Ткачи снов (ЛП) - Валь Каролин - Страница 68

- Она тоже принадлежит к Потерянному народу. Лабиринт душ, возникший из магии и душ Поглотителей снов, непреодолим для людей. Но мы не люди, Дав. За последние недели я узнал о себе больше, чем за все предыдущие годы.

- Но ты по-прежнему будущий повелитель Летнего царства. Ты нужен Сувию,- вставил его друг.

- Возможно, но я только в последние недели стал сам собой. Как отреагирует мой народ, узнав правду? Не будет ли восстаний? Не поднимутся ли другие сувийские семьи, претендующие на трон? Может начаться гражданская война, если мои подданные узнают, кто или что я. Может, даже будет лучше, если мое место займет Инаель, когда станет достаточно взрослой.

Он сказал это впервые вслух, испытав при этом приятные чувства. Канаель действительно уже не раз задавался вопросом, что было бы, если бы его сестра вместо него пошла по стопам отца. Это решило бы множество проблем.

- Ты говоришь глупости, Канаель,- сказал Дав. - Сувий никогда не смирится с женщиной на ацтейском троне. Чтобы это произошло, надо, чтобы весь мир полыхал.

- Возможно, скоро так и будет,- ответил Канаель. - Изменения уже ощутимы, только вот их смысл еще не понятен.

- Мы не можем двигаться дальше, иначе сядем на мель,- крикнула Дария с задней части лодки.

Канаель все еще не мог поверить. Вот он, остров Мий, на котором он надеялся найти решение всех своих проблем. В лицо дул прохладный морской бриз и он с наслаждением вдохнул соленый воздух.

Как и Кевейт, остров был окружен скалистым побережьем. С северной стороны утесы были такие крутые, что оттуда невозможно было попасть на остров. Там и находился каменный дворец Ткачихи снов. Единственной возможностью ступить на остров, было высадиться на юго-восточной стороне, постоянно окутанной туманом. Несмотря на плохую видимость Канаель разглядел извилистые тропинки и скопление обрывистых скал из черного камня. Днем и в солнечном свете остров производил идиллическое впечатление, но теперь маленькая мрачная бухта, к которой они направлялись, выглядела, словно врата в преисподнюю.

Дав отошел от перил и по-товарищески положил ему руку на плечо. Возможно, он был единственным человеком в Сувие, позволявшим себе делать такой дружеский жест.

- Мы будем ждать вас до наступления темноты. Потом поплывем назад. Мы не достаточно оснащены, чтобы заночевать на острове, и, честно говоря, я не хочу ни от кого на борту этого требовать.

Канаель кивнул. Он на это и рассчитывал.

- Хорошо. Не знаю, как долго мы задержимся на острове. Сколько времени... нам понадобится.

- Не ломай голову над этим. Я вернусь. С достаточным количеством провизии. И буду ждать тебя.

- Спасибо,- сказал Канаель, имея это в виду. Дав шутливо поклонился.

- Всегда к Вашим услугам, Ваше Высочество. Ты готов? - спросил он. В его умных глазах появилось выражение, которое Канаель до сих пор не замечал. Его друг на полном серьезе переживал за него.

- Да.

- Звучит убедительно. Главное, чтобы ты знал, что делаешь.

Канаель ничего не ответил на это, ведь, по сути, он и сам не знал, поступает ли правильно. Он следовал своим чувствам. Предчувствию. Он должен защитить Удину. И найти Навию, девушку в талвеньской национальной одежде.

От кевейтцев они получили буханку свежеиспеченного хлеба с семечками подсолнуха, немного сыра, две бутылки воды и теплое одеяло. Все это Канаель и Песня Небес взяли с собой, садясь в маленькую, корабельную шлюпку. Она была узкой, слегка овальной формы, сделанной из темного дерева с двумя веслами. Канаель еще раз бросил взгляд на корабль, на палубе которого стояли Дав и все остальные. Они кивали - жест, который должен был вселить в него мужество и уверенность.

Канаель начал грести сильными, равномерными движениями. Они двигались медленно, но уже после нескольких гребков корабль исчез из поля зрения, поглощенный туманом. Чем ближе они приближались к пляжу, тем холоднее становилось. Холод как тонкая дымка пронизал его до костей. «Как немое предупреждение»,- подумал он.

