Выбор только за тобой (СИ) - Георгиев Андрей - Страница 53

  От взрыва машины со сжиженным газом, в небо взметнулся столб огня. Меня приподняло над землей и я, спиной вперёд, начал свой очередной полёт. Который по счёту?

  Я горнул по ходу движения всё, что попадалось на моём пути. Спарды разлетелись на мелкие кусочки, я зацепил какого-то прохожего и меня встретил в свой объятья объёмный живот, ну очень полного, мужчины. Тот охнул, упал на тротуар, я же - кувыркнулся несколько раз в воздухе и влип в стену магазина.

  Точнее - в стеклянную огромную витрину. Стекло, удивительное дело, не лопнуло от удара моей тушки. Как оно выдержало взрывную волну? Хотя чему удивляться - сейчас всё, что хочешь сделают. Деньги давай, называется.

  Дышать нечем, по голове течёт что-то липкое и белое. Я осторожно пощупал голову и выругался. Мороженое. Пузан ел мороженое, когда я его.....ммм....потревожил. А что с мужиком, кстати? Всё нормально. Его подушка безопасности сработала, как надо. Поболит живот и перестанет.

  Нужно вставать. Ох, всё тело ломит. Где Вячеслав? О, Боги! Машина Скорой на боку. Где Славик? Хм, он и здесь на высоте. Лежит на асфальте в обнимку с медсестрой. Мужик! Одобряю!

  А что у нас с небом и обстановкой вокруг? Небо пока терпит, а вот вокруг - да, Тёмные сегодня в ударе. Смерть здесь хорошо поработала. Своей отбитой и оттянутой косой, костлявая забрала к себе как минимум человек двадцать. Это именно тех, кто не захотел покидать реалити шоу.

  Доигрались. Как умудрилась взрывная волна на платан жигулёнок забросить - непонятно. Много, очень много машин перевернутых, ещё больше на тротуаре, дороге человеческих тел. Но что дальше будет - остаётся только догадываться. Хоть бы не Гуора сюда занесло. Тьфу, тьфу, тьфу.

  Температура воздуха понизилась так сильно, что мой зубы начали выбивать дробь. Молния сверкала уже реже, но от этого легче не становилось. Чёртово мороженое стекает по голове, в глаза попадает. Я вытер липкую жидкость.

  Нет, мороженое таким алым цветом не бывает. Всё-таки где-то меня чем-то зацепило. Главное - живой. А вот руки - занемели от боли. Энергии нужен выход, но вот куда её направить? Перстень в кармане, пора его на палец надеть.

  Я подошёл к Вячеславу. Сидит на асфальте, качает головой. Контузия, сто процентная. Это надолго.

  - Как ты себя чувствуешь? - спрашиваю, но ответа не получаю.

  Славик показывает на уши и отрицательный качает головой. А что с медсестрой? Уже ничего. Глаза широко открытые, в них испуг, боль и непонимание происходящего. И не поймёшь, милая. Это тебе ни к чему. Может дольше проживёшь, не зная подробностей.

  Я опять поднял голову вверх, рассматриваю образовавшийся портал. Как его закрыть, что бы, не дай Бог, сюда всякая нечисть не полезла. Одному мне, с моим-то отсутствующим опытом, будет тяжеловато.

  Хотя, почему - один? По тротуару, в нашу сторону бегут мои старые знакомые - Татьяна Ивановна и "слесарь", он же "профессор", Борис Борисович. Даже и не знаю, чем они мне могут помочь, но на душе становится немного легче.

  Татьяна Ивановна - боевой человек. С ходу оценила обстановку и бросилась помогать медсестра из Скорой. Адекватный медик сейчас востребован, как никогда. Есть шанс вытащить с того света кого-нибудь из числа тех, чьи тела разбросаны на тротуаре, дороге.

  Борис Борисович отдувается, вытирает платком лицо. Пытается что-то мне сказать, но у него ничего не получается. Ничего, отдышись, старичок, время у нас ещё есть. Хотя.....багрово-синие тучи устроили самую настоящую круговерть, ветер-прощелыга им в этом помогает.

  Во многих местах одновременно возникают небольшие смерчи. Все они двигаются к центру перекрёстка, где вовсю горит машина с бывшей цистерной. Её от взрыва развернуло розочкой, я мельком посмотрел на осколок металла, который не долетел несколько метров до Вячеслава и сестрички.

