Жития новомучеников и исповедников российских ХХ века - Коллектив авторов - Страница 237

—Вы арестованы как участник контрреволюционной церковно–монархической организации. Вы признаете это?

— Категорически отрицаю.

—Вы лжете перед следствием. Следствие располагает данными, изобличающими вас в участии в контрреволюции. Требуем от вас правдивого показания, — продолжал настаивать следователь.

— Вторично утверждаю, что я членом контрреволюционной церковно–монархической организации никогда не состоял.

— Предлагаем вам прекратить запирательство и приступить к исчерпывающим показаниям о вашей контрреволюционной деятельности.

— Я еще раз утверждаю, что контрреволюционной деятельности никогда и нигде не проявлял.

28 августа следователь провел очную ставку между Дмитрием Михайловичем и священником Стефаном Можаевым, который на допросах оговорил себя, Дмитрия Михайловича Вдовина и многих священнослужителей. Во время очной ставки лжесвидетель повторил ранее данные показания о том, что якобы весной 1937 года завербовал Вдовина в состав контрреволюционной организации.

—Обвиняемый Вдовин, вы подтверждаете показания Можаева Степана Сергеевича?

— Показания Можаева я категорически отрицаю, так как я никогда ему согласия в участии в контрреволюционной организации не давал.

Через некоторое время Дмитрия Михайловича перевели в Таганскую тюрьму в Москве, где он снова был допрошен.

—Вы обвиняетесь в контрреволюционной деятельности, дайте показания.

— Я контрреволюционной деятельности не вел.

— Как участник контрреволюционной организации вы уличаетесь не только показаниями свидетелей, но и самих обвиняемых, требуем от вас правдивых показаний.

— Я ни в какой контрреволюционной организации не состоял и виновным в этом себя не признаю.

Впоследствии, в 1957 году, органами внутренних дел было проведено расследование, которое вскрыло факты нарушения в 1937 году сотрудниками Коломенского районного отделения НКВД законности. В частности, было установлено, что следователи арестовывали людей без всяких оснований, во время следствия заставляли подписывать выдуманные показания. К тем, кто отказывался это сделать, применяли непрерывные, так называемые «конвейерные», допросы, длившиеся несколько суток и сопровождавшиеся оскорблениями, угрозами, многочасовыми стояниями и побоями. Но и эти испытания не сломили Дмитрия Михайловича.

9 октября 1937 года тройка НКВД приговорила Дмитрия Михайловича к десяти годам заключения в исправительно–трудовом лагере. Наказание он был отправлен отбывать в Бамлаг на станцию Известковая, поселок Кульдур Бирского района.

В лагерь Дмитрий Михайлович прибыл с этапом 16 ноября 1937 года и сначала работал на лесоповале. Затем он заболел флегмоною ног, вследствие чего в феврале 1938 года был помещен на излечение в сангородок. В октябре 1938 года комиссией врачей он был актирован как инвалид, с поражением левой ноги, вследствие флегмоны, и потерей общей трудоспособности. Лагерное начальство назначило его экономистом. Жена Дмитрия Михайловича Надежда Ивановна в феврале 1940 года подала в НКВД жалобу с просьбой пересмотреть дело мужа, а в сентябре того же года жалобу подал и сам Дмитрий Михайлович. Но обе эти жалобы остались без последствий.

Дмитрий Михайлович Вдовин умер 23 апреля 1942 года в Средне–Бельском исправительно–трудовом лагере от туберкулеза легких и погребен в безвестной могиле.

ИСТОЧНИКИ: ИЦ МВД Амурской области.

Апреля 12 (25) Пребодобномученик Сергий (Крестников)

Составитель священник Максим Максимов

Преподобномученик Сергий родился 1 июля 1893 года в городе Москве в семье рабочего Александра Крестникова. В 1905 году, когда Сергию исполнилось 12 лет, он был принят в хор Московского Покровского монастыря и десять лет участвовал в его деятельности.

