Безупречный элемент (СИ) - Северная Ирина - Страница 139

Моя прабабка была такой ведуньей. С нашей волчьей кровью вообще шутки плохи, а со временем она стала очень нестабильна. У некоторых обращение больше не подчинялось контролю, превратившись в непроизвольную, стихийную метаморфозу. Были случаи, когда кто-то, обратившись в зверя, не мог уже вернуться в человеческий облик.

— Я слышала все это от Леонара, — сказал Фреда. — Но какое это имеет отношение к тому, что…

— Сейчас поймешь, — перебила ее Айна. — Так вот, моя прабабка при помощи магии и знахарства пыталась придумать способ, как вернуть человеческий облик тем, кто терял его навсегда. Она перепробовала кучу всего, пока не надумала соединить человеческую природу и волчью, найдя для этого добровольца, готового поделиться частицей своей человечности. Нужно было запустить механизм, столкнуть с застывшей точки процесс обратного превращения из зверя. Ничего не напоминает?

— Наверное, одни и те же идеи с начала времен витают в воздухе, только воплощаются по-разному и для разных целей, — отозвалась Фреда.

— Верно, — согласилась Айна. — Однако далеко не всегда такое действо заканчивалось возвращением человека из зверя. Бывало, что человек становился зверем. Либо их природы так причудливо соединялись и перемешивались, что получалось нечто невообразимое… Иногда абсолютно нежизнеспособное.

— О-оо… — ошеломленно протянула Фреда. — Хотите сказать…

— Будь готова ко всему, если решишься на что-то, — прервала ее Айна. — Ну, а теперь насчет того, как найти твоего вампира. Я на самом деле не знаю, как это сделать, но могу сделать для тебя то, что, возможно, поможет это осуществить — усилить «влияние» его крови на твой организм, что может помочь чувствовать его так, как он чувствует тебя. Когда установилась ваша связь?

— В Новогоднюю ночь.

— Почти полтора месяца прошло… И больше вы не обменивались кровью?

— Я давала ему свою.

— М-мм… — проговорила Уна. — И ты говоришь, что все случилось именно в этом доме?

Фреда кивнула, нервно покусывая губу.

— Это нам на руку. Ну, что ж пойдем, все подготовим, — и добавила. — Если ты готова пройти через это.

— Я готова, — спешно ответила Фреда.

— Ты даже не спрашиваешь, через что тебе предстоит пройти.

— Я готова ко всему.

Айна хмуро посмотрела на Фреду.

— Как высокопарно, девочка. Но, как принято говорить в таких случаях — надеюсь, он того стоит, — тяжко вздохнула норвежка.

У выхода она остановилась и сказала:

— И учти, я делаю это, будучи против всеми фибрами души.

— Я понимаю. И спасибо. Что бы ни вышло, я буду знать, что вы не отказали в помощи, когда я так в ней нуждалась.

— Надо же, как завернула, — качая головой, проговорила Айна. — Просто нечем крыть. — Гард, готовь все! — громко скомандовала она, входя в гостиную.

Фреда шагнула следом за женщиной и остановилась, словно мгновенное увязла в какой-то густой массе. Стало невыносимо душно, глаза заволокло мутной пеленой, и комната со всеми обитателями превратилась в размазанную картинку. Голоса слились в непрерывно звучащий тревожный звук, вызвавший одно единственное желание — бежать отсюда. Бежать без оглядки, как можно дальше.

Фреда стояла, хватая ртом воздух, которого вдруг стало очень мало, а вместо него, забивая горло, в легкие с трудом проникала плотная, застоявшаяся сырость.

Где-то на периферии свернувшего с рассудочной дороги сознания пронеслась мысль: «Прыгай. Ныряй. Падай на дно. Все ответы только там…»

Фреда качнулась, взмахнула руками, отгоняя шепчущий, бесплотный голос, и сама, едва шевеля губами, проговорила:

— Кем или чем я стану, если получу ответы?..

«Даже там, за пределами, ты останешься собой. Сильной и отважной. Если идешь наперекор привычному миру — иди до конца. Если даже понимаешь, что не можешь отыскать СВОЮ реальность, меняй ту, в которой ты уже существуешь под себя. Под тех, кто тебе дорог и необходим, как воздух. Как вода. Как земля. Как огонь. И помни — ты не одна…»

Комната вдруг утратила стены, растянулась в бесконечности и зависла в пространстве, как в черном беззвездном Космосе. В мельканье пятен перед глазами замер один фрагмент реальности — неясный светлый силуэт на фоне черной удаленной перспективы. Силуэт вспыхнул, как одиночный кадр, и пропал. Фреда успела различить лишь знакомые очертания, уже виданные ранее.

