Неделя гармонии (ЛП) - Гейнор Диана - Страница 12

«Тебя когда-нибудь брали сзади?» — спросил Генри, медленно двигая пальцем в анусе Гармони.

«Да-а-а-а, — простонала Гармони, безуспешно пытаясь восстановить самообладание. Всё развивалось слишком быстро, слишком много было неожиданных поворотов. — Но мне не понравилось».

Генри засмеялся, вынул палец и снова шлёпнул по каждой из ягодиц Гармони.

«Тебе понравится. К тому времени, как ты покинешь нас — если покинешь — ты будешь наслаждаться анальным сексом. Ты будешь нуждаться в нём».

«Если я покину их?» — подумала Гармони. Ей стало жутко. Но несмотря на пугающий поворот, она всё ещё ощущала пульсацию в гениталиях.

«Перейдём к главному», — сказал Генри, стягивая рубашку через голову. Гармони почти забыла про девушку на брусе у стены, но тут Генри стянул штаны, и та всхлипнула. Гармони взглянула вниз и разинула рот, осознав причину. Член Генри был громаден. Он не был чересчур толст, хотя и имел значительную ширину. Однако он был таким длинным! Гармони была уверена, что он достанет ей до горла, если Генри трахнет её — нет, когда трахнет.

Генри ухватился за бёдра своей пленницы и поцеловал её, позволяя своему языку проскользнуть между её губами, чтобы исследовать рот. Когда её язык боролся с его, Гармони ощутила, что её тело, вопреки здравому смыслу, отзывается и губы присасываются к вторгшемуся языку. Она знала, что ей не следует поощрять его, но ничего не могла поделать. Казалось, тело имело свой собственный разум — и предавало её.

Генри наклонился и поцеловал каждую из совершенных грудей. Гармони не совсем избежала эффектов гравитации. Безусловно, годы взяли своё, как и кормление грудью двух дочерей. Но окончательный эффект был даже более пленяющим, чем у оригинальных изделий, согласно мнению большинства тех, кому посчастливилось их видеть. Генри определённо думал, что груди у его рта были идеалом женственности. Он засасывал каждый сосок в рот и перекатывал его языком. Он сосал их снова и снова, позволяя зубам дразнить и покусывать их. Дыхание подвешенной Гармони тем временем становилось всё более неровным.

Генри выпрямился, его рука двинулась вниз между двух тел. Он провёл головкой члена по лепесткам и улыбнулся, найдя их столь мокрыми и готовыми. Он был абсолютно восхищён. Эта женщина в самом деле была совершенной секс-игрушкой.

Убедившись, что она достаточно влажная, он разместил кончик члена у входа в любовный канал и медленно, но решительно нажал, позволяя своему стволу пронзить её. Гармони глубоко вдохнула, ощутив, как растягивается вокруг огромного дышла, затем запыхтела. Член продолжал наполнять её. В конце концов она стонала и натягивала цепи. Последние дюймы исчезли в её подвешенном теле, и она ощутила, как огромный монстр толкается в матку.

«О боже, Генри. О боже, хозяин. Он такой большой!»

«Не беспокойся, моя крошка, — ответил Генри. — Мы будем делать всё медленно и аккуратно. Не обещаю, что всё будет нежно, но мы не станем торопиться. Я хочу, чтобы к концу недели ты принадлежала мне».

Эти слова не достигли ушей Гармони. Она отчаянно пыталась сохранить самообладание, когда головка члена Генри касалась шейки матки, посылая волны боли по её телу. Не торопясь, Генри начал двигаться внутри неё. Она ощущала, как его член выходит, пока в колыбели её лепестков не остаётся лишь головка, затем толкается обратно, пока её живот снова не сводит от боли.

Снова и снова член убирался, затем медленно нырял обратно в тёплую мокрую пещерку. К этому времени Гармони стонала не переставая, желая достигнуть пика. При очередном возвратном движении Генри извлёк член полностью, оставив Гармони всхлипывать и изгибать руки, как если бы она пыталась выхватить что-то из разреженного воздуха.

Генри снова начал лакомиться восхитительными грудями, изумляясь, какие они мягкие и в то же время упругие. Всё в этой женщине, на его взгляд, было совершенством. Её негромкие всхлипы и вздохи были подобны прекрасной мелодии. То, как её вагина сжимала член, было божественно. Он должен найти способ завладеть ею, пусть даже это будет происходить лишь время от времени. Она должна принадлежать ему.

Гармони давно знала про себя, что она дикая штучка. Её произвели на свет двое свободных духом «детей цветов», чей девиз всегда был «всё позволено». Гармони заимствовала этот девиз для своей личной жизни. Разумеется, это кредо было неприменимо к её профессиональной стороне. В своей карьере она всегда руководствовалась золотым правилом и желанием делать то, что будет лучше для общества.

Член продолжал врываться в неё, и она снова осознала, что два её мира столкнулись. До сих пор ей удавалось разделять их. Она могла вести себя как развратная шлюха с мужем, избранными друзьями или на Уордхемских играх. Но она всегда была чопорной и здраво рассуждавшей на публике: со спонсорами, добровольцами, на собрании директоров. Однако теперь два мира перекрывались. Чем это грозило её будущему? Достаточно ли будет небольшой корректировки, или же всё полетит под откос?

Ей придётся побеспокоиться об этом позднее. Член, снова внедрённый глубоко в её тело, продолжал входить, заставляя её хватать ртом воздух, пока она приближалась к оргазму. Головка снова и снова толкалась в её матку, но даже эта боль каким-то образом смешивалась с удовольствием, вихрем проносившимся по её телу.

Генри не знал, что нужно для того, чтобы Гармони кончила. Он никогда не играл с этой игрушкой раньше. Нуждалась ли она в стимуляции клитора? Могла ли она кончить просто от проникновения? Нужна ли ей была стимуляция груди? Боль? Он продолжал неторопливые толчки и делал заметки в уме. Рабыня выглядела крайне возбуждённой. Возможно, было много способов заставить её кончить.

Гармони закусила нижнюю губу, чтобы оттолкнуть подступавший оргазм. Было бы крайне неуместно спать со своим крупнейшим благотворителем. Люди станут болтать. Её карьера будет разрушена.

Генри увидел, как рабыня закусила губу, и почувствовал смятение, овладевшее ею. Он поцеловал её, пытаясь отвлечь от мучительных размышлений, не переставая неторопливо загонять член в беспомощно растянутое тело.

Поцелуй отвлёк внимание Гармони. Она немедленно убедила себя, что не спит с членом своего совета директоров и крупнейшим жертвователем. В самом деле, в поле зрения не было кровати. Это было что-то, но это не называлось «переспать».

Успокоив совесть, Гармони смогла наконец выбросить всё из головы. Девизом сегодняшнего дня было «всё позволено». Она ощутила, что её тело бьёт дрожь. Её зрение затуманилось. Она поняла, что близится оргазм.