Безупречный элемент (СИ) - Северная Ирина - Страница 136

Борегар откинулся на спинку хлипкого стула, заскрипевшего под тяжестью мощного тела.

— Мать Эйвина и Фреды доверилась мне, и я дал обещание оберегать ее и детей, — сказал вампир. — Обещание я не сдержал, хотя очень долго думал как раз обратное. Я поддержу девчонку во всех ее бредовых замыслах. Ну, до определенного предела, конечно, — добавил он.

— Я в этом участвовать не буду, — заявила Айна, с нескрываемым презрением глядя на Лео. — Не имею ни малейшего желания до конца дней своих мучиться совестью от того, что благодаря моим действиям дочка Джейка была скормлена вампирам.

— А она и без нашей помощи справится с этим, — отозвался Лео. — Насколько я успел узнать её, она не станет сидеть, сложа руки. Откажетесь вы, откажемся мы — она рванет сама на его поиски и не задержится. И не станет особо задумываться ни о том, что ищет не просто парня, а вампира, ни о своей собственной безопасности. Предпочитаю в этом случае поддержать ее.

Фреда увидела, что теперь Гард смотрел на Леонара с интересом. А Метте тем временем сделала глубокий вдох, будто собираясь с силами, подошла к Айне, наклонилась, обняла за плечи и что-то зашептала на ухо. Лицо слушавшей женщины меняло выражение с удивления на гнев и обратно. Несколько раз она с возмущением порывалась отстраниться, что-то сказать, но Метте удерживала тетку и продолжала говорить.

Мельком взглянув на Лео, Фреда поняла, что от его вампирского слуха ничего не укрылось. Но на лице застыла маска невозмутимости, и прочесть по нему ничего было нельзя.

— Как ты могла?! — рявкнула Айна, когда Метте, наконец, закончила. — Твои мозги на месте были, когда ты принимала за нас всех такое решение?

— Тетя, своими силами мы не справлялись, и ты это знаешь, — отозвалась Метте. — Подумай сама, после чего все пошло на лад. И еще пару раз позже.

Фреда не сомневалась — речь идет о той самой таинственной сделке между Вагнером и Метте, которая началась с услуги, оказанной Рейном. А вот родственница рыжей норвежки, похоже, до этого момента была не в курсе.

— И как я ничего не почувствовала? Должна же была проверить, понять! Да мне даже в голову не могло прийти! — не унималась Айна. — Матиас, а ты был в курсе? — она повернулась к мужу.

Тот сдержанно кивнул.

— Вы все с ума посходили, не иначе, — взвилась Айна. — Клан такого не потерпит, если узнают.

— Никому и незачем знать, — Матиас положил на плечо жены широкую ладонь, легка сжал. — Столько времени прошло, а никто не знает до сих пор. А очевидный результат ты отрицать не можешь.

— И я был в курсе, — подал голос Гард. — И тоже поддержу Фреду.

Айна едва не рычала, поглядывая на родственников горящими темными глазами.

— Боже, Метте, сколько же лет?! — не выдержала снова женщина, стряхивая с плеча руку мужа. — Позволь спросить, а какого черта, вы не сказали мне всего до нашего приезда сюда?!

— А ты бы захотела приехать, если бы узнала? — Матиас выразительно посмотрел Айне в глаза. — Ты должна была сама увидеть Фреду и все услышать из ее уст.

Женщина скривилась, словно понюхала что-то крайне неприятное.

— Ладно. Всё, — она хлопнула ладонями по столу и глубоко вдохнула. — Всем здесь присутствующим не стоило быть свидетелями всего этого. Мои родственнички просто водили меня на поводке. А теперь ставят перед фактом, что я, некоторым образом, обязана… Обязана признать, хм… услугу, оказанную нашей семье тем вампиром. Я это признаю и сделаю все возможное, чтобы помочь тебе, Фреда.

Фреда на мгновение прикрыла глаза, испытывая безмерное облегчение. Она по-прежнему не одна и, может быть, еще не все потеряно.

В стенах маленькой штаб-квартиры что-то заворочалось, словно в темной, холодной пещере после долгой спячки оживал какой-то очень опасный и непредсказуемый зверь.

Фреда содрогнулась, поборов мимолетное желание отступить. Но понимание того, ради чего она это делает, не оставило от сомнений даже пыли.

Все так, как и должно быть, и она пойдет до конца.

