Ткачи снов (ЛП) - Валь Каролин - Страница 34

Навия была разочарована. Уже пять дней и ночей они сидели в хижине, а она до сих пор не достигла даже маленького прогресса. В отличие от Исааки.

С подозрением она открыла одно веко и наблюдала за Фереком, который сидел, скрестив ноги, между ними, положив руки слева и справа на свои бёдра. Его глаза были закрыты, в то время как монотонный голос наполнял комнату.

- Существует только один путь к вашей душе. Вы должны допустить все чувства, всю боль, всё ощущение счастья. Прислушайтесь к голосу ваших предков, зову богов, смешанному с вашей кровью.

Навия ничего не чувствовала. Совсем ничего. Только её левая нога онемела, зад горел, и боль взбиралась вдоль негнущейся спины. Про себя она задавалась вопросом, сколько ещё будет подвергать себя этой пытке.

- Ты слишком напряжена, Навия, - предупредил Ферек.

- Скоро наступит утро, а мы ещё не добились не малейшего прогресса.

- Если хотите, можем сделать перерыв?

Как по команде, желудок Исааки начал журчать, и она нервно рассмеялась, что сразу же расслабило обстановку.

- С удовольствием. Я умираю от голода!

- Я тоже ничего не имею против перерыва. Сосредоточиться получается всё хуже, - добавила Навия.

Ферек криво ухмыльнулся.

- Это было видно.

В ней снова проснулось чувство обиды, и она играючи ударила его в бок. Несмотря на её первоначальное недоверие, ей нравился Ферек. Однако это не мешало ей тщательно наблюдать за его другой, задумчивой стороной. Пока что у неё не было возможности поговорить с Исаакой наедине об её опасениях.

- Ах, замолчи! Я не могу себе представить, что у тебя получалось лучше, когда Мерлок учил тебя этому упражнению.

- Этого ты никогда не узнаешь, - сказал он, ухмыляясь.

Навия заметила ледяной взгляд Исааки и немного отодвинулась от своего нового учителя. Она ни в коем случае не хотела, чтобы между ними возникла вражда. Это просто не стоило такой глупой чепухи, потому что она заметила тайные взгляды между Исаакой и Фереком. Причиной больше, как можно быстрее рассказать ей о своих опасениях.

- Как насчёт того, чтобы вы позаботились об огне, а я между тем съезжу в город и привезу что-нибудь, вместо сушёного мяса и ягод. Тогда на завтрак мы сможем позволить себя кое-что другое? - предложил Ферек. Учитывая одну и ту же еду, и постоянную пустоту в желудке, Навия сразу же согласилась, а Исаака производила удовлетворённое впечатление.

Однако казалось, она о чём-то задумалась. Её белокурые волосы спадали сегодня длинными волнами на плечи. Кроме того, она заметно чаще играла с отдельными прядями, кокетливо улыбалась, а также её тон не всегда был мрачным или агрессивным.

- Я могу пойти с тобой ... - сказала Исаака, на её щеках разлился нежный румянец.

Смущённо она опустила голову, дёргая за кончики своих волос.

Ферек тоже внезапно выглядел смущённым, провёл рукой по волосам.

- Конечно!

Оба встали и поспешили выйти из хижины, совершенно забыв о Навии. Качая головой, она смотрела им вслед.

- Нола точно сможет вас обоих отвезти, - крикнула она ещё, хотя знала, что это не составит проблемы. Когда немного позже она разожгла огонь и растопила в кастрюле снег, она заметила, как её охватила глубокая усталость. Несмотря на неудачи, последние дни были очень напряжёнными.

Никакого сравнения с боевыми тренировками её клана, но всё-таки достаточно тяжёлые, чтобы сделать её сонной. Она подтянула к огню одну из мягких шкур храноса, вытянулась на ней и закрыла глаза.

«Вы должны допустить все чувства, всю боль, всё ощущение счастья. Прислушайтесь к голосу ваших предков, зову богов, смешанному с вашей кровью».

Если бы это было так просто. В ней бушевала буря, которую она не могла контролировать. Навия прислушалась к биению своего сердца и в первый раз за долгое время разрешила себе подумать об отце и Даниане.

Бум. Бум-бум.

А, Дан, мне так тебя не хватает.

По кончикам пальцев пробежали мурашки, волнами растеклись по всему, телу укутав ее теплым покровом. Тоска по защищенности. Страх не справиться. Ярость.