  - Ты мне поможешь? - Борис Борисович пришёл в норму.

  - Конечно. Что Вы хотите сделать? - спрашиваю я и наблюдаю, как мужчина открывает свой огромный бокс. У меня такой же есть дома, где я храню инструменты и всякую мелочёвку.

  - Нужно вот эти пирамидки расставить вокруг горящей машины на одинаковом расстоянии. Постарайся их расставить так, что бы они образовывали окружность. Если повезёт, успеем закрыть это безобразие.

  Я взял в руки пирамидку и удивленно посмотрел на Борис Борисыча. Со сторонами сто на сто и столько же в высоту, пирамидка весит не меньше пяти килограмм. Ладно, всё не унесу сразу, побегаем чуть-чуть. Почему именно пять? Глупый вопрос появляется в голове всегда, когда проблем выше крыши.

  Примерно отсчитав от воображаемого центра десять метров, ставлю первую пирамидку. Сейчас не до вычисления градусов, минут, секунд. В воображаемый круг вписываю звезду, запоминаю расположение вершин лучей. А вот, кажется, ответ на мой вопрос. Пентаграмма. Пять лучей, пять пирамидок.

  Всё, последняя на месте. А дальше-то что? В руках у Бориса Борисовича серебристый шар миллиметров четыреста в диаметре. Мужчина подходит к первой пирамидке, Татьяна Ивановна уже рядом. Славик показывает на неразлучную пару головой и показывает большой палец. Это я расшифровываю, как "хорошие специалисты".

  Но меня не квалификация специалистов интересует. По центру вращающихся грозовых туч возникает воронка. Она медленно начинает вращение в сторону, противоположную вращению туч. Времени всё меньше и меньше.

  Чем помочь, как остановить время для пары учёных, я не знаю. Вячеслав тоже смотрит на небо, лицо бледное, только не понятно от чего больше. То ли от полученного огнестрела, то ли от вида происходящего сейчас в небе.

  Боже, сколько времени прошло после начала всей этой катавасии. Час от силы, может - полтора. А уже столько смертей. Я, скорее всего, никогда к этому не привыкну.

  Я где-то прочитал, что когда человек привыкает к смерти, он перестаёт быть человеком. Вот не согласен я с таким выражением. А как же наши врачи? Они что, тоже со временем становятся нелюдями? А полицейские, пожарники?

  Ещё раз смотрю на место, где произошло эта трагедия и замечаю, что полно уже и машин Скорой помощи и полиции. Скоро и МЧС пожалует. А вот их нужно немного подзадержать. Не допустить к горящей машине. Это вопрос Вячеслава и я вижу, как он достаёт из машины сумочку с документами.

  Что-то опять не поделили наши академики. Стоят, руками вверх показывают. Татьяна Ивановна повернулась ко мне, машет рукой. Борис Борисович, красный от негодования. Молча протягивает мне шар.

  - На три, подбрось, как можно выше.

  Нет вопросов, тем более, что по весу шар - килограмма полтора. Учёный достаёт небольшой пульт, похожий на брелок сигнализации авто, смотрит на меня.

  На три, подбрасываю шар в воздух. Тот поднимается на высоту, примерно, шести метров и замирает на месте. Тонкие лучи света вырываются из пирамид и упираются в шар. Шар серебристого цвета начинает медленно вращаться, но с каждой секундой он вращается всё быстрее и быстрее. Через некоторое время шар поднимается выше, застывает, словно в нерешительности, затем начинает стремительное движение вверх по спирали.

   Глава 13.

  Думал, что сразу усну крепко и до самого утра. Но мозг выдавал такие изощренные образы во время короткого сна, больше похожего на забытьё, что я просыпался каждый час.

  Нервно смотрел на часы, переворачивался на другой бок и опять погружался в пучину воспоминаний. Пробовал заснуть, считал слонов, барашек и всякую другую живность, но всё - без толку.

  Плюнул, достал из холодильника бутылку коньяка, прямо из горла, как горнист- пионер, сделал два огромных глотка. Тёплая волна пробежала по пищеводу, мягко скользнула в желудок. Сигарета - самая лучшая закуска в такой ситуации. Мальборина, ещё одна. Всё, можно опять попробовать заснуть.

  Я, проходя мимо комнаты-кабинета деда, остановился. Теперь понятно, что мне не давало долгое время уснуть. Смерть, причём загадочная, Ирэн. И именно в этой комнате.