Возможно, «зверь» жил всегда, как Минотавр в легендарном лабиринте. И когда Лео стер их с Эйвином жизни и выстроил новые, «зверь» не исчез, а просто уснул. Минотавру самое время проснуться, и он ждет, пока она войдет в Лабиринт.

Фреда слышала теорию о существовании множества реальностей. Одновременно и повсюду их было нечеловечески невероятное и великое множество. Эти реальности толклись на границе друг друга, временами соприкасались, чуть проникали одна в другую, мешали или помогали. Подсказывали или все путали. Но где-то есть одна единственная реальность, в которой все идеально правильно для конкретно взятого человека. Или НЕ человека. Хорошо бы ее найти или сразу в ней родиться.

Фреда почему-то в эту самую минуту была уверена, что находится не в своей реальности, но может ее найти, если… Если узнает это самое «ЕСЛИ».

Рейнхард не хотел погружать ее в свой мир, несмотря на то, что выбора ни у него, ни у нее особо не было. Он посвящал ее в тайны неохотно, осторожно и очень выборочно, не выдавая подробностей и внятных, своевременных объяснений. И она сейчас понимала, почему он так поступал.

Но теперь Фреде приходилось протискиваться «за грань» самой практически вслепую, по ходу дела приглядываясь, прислушиваясь и пробуя «на вкус».

Призрачный Лабиринт, вход в который пока был закрыт, безмерно пугал, как темная бездонная нора, в котором и дремал тот самый страшный и неизвестный зверь. Но где-то там, в самом центре, по-прежнему находилось нечто, что могло все изменить для нее и Вагнера. А, может быть и не только для них двоих.

Оставалась самая «малость»: найти дорогу, пройти по ней и вернуться обратно, держась за нить Ариадны, которую им всем вместе и предстояло сейчас сплести.

Фреда поглядывала на Лео и брата. Настороженный скепсис закрепился на лице вампира в виде неснимаемой маски. Глаза Эйвина скрывались под нахмуренными бровями. Однако выражение напряженного лица юноши менялось всякий раз, когда он и Метте соприкасались мимолетными взглядами.

Айна покопалась в своей сумке, извлекла бумажный пакетик и, открыв крышку курильницы, что-то еще насыпала туда и легонько раздула тлеющий огонек. Запах, пряный, резковатый и немного удушливый, усилился.

— Что это? — поморщился Лео.

— Травы — коротко ответила Айна.

— Просто травы? — скривился вампир. — Что-то сомневаюсь. У меня от этого запаха странные ощущения.

— Так и должно быть, — вскинула голову Айна. — Это действительно не просто травы, они особым образом… обработаны. А перед сушкой их вымочили в воде с содержанием серебра. И там еще кое-что…

— Серебра?! — вампир отпрянул от стола, хотя несколько запоздало — их «окуривали» этими травами уже добрых три часа.

Айна насмешливо вскинула брови.

— Не беспокойтесь, — сказал Матиас. — Это не причинит вам вреда, поверьте. Вы не дышите, а значит, в ваш организм дым не попадает. Во всяком случае, в том количестве, которое может причинить хоть какой-то вред. У этой травяной смеси другое назначение. Подожженная, она очищает ауру помещения, предотвращает проникновение враждебной энергетики, защищает и частично делает наши разговоры неслышными.

— Частично?

— Если бы было известно, где мы находимся, то тогда защиту можно нарушить и подслушать. Но дым также маскирует нас, скрывая наше месторасположение и делая почти неразличимыми.

— Почти. Частично. А есть что-то наверняка? — проворчал Леонар.

— Ничего не бывает наверняка, — пожал плечами Матиас. — Вам ли этого не знать, мистер Борегар.

Айна усадила Фреду перед собой, и, сохраняя на лице крайне недовольное выражение, стала задавать вопросы. Некоторые были настолько грубы и прямолинейны, что Фреда боролась с желанием послать сердитую норвежку куда подальше. Однако постепенно поняла, что та вовсе не пользуется возможностью сорвать на ней свое раздражение, как-то унизить или уязвить.

Айна что-то записывала в большом блокноте, разглядывала руки Фреды, поворачивая их так и эдак, прикладывала к ним теплые сухие ладони и при этом прикрывала глаза, словно прислушивалась к ощущениям. Пару раз женщина обращалась к мужу, неслышно шепча ему что-то, потом подозвала Гарда и отдала ему свой блокнот с записями.