Беспомощность. Любовь. Любовь к отцу, единственному человеку на свете, который был ей важен - не считая Даниана, чьего совета и сильного плеча ей с каждым днем не хватало все больше. Она чувствовала себя слабой. Она гонялась за духом, которого никогда не сможет догнать. Она терпела неудачу.

Имело ли вообще какой-то смысл, то чем они с Исаакой и Фереком здесь занимались?

Каждое чувство, которое она испытывала в последнее время, вдруг показалось таким близким. Навия видела их перед собой, как яркие краски. Все, над чем она ломала голову, и что причиняло ей боль.

Бум. Бум-бум.

За ее веками вспыхнул свет. Она увидела перед собой богиню весны в темно-зеленом платье с открытыми плечами и блестевшими на солнце черными крыльями. Навия чувствовала себя в безопасности, ее переполняло желание прильнуть к рукам Кев и обнять ее. Кев улыбнулась теплой и доброй улыбкой, озарившей душу Навии.

Затем подошел Канаель, молодой человек с необычными глазами, которого она уже встречала во сне. Его темные волосы были аккуратно зачесаны назад, а пурпурный цвет его одежды был еще интенсивнее. Ее мысли перенеслись в деревню, где она жила. Навия увидела изгородь, почувствовала зимний холод на коже. Она была птицей, которая расправив крылья, летела над деревней. В полете она обнаружила три деревянных башни, еще не тронутых пожаром.

Ордин. Как жилось ее клану? Знали ли они что-нибудь об угрозе, нависшей над всеми четырьмя царствами, или жизнь текла своим чередом? По сути, в опасности были только меченые. Потомки богов. Или нет?

Бум. Бум-бум.

Навия подумала об отце и ее сердце сжалось. Каждой клеточкой своего тела она тосковала по нему, как будто ее сердце разбилось на множество осколков.

Она будет бороться ради него, не важно, сколько это займёт времени, чтобы выяснить, что скрывается за всеми этими событиями.

Щекотание в кончиках пальцев усилилось, казалось, что и потрескивание огня стало громче.

Ей стало жарко. Жар как будто бы вырывался изнутри и обдавал ее пылающим огнем. Перед ее мысленным взором танцевали четыре цвета богов. Белый. Красный. Зеленый. Золотистый. Они поворачивались, сливались друг с другом, смешивались, превращаясь в огромный знак, и вот ей уже захотелось протянуть к ним руку... стать частью их...

Я здесь! Пожалуйста! Я здесь!

Они не услышали её немую мольбу. Казалось, даже отвернулись от нее, отчего ее стремительно захлестнуло ощущение того, что её бросили. Она кричала им вслед. Три цвета мгновенно померкли, остался лишь насыщенный зеленый - цвет богини весны. Сердце Навии переполняла любовь. Она была началом. Кругом жизни, истоком, происхождением мира. И она, Навия, была ребенком Кев. Дочерью богини. Меченая. Навеки.

Бум.

Бум-бум.

Вдруг Навия почувствовала, как будто разрывается на части. Она открыла рот, чтобы закричать, но не смогла произнести ни звука. Ее тело сжалось, словно было зажато в тиски. Она хотела умереть. Хотела жить.

Затем ее душа открылась.

Все ее органы чувств обострились, все вокруг звучало неестественно громко. Огонь не просто потрескивал, а прямо-таки бушевал. Она четко слышала, как воет ветер на улице, уловила скрип снежинок, когда они касались земли. Ее сознание продолжило блуждать, углубившись в лес.

Везде громкое фырканье животных. Она слышала дыхание волка гнерша, который подкрадывался к своей добыче. Короткая остановка перед нападением, сопение в воздухе - она видела это прямо перед собой. Его брыли приподнялись, сердитое рычание, взгляд блуждал вокруг, как будто он чувствовал её присутствие - потом он набросился на неё, и Навия отпрянула назад.

Он прыгнул сквозь неё и впился своими огромными клыками в светло-коричневого грызуна. Пронзительный крик маленького существа зазвенел в ушах Навии, потом оно внезапно обмякло. Другой звук привлёк её внимание, и она услышала скрежет клюва совы шериа. Он раздавался везде и в тоже время нигде. Нервы Навии были напряжены до предела, и ей стоило огромных усилий сосредоточиться всего лишь на одном пункте в лесу.