От января до марта один шаг (СИ) - Стриж Алиса - Страница 33

Замерев в нерешительности, заколдованный принц заскулил. Леде вдруг стало жаль его - столько лет бегать собакой, да еще и не иметь возможности даже умереть.

«Наверняка у него в голове все перемешалось за тысячу лет, - подумала она. - Плохое Март для него наказание выбрал».

Зубы у девушки уже стучали, изо рта давно уже вырывались клубы пара. Тепло покидало ее тело, клонило в сон. Пальцы ног начинало покалывать. Она понимала - пес ждет, когда они умрут от холода. Март ведь запретил ему вчера нападать на людей, накричал на него. И Леда прекрасна знала - даже если Лаолету удастся вызволить бога, тот будет зол на него. Девушка закрыла глаза и решила уснуть, закончить все это наконец...

У ее руки что-то хрустнуло. Приоткрыв один глаз, девушка увидела, что пес грызет веревки.

«Значит, еще не конец?» - подумала она и к своему немалому удивлению испытала от этого некоторое разочарование.

Веревка щелкнула и ослабла. Аластр изловчился и сунул руку под кринолин Леды. Та охнула, но граф всего лишь вытащил из ее сапога кинжал, который бандиты не обнаружили, и перепилил еще один узел на веревке. Они оказались на свободе, однако вокруг стоял лес и куда идти, у кого просить помощи, было непонятно.

- Надо выйти к тракту, - сказал Аластр, растирая замерзшие руки. - Может, удастся уговорить кого-нибудь подбросить нас до ближайшего трактира. Заложим твой кинжал и попытаемся добраться до кого-нибудь из союзников, или нас найдут посланные королем люди.

Пес схватил его за подол пальто и потащил, рыча, совсем в другую сторону от тракта.

- Да что ты делаешь? - вырывая у собаки из зубов свою одежду, спросил граф. - Нам не нужно туда...

- Нужно, - сказала Леда, вглядываясь в темноту леса.

Впереди, в какой-то паре километров от них, косым, длинным клыком уходила под углом в темное небо гора Вой.

Часть 3. Упрямец. Глава 12

Шли они долго. Леда вся измучилась, кринолин страшно мешал ей идти. Она проваливалась по колено в сугробы, а проклятая юбка тащилась по снегу, цепляясь за кусты. В какой-то момент девушка оглянулась и увидела тянущийся за собой след, похожий на тот, что оставляет улитка. Ей подумалось, что обнаруживший его будет очень удивлен. В сапожки Леды набился снег, пальцы ног кололо, хотя она и старалась шевелить ими. Пес прыгал впереди. Он тонул в лесных сугробах по самое брюхо. За ним следовал, тяжело дыша и сжимая руку на больном предплечье, Аластр. Замыкала шествие Леда, наступая в следы графа. Гора приближалась так медленно, а мороз щипал нежную кожу так сильно, что в пору взвыть от отчаяния. Но больше всего Леду занимал другой вопрос.

«Неужто я всерьез решила умереть тогда?»

От этого ей становилось страшно. Мысль о том, что она вот так запросто спасовала, отдалась смерти, заставляла ее испытывать жгучий стыд. Она не могла поверить, что сдалась.

«Ведь я столько уже пережила, столько сделала, чтобы вытащить свою жалкую жизнь из лап Январь, - думала она, обиженная сама на себя. - И не только я. Аластр подставился из-за меня уже дважды, страдает от ран, а я вот так запросто...»

Гора приближалась. Прошел еще долгий час мучений. У Леды набился снег даже в панталоны. Когда они достигли подножья, у Леды страшно ломили ноги. Однако они были живы, они справились, и от этого жертвенница испытала прилив эйфории. Она готова была танцевать от радости, понимая, что они добрались. Даже холод на какое-то время отошел на второй план.

«Вот и закончилось все, - подумала она. - Сейчас мы поднимемся в ту пещеру, отроем дверь, вызволим Марта и отправимся до...»

Додумать мысль она не успела. Гора вдруг задрожала, и из ее чрева донесся душераздирающий, подобный грому вой. Вниз по склону покатились камушки, спорхнули в воздух, испуганно крича, спавшие в своих гнездах птицы. Какую-то минуту нечто внутри горы выло и металось, а потом все снова стихло.

