Южноморск (СИ) - Забелина Вера Васильевна - Страница 95

- Геньчик, - услышал он дрожащий голос мамы и почувствовал, как ласковые руки обняли его, мама, рыдая, прижала его к себе. - Сыночек мой, - шептала она, - нашёлся, родненький мой.

Рыдали все, папа плакал, обняв сына вместе с прижавшей его к себе матерью, сбоку к брату прижалась сестрёнка и тоже плакала навзрыд.

- Ну всё, всё, - раздался голос Олега Васильевича. - Тут не плакать надо, а радоваться.

- Мне даже не высказать, как мы Вам благодарны, - обратился Дмитрий Ромашов к Олегу. - Просто нет таких слов, которые могли бы выразить наши чувства. После стольких лет, когда мы уже отчаялись, и вот ... нашли нашего мальчика. Спасибо вам всем!

Олег провёл всё семейство, вместе с Генкой, на второй этаж пристройки, в "гостиницу", которую пока оставили именно для таких событий. Он помог им донести багаж и тактично удалился. Через полчаса, когда семья немного успокоилась, в дверь постучали. Дмитрий открыл дверь, там стояли мальчик и девочка (Симка и Карина) - дежурные по столовой, как было видно по их нарукавным повязкам. Они указали на нагруженный столик на колёсиках.

- Сан Саныч обед вам прислал, забирайте, - сказал Симка.

- И приятного аппетита, - добавила Карина, - через час заберём столик.

После обеда Генка, смущаясь, всё же спросил:

- Мам, пап, а почему вы меня Геньчиком звали, а не Женькой, например?

Дмитрий насмешливо посмотрел на жену.

- А это ты у мамы спроси, - посоветовал он сыну. - Она где-то вычитала, что уменьшительные имена не должны отличаться от полных, иначе судьба меняется. Вот она тебя такое имя и дала.

- Ну, раз у меня судьба сейчас точно изменилась, - рассудительно заметил Генка, - то это, скорее всего, и неправда. Давайте я лучше Женькой буду, ладно?

Счастливая Полина была согласна на всё, о чём бы ни попросил её обретённый наконец-то сыночек.

Через час вместе с дежурными к Ромашовым пришла Вера Ивановна.

- Ну как, Геньчик, готов ехать домой? - спросила она.

- Я теперь Женькой буду, - важно сообщил ей мальчик. - А уезжать и хочется и не хочется, - признался он.

- А почему не хочется? - проницательно глянула на него Вера Ивановна.

- Ну-у, - протянул теперь уже Женька, - жаль покидать волшебную жизнь, здесь сейчас так интересно. Я очень рад, что вы у меня нашлись, - поторопился он успокоить встревоженных родителей, - и я с вами ни за что больше не расстанусь. Вот бы нам и вместе жить, и чтобы учился я в нашем детдоме, - мечтательно сказал он.

Ромашовы беспомощно глянули на Веру Ивановну. Она успокаивающе улыбнулась:

- Я знаю, как твою мечту осуществить, - сообщила они Женьке. - Дмитрий Андреевич, - обратилась она к главе семьи, - Вы слышали про специализированную школу-интернат недалеко от Вашего города?

- Конечно, - подтвердил старший Ромашов, - о ней у нас все в городе знают. Только туда берут в основном сирот и детей из неполных, неблагополучных семей. Другим остаётся только мечтать поступить в эту школу.

- Ну вот, а у Вашего Жени мечта эта может осуществиться. Женечка, - обратилась она к жадно слушавшему её мальчику, - в той школе тоже работают волшебники. Они из Дальневосточного регионального центра. Тебе будет достаточно только показать им свой браслет, и тебя обязательно примут.

- Значит, браслет Вы у меня не заберёте? - обрадовался Женька.

- Ни в коем случае, - заверила его Вера Ивановна. - В той школе тебе помогут восстановить связь с нами, поэтому при распределении поместий ты своё тоже получишь.

- Каких поместий? - ошеломлённо спросил Дмитрий Андреевич.

Вера Ивановна и Женька долго рассказывали Ромашовым о том, какие изменения в жизни воспитанников уже произошли и ещё произойдут. Про браслеты, про домовых, про поместья в 50 гектаров в девственном мире, не отравленном цивилизацией. Затем Вера Ивановна вручила им обратные авиабилеты, датированные 16-м апреля. Следующий день предназначался для сборов и для прощания бывшего Генки Маслова со своими друзьями.

*

После общего собрания Толька Валуев подошёл к Николке.

- Слушай, Николка, ты сейчас не очень занят? Я хотел попросить тебя о помощи.

- Если надо помочь, я могу, - с готовностью ответил Николка. - У меня дела не особенно важные, можно отложить.