С 1915 по 1918 год Сергий нес певческое послушание в различных московских храмах. В 1918 году он был принят в число послушников Свято–Троицкой Сергиевой Лавры. В 1922 году Лавра безбожными властями была закрыта, поэтому послушник Сергий перешел служить певчим в Пятницкую церковь, расположенную в непосредственной близости от стен древней русской обители.

В 1928 году в связи с закрытием Пятницкой церкви послушник Сергий перешел в храм Всех Святых, что на Кукуевском кладбище в Сергиевом Посаде, где был погребен преподобный Алексий Зосимовский (Соловьев).

Кроме певческого послушник Сергий нес еще послушание сторожа, а впоследствии был избран председателем церковного совета храма Всех Святых.

Как и многие из братии, послушник Сергий продолжал поддерживать духовную связь с последним перед закрытием наместником Лавры архимандритом Кронидом (Любимовым).

Вместе с духовенством храма Всех Святых архимандритом Маврикием (Полетаевым) и игуменом Максимилианом (Марченко), а также со старостой храма Василием Кондратьевым послушник Сергий был арестован 21 октября 1935 года Загорским районным отделением НКВД и заключен в Бутырскую тюрьму города Москвы.

На первом допросе следователь расспрашивал о знакомых, с которыми послушник Сергий поддерживает связь.

— Скажите, какие беседы на квартире проводил игумен Марченко? — спросил следователь.

— Игумен Максимилиан часто на квартире проводил беседы на религиозно–духовные темы.

— Следствие располагает данными о том, что вы среди окружающих вас лиц проводили антисоветскую агитацию, распространяя провокационные слухи о войне и якобы скорой гибели советской власти. Что вы можете сказать по этому вопросу? — спросил следователь на следующем допросе.

— О войне и гибели советской власти я ничего никому не говорил. В отношении религиозных вопросов я говорил, что советская власть ведет борьбу с религией, закрывает церкви, ни за что высылая духовенство, не давая им возможности жить. Священников сейчас всячески притесняют, лишая права голоса, а раньше им жилось гораздо лучше.

— С какой целью вы распространяли ложные слухи об «исцелительности» могилы старца Алексия?

— Я этого не говорил.

— Как вы реагировали на закрытие церквей?

— Советская власть закрывает церкви без согласия верующих и делает это неправильно, а также ни за что высылает духовенство, лишая его нормальной жизни.

— В чем вы выражали недовольство советской властью окружающим вам лицам?

— Я советской властью недоволен тем, что она насильно без согласия верующих закрывает церкви, ни за что высылает духовенство и верующих.

— Признаете вы себя виновным в предъявленном вам обвинении?

— Я настроен антисоветски, потому что советская власть организовала гонение на религию, высылает ни за что верующих и духовенство, без согласия верующих закрывает церкви.

Следователем для дачи свидетельских показаний были вызваны благочинный Загорского округа протоиерей Дмитрий Баянов, священники Виталий Лукашевич, Михаил Поздеев, Леонид Багрецов и Александр Маслов. По требованию следователей НКВД они оговорили арестованных, а вместе с ними и послушника Сергия (Крестникова), подписав лжесвидетельства против них.

Один из лжесвидетелей, в частности, сказал: «Крестников является организатором богослужений монастырского характера, стремился к выполнению монастырского церковного устава и служению акафистов, также старался укрепить монастырский распорядок в общине».

8 января 1936 года тройка НКВД приговорила послушника Сергия (Крестникова) к пяти годам заключения в исправительно–трудовой лагерь. В феврале этапом послушник Сергий был направлен в город Чибью в распоряжение начальника управления Ухтпечлага НКВД.

В лагере послушник Сергий нес обязанности дневального. С лета 1937 года безбожные власти начали повсеместные аресты духовенства и верующих, коснулись они и тех из них, кто отбывал различные сроки наказания в лагерях или ссылке. 21 января 1938 года послушник Сергий был арестован и обвинен в том, что, «отбывая наказание в Ухтпечлаге НКВД, вошел в контрреволюционную группу, проводил среди заключенных контрреволюционную деятельность, направленную на дискредитацию проводимой политики партии и советского правительства».