Пепел и роса (СИ) - Алева Юлия - Страница 36

Сегодня по месту массового убийства устраивали парад. Не перестаю поражаться выдержке организаторов: мало того, что за пару часов тогда вывезли все трупы и выстроили толпу так, словно ничего и не произошло (а ведь для многих так и было — что 700 убитых и 400 раненых в полумиллионной массе?), но спустя считанные дни по этому изрытому полю еще и солдат прогонят.

Зато ошибки учли и обошлось без происшествий. На этот раз Тюхтяев практически держал меня на расстоянии вытянутой руки и пусть почти не разговаривал на отвлеченные темы, одним глазом неотрывно следил. Он что, ожидает, что я прямо вот рукой махну и все люди смешаются в кровавую кучу? Только хотела съязвить, как по странному блеску глаз поняла, что и этот вариант он не исключает. А ведь он пашет не меньше графа, морщин прибавилось вполовину за эти дни, веки опухли, белки глаз испещрены красными ниточками.

— Что-то случилось, Ксения Александровна? — опасливо уточнил он, поймав мой взгляд.

— Нет-нет. — коснулась его ладони. Неприлично, но в толпе кто увидит? — Вы устали за этот месяц, хоть раз бы выспались.

Конечно, это почти как Олимпиаду в Сочи устроить. Только веселее: без интернета, сотовых и автопогрузчиков. Потянулась было дотронуться до лица, но вовремя одернула руку — это не Федя, он твоих порывов не поймет вовсе.

— Оставьте, Ксения Александровна, это, право, такие пустяки. — с улыбкой отмахнулся от титанической усталости.

Но лапку мою поднес к губам, причем не как обычно, а держа за кончики пальцев. Это что-то означает? Наверняка, но я эту азбуку до сих пор не освоила, а на балах любой флирт сворачивала в шутку.

Минуты три думала, что делать, и как правильно реагировать, краснела и хлопала глазами, а тут уже моего спутника дернули с очередным поручением. Пока он кратко, но емко донес неудовольствие до гонца, пока подошел еще один, другой, третий — все улеглось. Да и что я себе придумала? Этот-то человек-спецслужба. У него, небось даже мыши в доме отчеты пишут по использованному сыру.

Бал в дворянском собрании превосходил прочие. Сверкали драгоценности, мерились орденами мужчины и изяществом туалетов женщины. Я, наконец, встретилась с сеньором Карло.

— Доброго дня, графиня Ксения! — он прикоснулся к моей ладони. — Я счастлив знать Вас.

Мы улыбнулись: я — невинно, а он — проницательно.

— Даже в мои годы полезно порой встретить неприступную крепость. — продолжал он, выводя очередную фигуру вальса.

— Спасибо за цветы. Потрясающий воображение букет. — свернула я скользкую тему.

Я улыбалась до боли в скулах и танцевала, танцевала. Что угодно, лишь бы в голове сохранялся этот звенящий шум.

В череде балов случился просвет, и мы с Ольгой наслаждались тихим вечером. Графа по обыкновению не было дома.

— Ксения, Вы все еще уклоняетесь от новых отношений? — осторожно полюбопытствовала свекровь.

— Скорее да. — я уговорила ее позаботиться о себе и мы обе возлежали в ее будуаре с масками на лицах и обертываниями на ногах. Блаженствовали.

— Но почему? — она искренне не понимала, как можно выживать вне брака. Небось своим уловом до сих пор гордится.

— Очень непросто встретить по-настоящему достойного человека. Николаев Владимировичей на всех точно не хватит. — улыбнулась я.

С этим трудно поспорить.

— Завтра прием в английском посольстве. Думаю, это хорошее место, чтобы присмотреться к таким мужчинам. — обозначила цель Ольга и замерла охотничьей собакой.

Ну хоть один европейский посол стал для меня открытием. Зато остальные гости незабываемого вечера здоровались как со старой знакомой. Ольга ошеломленно переводила взгляд с меня на Карло, Огюста-Луи, американца и немца. Француз с искренним восхищением взирал на мои попытки изящно шутить, но более в любовники не лез. А я танцевала, танцевала, щебетала и покрывалась румянцем. Даже американца расшевелила комплиментами по поводу его внешнего вида на коронации.

— Вы не такая уж затворница, как хотели показаться. — заметила мне свекровь в перерывах между турами вальса.

— О, это случайное знакомство. Господа Моффеи и Монтебелло были столь любезны сопровождать меня на прогулках в Петербурге и очень ценят музеи, знаете ли. Особенно юный маркиз.

И снова вечер дома, но на этот раз в тихом кругу «только своих». Полагаю, это расширенная версия новогоднего маскарада. Дамы сплетничают, кавалеры флиртуют — но без огонька. Праздник постепенно выдыхается.

Небось у немецкого посла сегодня собралась вся тусовка, а я так и не поняла, что же тогда было и во что меня втравили.

Николай Владимирович старается побыстрее улизнуть, прикрываясь делами и я люто ему завидую. Тюхтяев вообще на глаза не попадается.