Неделя гармонии (ЛП) - Гейнор Диана - Страница 8

«Поработительница?» — прошептала Дестини Саманте. Они с Сэм и Тиффани сидели в глубине зала. Дестини не хотела идти, но эти двое настояли. Теперь она наблюдала, как её знаменитую мать выводят на сцену голой — для того, чтобы пустить с молотка.

«Я говорила тебе, что она была легендой», ­— шепнула Сэм в ответ.

Дестини смотрела, как её мать шагает, гордо выпрямив плечи и высоко держа голову. Её шею обхватывал металлический ошейник, к нему был пристёгнут кронштейн, уходивший вглубь сцены. Руки её были связаны за спиной — так же, как у Дестини тремя неделями ранее.[2]

Аукционистка превозносила достоинства тела Гармони, трогая, поднимая и ощупывая различные его части для иллюстрации своих тезисов. Она приподняла груди и заставила их подпрыгнуть. Рука скользнула по твёрдому животику Гармони, чтобы показать её загар. Пальцы залезли в рот и продемонстрировали жемчужно-белые зубы. Потом те же самые пальцы дёрнули за хохолок на венерином холмике, чтобы доказать, что Гармони — настоящая блондинка. Палец погрузился в вагину и был затем триумфально поднят: все увидели, что он блестит. Дестини пришлось закрыть глаза. Это было для неё слишком.

Торги начались с пятисот долларов, однако цена стремительно взлетела. Сначала включились не менее пяти участниц, но, когда цена выросла до двух тысяч, все, кроме трёх, выбыли из борьбы. Торги бодро продолжались, и скоро цена достигла отметки в четыре тысячи. На этой сумме дом Лямбда вышел из торгов, к нешуточному облегчению Дестини.

Теперь торговались лишь две стороны: дом Сигма и кто-то на дальней стороне зала. Оттуда, где стояла Гармони, ей не было видно, кто там сидит. Яркие лампы слепили и мешали разглядеть большую часть публики.

Цена поднялась до пяти тысяч, затем до шести. Казалось, потолка не было. Гармони начала беспокоиться. Никто не отдаст столько за неделю сексуального рабства. Что её покупатели думают с ней делать?

После отметки в семь тысяч рост цены замедлился. В конце концов лот номер тридцать один был продан за семь с половиной тысяч долларов. Аукционистка была поражена, что цена взлетела так высоко. Перед тем, как освободить Гармони от рычага, что держал ту, она прокомментировала случившееся:

«Игры без возврата — новый формат для нас. Мы никогда не продавали людей на целую неделю, поэтому не были уверены, каких цен следует ожидать. Но у меня нет сомнений, что сегодня вечером вы были свидетелями того, как Поработительница установила новый рекорд колледжа, который не будет побит много лет».

Публика зашумела и зааплодировала. Дестини судорожно вздохнула. Она только что была свидетелем того, как её мать продали в рабство — и не меньше чем на неделю!

Для послепродажной обработки рабынь был устроен стол. Там с бедра Гармони смыли синие цифры, идентифицировавшие её как лот номер тридцать один. Кристи поднялась как раз тогда, когда проверялись узы на запястьях Гармони.

«Привет, прекрасная рабыня», — сказала Кристи.

«Привет, Кристи, — улыбнулась Гармони. — Я гадала, ты ли это там торгуешься за меня».

«Я же говорила, что завладею тобой, — ответила Кристи. — Кстати, с этого момента я «госпожа».

Гармони снова почувствовала, что краснеет — редкое событие. Девушка была на пятнадцать лет младше её и, однако, владела ею. Не только владела, но и требовала, чтобы та называла её госпожой. Волнение, которого Гармони не ощущала годами, окатило её тело.

«Да, госпожа».

«У нас имеется кое-какая одежда, так что твоей девочке найдётся что накинуть, когда ты будешь готова», — сказала Кристи женщина за столом.

«Спасибо, — ответила Кристи, — но думаю, я заберу её как есть».

Глаза Гармони распахнулись. Одно дело, когда ты голая перед друзьями. Совершенно другое — разгуливать нагишом среди незнакомых людей.

«Я полагаю, ты знаешь правило касательно путешествий», — полувопросительно сказала женщина, заведовавшая выдачей.

«Да, конечно, — ответила Кристи. — Не беспокойся. У меня есть частный транспорт. О, и этот ошейник мне тоже не понадобится. Я принесла свой собственный».

Женщина на выдаче взяла ключ и расстегнула металлический ошейник. Кристи подняла на ладонях новый и дала Гармони рассмотреть его. Это была разукрашенная золотая цепочка с висевшей спереди биркой. На бирке было красивыми буквами оттиснуто: «Гармони Коллинз, принадлежит Кристи Смайт, которая гордится, что владеет ею».

«Что скажешь, девочка?» — спросила Кристи.

Было странно слышать, как эта юная женщина называет её девочкой, но от этих слов по телу Гармони снова прокатился необычный трепет.

«Он прекрасен, госпожа. Держу пари, ты действительно обдумывала это».

«Я говорила, что много думала о тебе», — ответила Кристи. Однако, по правде говоря, она сделала тиснение на бирке сегодня днём, после того, как узнала, что Гармони будет торговаться на аукционе. Она планировала потратить любые деньги, чтобы завладеть этой женщиной.

Кристи присоединила к ошейнику поводок, затем расцеловала Гармони в обе щёки.

«Пошли, зверушка. Время доставить тебя домой».

Когда её назвали зверушкой, Гармони снова почувствовала знакомое возбуждение промеж бёдер. Несмотря на то, что оно было знакомо ей, прошло много времени с тех пор, как она ощущала что-то подобное. Она даже не могла припомнить последний раз.

«Да, госпожа», — ответила Гармони и последовала за Кристи через толпу к выходу в задней части зала.

«Мам?»

Гармони узнала голос дочери, остановилась и обернулась. Кристи тоже остановилась, услышав голос.

«Привет, котёнок, — сказала Гармони. — Или я должна сказать — Волшебница?»

«О боже! — простонала Дестини, спрятав лицо в ладонях. — Ты знаешь об этом?»