После того, как в позапрошлую пятницу они вместе ходили к Стрежневым, Николка с большим уважением относился к Валуеву. И ему очень польстило, что за помощью Толька обратился к нему.

- Помнишь, я тебе рассказывал, что увлекаюсь рафтингом? - напомнил Толька. - Ну вот недавно увидел в газете объявление, что продаётся недорого сборный плот, там ещё сказано "Возможен торг". Ну, я попросил Олега Васильевича посмотреть, нет ли какой закавыки. Странно, что цена небольшая, у меня как раз деньги найдутся. Он посмотрел и выяснил, что этот тип связан с городской молодёжной бандой. Продаёт плот, а банда подкарауливает покупателя и отбирает. Возвращает снова продавцу, а тот им половину денег. Плот ведь покупают молодые ребята, у них возможности нет увезти его на машине. Я хочу их всех проучить, а тебя зову вот зачем: Олег Васильевич ведь даёт тебе упражнения по ментальной магии? Он говорит, что из тебя хороший ментал получится.

- Да, я каждый день занимаюсь, - подтвердил Николка, - но я ещё мало что могу.

- Мне много и не надо, - отмахнулся Толька. - Ты просто за продавцом последи, чтобы определить, до какой суммы он торговаться будет, я хочу цену снизить. А потом мне сообщишь по ментальной связи, что он дальше снижать не будет. Такое сможешь?

- Думаю, что смогу, - сказал Николка.

15 апреля 2008 года, вторник.

Когда Олег проводил тренировку баскетболисток, в перерыве девочки подошли к нему. Света смущённо, но решительно высказала приготовленный ими вопрос.

- Олег Васильевич, а как Вы относитесь к сексу? - вроде бы игриво спросила она.

- Сложный вопрос, - внимательно глядя на смущающихся девочек, серьёзно ответил он. - Очень трудно объяснить несколькими словами, поскольку разные люди вкладывают разный смысл в это слово. Для вас, я так понимаю, это означает вступление в половую связь, скажем так. Так вот, для меня половая связь без любви немыслима. А любовь - это совсем не секс. Любовь - это слияние двух людей, мужчины и женщины, в одно целое. И половая связь в этом слиянии совсем не главное. Это трудно выразить словами, девочки, это всё равно, что вас попросят словами описать музыку, которая трогает душу и сердце. Для многих чувств в языке просто не найдётся слов.

- Но ведь говорят, что сексом нужно заниматься, чтобы поддерживать здоровье, - робко вступила одна из девочек.

- Нет, Сонечка, это придумали люди, оправдывающие разврат и половую связь, не одухотворённую любовью. В нашем пропитанном лживостью обществе нужно всегда помнить о двух изречениях Вселенной: "Слово изречённое есть ложь" и "Подвергай всё сомнению". Я не призываю вас к нигилизму, но нельзя бездумно принимать на веру всё, что вам говорят, или о чём вы читаете. Надо пропускать все слова через свой разум, анализируя их и доверяя своему сердцу. Если его уметь слушать, оно всегда подскажет, что правильно.

- Ваши слова тоже? - не удержалась от шпильки Надя Иванова.

- Конечно, - подтвердил Олег. - Я же говорю вам, что я об этом думаю, но это мои мысли и слова. У вас же могут быть совсем другие. Каждый человек уникален и он не должен слепо идти ни за кем.

- А нам-то что делать, если мы совершенно беззащитны и бесправны? - угрюмо сказала Оксана Киселёва. - Нам и не позволено иметь своё мнение. Вот как у нас в доме - исполнилось 14 - и марш обслуживать нужных людей. И защиту нигде не найдёшь. Вон, Тинка попробовала найти защиту, а получилось ещё хуже.

Олег уже знал историю Тинки (Валентины Никифоровой, 14 лет), запуганной тихой девочки. Этой зимой в январе ей исполнилось 14 лет, а в феврале директор сказал ей, что она будет участвовать в "поздравлении" офицеров военного городка, находящегося рядом с детдомом, с Днём защитника отечества. Тинка внезапно взбунтовалась и решила заявить на директора в милицию. Всё бы обошлось просто возвратом девочки в детдом, если бы она пошла туда днём. Но днём ей не удалось покинуть детдом, так что побежала она в милицию уже после полуночи. Там в это время дежурный пировал с друзьями, уезжавшими в командировку. Парни подвыпили, выслушали жалобу Тинки и решили, что она вполне может начать "поздравления" с них. Они отлично знали о нравах, введённых директором в детдоме. Так что в милиции Тинку изнасиловали, она оказалась в больнице, в реанимации, и вернулась оттуда сломленной, с потухшим взором, слепо повинующейся всем указаниям. Она не играла в баскетбол, просто пришла следом за Оксаной, за которой ходила как привязанная, и сейчас сидела в сторонке, тупо глядя в пространство.