разбуди его и сам спроси.

— Знайшов дурака, — отмахнулся Тарик.

До самого рассвета Левченко так и не уснул, все лежал с закрытыми глазами и думал, как бы получше выполнить возложенное на него задание. Общий план действий он накидал еще в Киеве, на самом деле план был не особо мудреный, самым сложным было проникнуть на территорию полуострова, добыть оружие и собрать всех «своих» — ну, а потом… потом будет все просто — побольше шуму, грохоту и крови, это прокатило на Майдане, прокатит и в Крыму, ну по крайней мере Змей на это очень надеялся.

Утром в установленное время машина выехала за пределы подворья. На этот раз за рулем сидел Левченко. Через два часа машина въехала в один из приморских городков на западе Крымского полуострова. Можно было доехать намного быстрее — минут за тридцать — сорок, но Змей вел машину такими петлями, что пьяный заяц сдох бы от зависти.

За несколько часов Степан снял три квартиры — основную и две запасных. Пока Левченко занимался решением квартирного вопроса, Хан и Жгут добрались на автобусе в Симферополь, где должны были приобрести две машины. Ну, а самый молодой член группы — Тарик, устроил себе сеанс грандиозного шопинга — купил несколько ноутбуков, планшетов и два десятка дешевых мобильных телефонов.

К вечеру все четверо собрались на основной квартире, чтобы отчитаться о проделанной работе. Все справились на отлично! Машины были в хорошем состоянии и по умеренной цене, компьютерная техника тоже не вызывала нареканий, ну а по своему участку работы, Змей не должен был ни перед кем отчитываться, хотя и у него все было нормально.

На завтра все было расписано по минутам: Тарик должен был наладить подключение к интернету, зарегистрироваться на десятке местных сайтов и добывать нужную информацию, Хан и Жгут — отогнать машины на диагностику и снять несколько автомобильных гаражей в разных районах города, ну, а Змей планировал вступить в самооборону Крыма. Да-да, вы не ослышались, Левченко со товарищи, планировал вступить в местную самооборону и стать активным её членом!

— Здравствуйте, это здесь записывают в ополчение? — оперевшись о дверной косяк, спросил Змей.

Небольшая пристройка к многоквартирному пятиэтажному дому служила штаб-квартирой местного отделения «Славянского блока». На стене комнаты висел портрет Путина и Аксенова, под ним сидели двое — высокий лысый здоровяк и невысокий щуплый молодой парень лет двадцати. Они были как две противоположности, и что их объединяло совершенно не понятно.

— Здесь, а ты желаешь записаться в ополчение? — с вызовом спросил молодой.

— Желаю, и не я один, у меня есть трое приятелей, которые тоже хотят защищать Крым. Все служили в армии, один даже в Афгане две командировки за речкой «оттянул». Вот паспорта, вот «военники», — Левченко положил на стол стопку документов.

— Отлично, — даже не притронувшись к документам, произнес лысый здоровяк. — Диктуйте свои данные и номера мобильных телефонов.

Лысый положил перед собой чистый лист и приготовился записывать.

Левченко на секунду замялся, не понимая, зачем диктовать данные, если паспорта лежат перед лысым на столе, но замешательство быстро прошло и Степан взяв паспорта в руки продиктовал необходимые данные.

— Достаточно? Или еще что-то надо?

— Главное, чтобы был телефон и ваше желание прибыть в нужное место по первому звонку, — ответил молодой.

— А, вызовы часто бывают? А, то из нас трое семейных, с работой, ну сами понимаете?

— Вы должны для себя решить, что важнее пеленки с распашонками или защита родины? — напыщенно проговорил лысый. — Если для вас бабья юбка важнее, то нам не по пути!

— Нет, я не против, просто, хотелось заранее знать.

— Ну и отлично, раз вы за, то и мы не против.

— А, что дальше? Домой идти или вы распределите нас в какой-нибудь отряд?

— Ну, не знаю, — замялся лысый, — понимаешь, у нас отряды чаще всего формируются по дружескому принципу, все кто приходят, сразу знают, кто их привел и под чьим началом они будут. Так, что ты иди домой и жди звонка, а мы тут посовещаемся, куда вас пристроить.

— А может, вы нам дадите какой-нибудь свободный участок?

— Какой еще участок? — нахмурился лысый. — Ты это о чём?

— Двое наших парней родом из Раздольного, может мы бы создали отделение вашей партии в этом поселке?

— Раздольное?! Ну, не знаю, это же не я решаю, надо с руководством связываться.

— Так мы подождем, нам все равно дома сидеть ждать звонка, а так будем в Раздольном сидеть, присмотрим там на месте, что, да как.

— Ну, так можно, — согласно кивнул Лысый. — Пока будете числиться отрядом самообороны пгт Раздольное, а там как утвердят, примем вас в партию.

— Договорились. Что от нас надо? Блок-пост на въезде в поселок поставить? Наладить патрулирование?

— Стой, стой! — лысый, аж привстал со стула, от такого напора Змея. — Никакой самодеятельности, надо каждое действие согласовывать, мы же не махновщина какая-нибудь, мы — самооборона Крыма!

— Понял! — Змей изобразил самое подобострастное выражение лица, на которое только способен был. — А не дадите мне тогда координаты руководства, с кем надо это согласовывать.

— Координаты… — лысый достал мобильный телефон. — Записывай. Скажешь, что от меня, и что тебе нужны номера телефонов, командиров отрядов. Может, кто и подскажет.

Пожав руки на прощание, Змей вышел на улицу. Ну, что сказать, он был удивлен, насколько легко ему удалось влиться в ополчение Крыма. С одной стороны его не взяли ни в один из существующих отрядов самообороны, но с другой стороны ему это и не надо было, все прошло так, как он и задумывал.

Последующие пару часов провел в непрерывных телефонных переговорах, он начал с тех телефонных номеров, которые дал ему лысый здоровяк, а через два часа его записная книжка пестрила уже полусотней номеров мобильных телефонов, практически всех более-менее значимых фигур Крымского ополчения. Как такового смысла в этих переговорах не было, Змей ничего секретного не узнал, да, и не старался, честно говоря, главной задачей было заявить о себе, чтобы каждый с кем он говорил знал, что есть некий командир небольшого отряда самообороны из пгт Раздольное. Это все, чего хотел добиться Змей… и он этого добился.

Вернувшись на базу, Левченко застал Тарика, который устроил в одной из комнат некое подобие аналитического штаба — стены завешаны листами ватмана, изрисованные разноцветными схемами и таблицами. Через каждые пять минут лазерный принтер выплевывал очередную распечатку, которую Тарик либо вешал на стену, либо комкал и бросал себе под ноги.