Безупречный элемент (СИ) - Северная Ирина - Страница 154

— Конечно, нет, — в восторге воскликнула Фреда.

— Тогда можно подумать о том, чтобы остаться здесь, — отозвался Рейн. — Мне кажется, мы нашли то, что искали.

Он резко развернулся, навис над женой и впился в ее губы долгим поцелуем. Неохотно прервав его, проговорил:

— Как ты смотришь на то, чтобы немедленно предпринять попытку сотворить еще одного малыша?

— Сотворить? — воскликнула Фреда, дрожа от разливавшегося в теле возбуждения.

— Да, сотворить. Каждая жизнь — бесценное творение. Ты и я это знаем лучше многих.

— Я только за. Для меня бесценно все, что связано с тобой.

***

Не все, что существует в нашем мире соотнесено с ним настолько, что способно воплощаться в понятную и привычную физическую форму. Душа и разум, когда могут прислушиваться друг к другу, сообща распознают много больше, чем можно объяснить на понятном языке, увидеть глазами или почувствовать.

Иногда, в той области, где соприкасаются две из множества существующих реальностей, происходит словно бы остановка некоего движения. В этой точке можно затормозить на время, выйти, как на полустанке, и прогуляться по миру, к которому уже не принадлежишь.

Задержаться ненадолго, а потом снова отправиться туда, где отныне твое место.

— На твоем лице всегда эта дурацкая ухмылка, когда мы приходим сюда, — сказала юная женщина, ласково толкая в бок своего спутника — высокого блондина с голубыми глазами.

— Ну, уж прости, то сих пор не верю, что, пройдя через все, через что мне довелось пройти, в итоге я стал… кхм, дедом, — ответил Лео.

— Я вижу, как ты расплываешься в клоунской улыбке, когда видишь малышку и слышишь, как ее называют, — не удержалась Мэдди.

— Её же назвали в мою честь. Это, черт возьми, приятно.

— Фреду тоже при рождении назвали в твою честь. Что уж говорить, ты можешь произвести впечатление, — вздохнула она. — Не удивлюсь, если и Эйвин назовет своего сына Леонаром.

— Но они не видятся с Фредой и на сговор это не похоже, — заметил Лео. — Больше похоже, что у твоих детей просто отсутствует фантазия.

— А для этого им и не надо фантазировать и тем более договариваться, — уверенно заявила Мэдисон. — Они просто хотят помнить тебя.

— Нас. Помнить нас, — поправил он ее. — И Тайлера.

— Да, и Тайлера, — тихо согласилась Мэдди.

На миг их объединила тишина, наполненная общими воспоминаниями.

— Я — мать Фреды и Эйвина, и со мной они прожили в детстве почти пять лет, — снова заговорила Мэдисон. — Потом забыли. Прошло время, наступили эти странные события. Эйвин так ни разу и не увидел меня, а Фреда немного пообщалась только как с призрачным видением. Ты же нашел их и успел провести с ними какое-то время. Немного, но достаточно, чтобы они захотели назвать своих детей в твою честь.

— И что ты хочешь этим сказать? — вскинул бровь Лео.

— А то, что я в тебе не ошиблась, — она привстала на цыпочки и обняла его за шею.

— А я не ошибся в тебе, — ответил он, притягивая ее к себе и приподнимая. Их лица были сейчас на одном уровне, они смотрели глаза в глаза и словно не могли поверить в то, что видят друг друга.

— Как же все повернулось… — задумчиво проговорила Мэдди.

Она взглянула в лицо своего спутника, горя желанием постоянно прикасаться к нему, будто все еще не веря, что может это делать. После всего, после стольких лет пребывания НИГДЕ…

— Повернулось так, что сложно даже вообразить, — отозвался Лео, прижимая к себе миниатюрную Мэдисон. — Ты, Мэдди, настоящая стихия. Во что ты умудрилась превратить нашу вампирскую «присягу» — Клятву крови. Кто бы подумал, что из отчаянной блажи маленькой испуганной девчонки получится… такое.

Вечно юная женщина улыбнулась, проводя пальчиками по мягким губам любимого. Она наблюдала, как эти губы двигаются, когда он говорит с ней.

— Но ведь сработало… — прошептала она. — Я рискнула. И не зря.

— А я поддался. И тоже не зря, — ухмыльнулся Лео.

Мэдисон улыбнулась и еще крепче сцепила руки вокруг его шеи.

— Я вижу, как тебе хочется показаться, открыть наше присутствие, дать понять, что мы всегда рядом, — сказал Лео, рассматривая лицо любимой женщины. — Так в чем дело? Мы же можем это устроить в любой момент.

Мэдисон поцеловала его, теснее приникла к большому телу. Лео замер, чувствуя, как она чуть изогнулось в его руках, в волнующем гибком движении подалась вверх, стройные ноги приподнялись и обвили его талию, соединяя их тела плотнее и ближе.

— Можем, но этот момент еще не пришел. Ни Фреда, ни Эйвин не готовы. Пусть привыкнут к изменениям, которые с ними произошли, — вздохнула она. — Тем более, они не знают всего. А ведь их еще ждут немалые потрясения. Вот когда они будут нуждаться в том, чтобы мы были рядом, тогда и откроем наше присутствие.

— Ты стала такая правильная и сдержанная, — оскалился Лео, хитро прищуривая яркие глаза, отчего сразу стал похож на того самого неотразимо нахального пацана-вампира, которого Мэдди когда-то заманила в свою жизнь. — Слава Богу, твоя правильность и сдержанность проявляются не во всем. Даже со всеми теми заморочками, через которые нас протащило, как через угольное ушко, ты все та же Мэдди Саттон, ненормальная, чокнутая, чувственная, страстная. И ты реагируешь на мои прикосновения так, что я теряю разум и хочу утонуть в тебе.

Большие руки чуть сжали округлую попку женщины, прижимая податливое тело к себе теснее. Рты соприкоснулись, неспешно творя сплетение поцелуев. Они снова и снова пробовали друг друга, используя данный им второй шанс, наверстывая упущенное время, знакомясь и узнавая заново.

И убеждаясь, что все сделано правильно.

— Лео… — прошептала Мэдди, глядя на своего мужчину. — Ты хоть понимаешь, что вообще произошло?

— Ты о чем? — он приподнял золотистые брови.

— О том, что я поймала тебя. Мы поймали тебя.

— Кто это «мы»? — он нахмурился, но губы его улыбались.

— Мы — это женщины моей семьи. Глория. Потом я. Потом Фреда. И снова я. Тебе было просто не отвертеться, — она медленно и нежно провела губами по его приоткрытым, влажным от поцелуев губам, теплым и живым. Запустила руки в его длинные волосы, снова притянула к себе и поцеловала. Он держал ее хрупкое тело, словно боялся, что она опять исчезнет, разлетевшись в пространстве тем самым эфемерным прахом…

Но знал — ничего такого больше не произойдет. Никогда.

Лео чуть отстранился, посмотрел на Мэдисон, изнемогающую от желания в его объятиях.

— Тебя не пугает перспектива провести со мной Вечность? — прошептал он, глядя в сияющую синеву её глаз.

— Меня пугает, что и вечности рядом с тобой мне будет мало… даже если придется спать в огне…

Поэтому от тебя отойдет всякая тьма.

КОНЕЦ