- Ты тоже чувствуешь? - спросил Канаель, глядя через плечо на Песню Небес. Она кивнула и укутала плечи одеялом. Страх перед чем-то неизвестным буквально был написан на ее лице.

В отличие от побережья Кевейта о берег разбивались совсем невысокие волны, и сама вода была таинственно тихой. Лишь крики голодных птиц раздавались над их головами, их самих Канаель не мог видеть из-за густого тумана, заслонявшего видимость.

Когда они почти добрались до пляжа, он снял сапоги, спрыгнул со шлюпки и со всей силы подтолкнул ее к песчаному берегу. Песня Небес последовала его примеру и вместе они затащили ее на пляж. Достав мешки, они положили обувь на сухое место и затем снова надели ее. Одновременно с этим, Канаель оглядывался вокруг.

Перед ними возвышались крутые, почти черные скалы, кажущиеся непреодолимыми. Песок доходил до середины пляжа, затем переходил в камни и большие обломки скал, которые выглядели так, как будто были выбиты из стены. Справа, там, где располагался каменистый склон, виднелось нечто похожее на лестницу. Да и обломки горных пород в этом месте выглядели намного более плоскими.

- И что теперь?

Он насторожился. Канаель привык, что в обществе Песни небес его окутывала полная тишина, поэтому его удивил ее голос. Теплый и мелодичный, тихий и приятный одновременно. Как он мог забыть, каким красивым был ее голос? «Теперь тебе мерещится, что она говорит»,- подумал Канаель.

- Ты что-то сказала?

Он повернулся к ней.

Она посмотрела на него большими глазами, на ее лице читался испуг и радость.

- Ты говоришь?

Его лицо засияло.

- Да!

Сделав два широких шага, он оказался рядом с ней и обнял. Она ответила на его объятия, прижалась к нему и спрятала лицо на его груди, как будто существовали только они оба, как будто это было самым обычным делом в мире. Его сердце забилось быстрее, он радовался, что она снова может говорить. Её волосы пахли весенними цветами, и когда он отпустил её, то подумал, что увидел в её взгляде сожаление.

- Уже когда мы приблизились к острову, у меня зачесалось в горле, и когда я коснулась песка, у меня внезапно появилось чувство, что голос вернулся.

Геро оказался прав!

- Это просто замечательно!

Песня Небес подавленно покачала головой.

- Нет, я всё ещё не помню то, что случилось ...

- Ты не можешь вспомнить? Ты поэтому искала меня в Муне?

- Да ... Всё как в темноте. Не считая некоторых обрывков. Я надеялась, что всё вспомню, когда увижу тебя. - При этом она смотрела на него, почти извиняясь. - Вот почему я искала тебя, следовала по твоим следам. - Она замолчала, ища подходящие слова:

- Когда я встретила твоего двойника в одной из дворцовых кухонь, я была в отчаянии. После того, как проснулась на одной из свалок, я ничего не могла вспомнить и следовала по следу тех вещей, которые казались мне каким-то образом знакомыми. Дворец. Твоё имя. Твоё лицо. Ты был везде.

- Ты искала меня, потому что больше ничего не знаешь о своей прежней жизни? Но кто отнял у тебя твой голос и память, это ты не можешь вспомнить? - Внезапно он показался самому себе глупым, но в тоже время пытался не показывать свою неуверенность.

- Нет, - ответила она. - Виновных в этом я не могу вспомнить. Помню только мелочи.

Обрывки. Небольшой, каменный дом, окружённый другими фасадами, неприятный запах, алкоголь, свечи.

- Красный квартал, - предположил Канаель.

- Возможно. - Извиняясь, она пожала плечами. - Я не знаю.

- Как ты нашла меня?

- Ходили слухи, что двойник наследника престола направляется в сторону северо-запада, один и с оружием. Я была уверена, что нахожусь на правильном пути. В Муне я искала тебя в разных тавернах, потому что там терялся твой след. И спустя восемь дней мне повезло. - Она скромно опустила взгляд. - Единственная причина, по которой я снова могу говорить - это ты.

Одним этим предложением она смогла развеять его сомнения. Ему стало жарко.