— Мама?.. — сорвалось с дрогнувших губ.

— Фреда! Да что с тобой?! — кто-то тряхнул ее за плечи.

Она моргнула, возвращаясь «на эту сторону» — перед ней нависло лицо Лео. Собственно, лица она почти не видела, только глаза, яркой и холодной небесной синевы, в которой отражалась она сама. Еще раз моргнула и посмотрела за спину Лео, туда, где еще мгновение назад мелькнул образ Мэдисон.

Вампир проследил за ее взглядом, нахмурился.

— Фреда? — тише проговорил он.

Она приподнялась на цыпочки, и прошептала ему на ухо:

— Я видела Мэдисон. Она сказала, что я все делаю правильно. Пусти, — и повела плечами, высвобождаясь. — И у меня не поехала крыша, как ты подумал, — добавила и пошла туда, где суетились Гард и Айна.

Похоже, никто, кроме Лео, ее временного «помешательства» даже не заметил.

Через пятнадцать минут Фреда лежала на кровати в маленькой спальне. Рядом установили таинственную и пугающую установку для манипуляций с кровью. На вид она была похожа на те, что можно увидеть в кино и в реальных в клиниках, но в этом маленьком домике она словно приобрела мрачный статус непредсказуемой и опасной адской машины. Металлическая стойка капельницы с закрепленными на ней емкостями из темного стекла довершали картину.

Айна измерила Фреде давление, поколдовала над венами, подсоединяя катетер. Гард возился с прибором, а Фреда лежала, устремив широко раскрытые глаза в стену перед кроватью. В желудке ее ворочался холодный камень страха и еще где-то внутри дребезжали осколки, оставшиеся от недавней уверенности.

У страха, несомненно, есть чувство юмора, он забавлялся, когда видел, как велика его власть. Особенно, если эта власть строилась на неизвестности и необходимости довериться случайному. Фреда судорожно сглотнула, косясь на свою руку с пластырем, торчащим из вены катетером и подсоединенной к нему капельницей. Прозрачной трубочке передавалась вибрация от дрожащей в сильном волнении руки.

— Несмотря на антураж, это, конечно, не совсем медицинская процедура, — сказала Айна, замечая взгляд Фреды. — Не пугайся, старайся расслабиться и не думай о том, что происходит.

— Будет больно?

— Наконец-то первый разумный вопрос! — всплеснула руками Айна. — До сих пор мне казалось, что тебе вообще все равно, что с тобой будут делать.

— Мне все равно, что со мной будут делать. Но мне не все равно, что из этого получится. А боли я не боюсь, просто не люблю. Хочу быть готова, — отозвалась Фреда ровным голосом.

— Не будет больно. Не должно быть. Если появятся какие-то болезненные ощущения, значит что-то идет не так. Поэтому сразу говори, поняла?

Фреда кивнула и посмотрела на заполнивших спаленку Эйвина, Метте и возвышавшегося за ними Лео. Встретившись взглядом с Фредой, вампир шагнул вперед, растолкав Метте и Эйвина. Те безропотно расступились, пропуская. Лео встал в ногах кровати и прислонился к стене.

— Мистер Борегар, комнатка маловата для такого количества присутствующих, — проворчала Айна. — Вам лучше подождать там, — она небрежно махнула рукой в сторону двери.

— Я буду здесь, — отрезал Лео, не глядя на нее.

Он и на Фреду не смотрел, Леонар словно был занят тем, что снова сканировал все вокруг.

Фреда не раз замечала за ним эту особенность, когда вампир словно не смотрел ни на что конкретное, но всем своим существом впитывал вибрации окружающего пространства.

Фреда пыталась сосредоточиться на чем-то вне всего этого. Ей почти удалось, но в следующий момент до слуха долетели некомфортные чужеродные звуки внезапно заработавшего механизма, и она вздрогнула всем телом. Прозрачная трубка, идущая от сгиба локтя, стала темной. Кровь девушки начала поступать в аппарат. Фреда отвернулась и прикрыла глаза…