- Что это было? - испуганно спросила Леда.

Ей вдруг вспомнилось все то, чему она не придавала особого значения. Название горы, слова разведчика о том, что за дверью есть что-то живое, слава бандитов о драконе.

- Внутренние обвалы или ветер, - отмахнулся Аластр. - Драконов не существует, Леда. Да, когда-то, при истинном творце они населяли наш мир. Но ты же знаешь, что он всех их...

Гора снова затряслась, заглушив последние слова графа.

- Только не говори, что мы пойдем внутрь прямо сейчас? - ужаснулась Леда.

- Нет, мы замерзнем здесь, - съязвил граф.

И как бы Леде не было страшно, она с ним согласилась. Все же они замерзли, а в пещере можно попробовать развести огонь. Терзаясь плохим предчувствием, девушка поспешила за графом. Гора же будто бы угомонилась, притихла, притаилась.

Вблизи Вой походила на криво воткнутый в землю ребенком продолговатый камень. Огромный камень. Путешественникам пришлось обойти ее по круг, чтобы найти еле различимую лестницу. Выбитые прямо в скале ступеньки давно уже истерлись и кое-где их разбило осенними ливнями, однако ни льда, ни снега на них не оказалось. Лестница спиралью взбиралась по склону, соседствуя с практически отвесной пропастью. И с каждым шагом пропасть эта становилась все глубже и глубже. Стремительный ветер здесь, на высоте мечтал сшибить путешественников с ног. Он даже умудрился стащить с Лединой юбки парочку некрепко пришитых бантиков, против чего, впрочем, девушка не возражала. Одно радовало - идти по промерзшему камню было все же легче, чем по снегу.

Пещеру они нашли не сразу. Она оказалась узкой щелью в скале - темной и неприветливой. Леда еле-еле протиснулась туда со своим кринолином. Внутри было ужасно темно. Какое-то время Леда видела лишь глаза пса, поскуливающего то ли от холода, то ли от близости цели.

- Придется пережидать здесь, - буркнул граф. - Странно то, что мы не встретили людей короля. Они должны были уже прибыть. Даже если бы они отправились нас искать, то оставили бы хотя кого-то на месте.

- Может они тоже задержались? - спросила осторожно Леда.

- Возможно, - согласился граф. - Возможно даже из-за той метели. А возможно я переоценил их скорость. Кто знает.

Медальон, который до этого не подавал признаков жизни, вдруг начал нагреваться. Леда вытащила его из-под меховой ротонды и увидела, что он пульсирует зеленым. Граф тоже заинтересовался.

- Бьется как сердце, - сказал он. - Хороший знак. Мы на правильном пути.

Медальон тускло осветил пещеру, выхватив уходящий вглубь горы тоннель. Граф замер, повернув нос в сторону провала, как охотничья собака, которая пытается унюхать дичь. Он еще ничего не сказал, а Леда уже знала - сейчас они пойдут туда. Потому она отряхнула юбку и, не дожидаясь приказа графа, двинулась по тоннелю. За ней потрусил черный пес.

- Читаешь мысли, - сказал Аластр.

- Просто вы, граф, как открытая книга, - сказала девушка. - И в этой книге написано всего одно предложение.

- Какое же? - насторожился граф.

«Я упрямый осел», - подумала Леда, а вслух сказала:

- Я очень хочу воскресить поскорее Марта.

Граф фыркнул, но, кажется, от удовольствия, а не от смеха.

- Знаешь, это не в моих правилах, но... - начал он вдруг. - Ты была права.

- Спасибо, - Леда удивленно на него оглянулась.

Граф улыбался - впервые за то время, пока она его знала. По-настоящему. Искренне, отчего толстая сухая кожа на его щеках сложилась гармошкой. Стоило Леде посмотреть на него, как на лице появилась некоторая рассеянность. Граф замялся, а потом сказал уверенно.

- Знаешь что, когда все это закончится, и мы вернемся в замок, то можешь просить у меня чего хочешь. Имею в виду... ты была хорошей напарницей, и я тобой доволен. Если бы я чуть больше тебя слушал, то, может,  все обернулось бы лучше.

- Граф, прекратите, вы меня пугаете, - смутилась Леда. - Станьте обратно хмурым и серьезным.

Колокольчиком зазвенел смех из медальона.