Охотничий пес (СИ) - Попов Андрей Алексеевич - Страница 59

   - Вы врете. Вы не могли так думать, если каждый юноша и девушка из танатологов и эскулапов, которых вы отправляли отступникам, скоро оказывались в речных каналах, умершие от передозировки дурманом.

   - Мы отправляли им гораздо больше магов, чем находили мертвецов в речке. Почти половина из них возвращалась в ряды лицензированных магов, чтобы вести пропаганду ихнастроений. Мы полагали, они убивали тех, кто перетрусил и пытался бежать, а прежде их иссушали, чтобы питать какое-то оружие, которое помогло бы нам окончательно победить деспотию экзархасского режима.

   - Пожалуйста, тиа Кар. Ласло уходит, у нас мало времени.

   - Ласло? - удивленно уставилась она. - Он не знал о наших связях с революцией.

   Никакого проку от общения с призраком Гурдун не было. Иен знал, что Ласло был тут, тем не менее, она продолжала доказывать, что не видела его с начала месяца, когда он помогал чистке города от прокоптусов, и что он не имел отношения к их с отступниками замыслам. Однако Иен-то знал, что она либо врет, либо не знает чего-то сама: он чуял его индивидуальный запах в затхлом воздухе кабинета. Двоих других тетраконклавцев нашли мертвыми в их же апартаментах в общежитии для магов: Джонатан Ил был утоплен в собственной ванне, а Микаелян Бродвей вообще повесился, и, судя по запаху, уже неделю как назад. Возвращаться в город за Волчонком Иен решил после того, как кто-то из гардов сообщил Эрвику, что из черты Каннескара, который уже месяц находится под оцеплением флота, вылетел армированный цеппелин, и он не имел разрешения на вылет.

   Попытка связаться с дирижаблем вообще ничего не дала, и охотникам нужно было начать погоню за злостным отступником. Военные пытались сбить цеппелин, но риск, что он упадет на город и убьет кучу людей и Иных, был велик.

   С высоты птичьего полета, выглянув сквозь косое окно иллюминатора, Иен заметил, как все еще полыхает кострище на месте Каннескарской маговской школы, и рябящую от людских голов линию побережья у поднятых разводных мостов на остров "Адель-ленд", к которому доступ был закрыт еще больше полугода назад. Это были демонстранты, они не могли никак успокоиться, и каждый новый акт агрессии со стороны отступников только поддавал жару их недовольству полыхающему как пожар. Охотники оставили воздушное пространство Каннескара на легковесном дирижабле класса "Эфир", который был гораздо мельче и быстрее похищенного Ласло цеппелина.

   Нагой черно-коричневый лес лежал под ними, раскинувшийся на многие километры от мегаполиса.

   Они летели, выжимая из толстобрюхого светляка с гелием, весь потенциал скорости. Магической машиной управлялся экипаж из шестерых кудесников-инженеров и одного рулевого. Тем временем, охотники с детективом-инспектором, командиром Эрвиком, его цепными псами гардами, Волчонком и магом Ульрихом, который непонятно на кой черт увязался за Лоренсеном, сидели в салоне в напряжении. Хуже всех пришлось Марку, ему было тошно с того момента, как он ступил на борт, ну а сейчас его попросту лихорадило, и никакая концентрация алкоголя ему не помогала побороть стародавний страх полетов.

   За половину дня полета они преодолели несколько фермерских аграриев и городок с населением не более ста тысяч голов под названием Йель, известный вкуснейшим пивом из красной смородины. Когда они добрались до обширной оливковой рощи, находящейся во владении какого-то весьма зажиточного аристократического дома, впереди замаячила крохотная черная точка на лилово-алом хосте неба набрякшего овцами облаков.

   - Мы должны сбить его раньше, пока он сам не начнет нас обстреливать из орудий, - предложил командир гардов. - Корабль класса "Кашалот" хорошо вооружен, но чтобы он мог нас атаковать, ему потребуется развернуться боком, а мы имеем вихревой якорь, что дает нам преимущество во времени. Мы атакуем их в лоб.

   Они нагнали огромный черный дирижабль с торчащими дулами пушек из отверстий обоих бортов. За его хвостищем тянулся трен выхлопов от сожженной в печах магической пыли, отдающей запахом курева, лакричных конфет и пара воды. Иен почувствовал, как внизу его пищевода жалко поскребся желудок. Вблизи дирижабль напоминал огромного черно-зеленого жука с белоперым гербовым имперским грифоном на корпусе. Еще минут пятнадцать они приближались к вражескому кораблю, рассекая килем небеса и лоскутки блудных облаков с ревом и завыванием ветра, пока к ним на полном ходу разворачивалась черная неповоротливая громада.

   В этот момент "Эфир" встретил цеппелина залпом вихревого якоря.

   Из-под алюминиевого киля с оглушительным свистом вылетел ослепительный луч с шаром света. Луч троса описал в воздухе полукруг, и взятая в узду кроха-звезда понеслась к земной тверди, затем остановилась и стала возвращаться обратно как йо-йо.

   Вернув полыхающий белым якорь в лоно якорной пушки, маг, дал залп в массивную цель еще раз, но опять промахнулся, и, описав дугу, похожий на рыболовную снасть якорь понесся вниз к оливковой роще кометой. Сияние пунцового солнца стремительно сползло с неба и укрылось за облачной гардиной. Когда "Эфир" подошел к "Кашалоту" вплотную, Иен увидел чудовищного кита-воздухоплавателя в брызгающих зайчиками от последних солнечных лучей заклепках и железных ребрах его скелета. Он хлебал своим бушпритом клубящийся облаками воздух и накренился на правый борт, смотря на суденышко с левого дулами-колоколами пушек. Прогремел выстрел, и вихревой якорь вошел в корму.

   Последовала кратковременная вспышка и будто бы звуки сгинули на мгновение, а затем вихревое поле скомкало точно бумагу кусок обшивки в крохотную точку. Еще один удачный выстрел, и цеппелин лишился одного плавника-стабилизатора, а следом и всего остального хвостового оперения.

   В этот самый момент, кит решил ответить им.

   Из всех дул пушек-колоколов разом вылетели лучевые ножи, накрыв борт ядовито-розовой завесой магического пороха, и град световых лезвий продырявил баллон с газом "Эфира". Последовал взрыв, огонь разлетелся по воздуху щупальцами, маг же за якорной пушкой успел сделать последний выстрел и угодил прямо в баллон противника, а дальше нажал на язычок сброса, и луч троса оторвался и расплескался шустрыми искорками.

   Высвободилось вихревое поле, хватив половину вражеского корабля.

* * *

   Иен очнулся на влажной почве уже, когда напустились поздние сумерки.

   Он поднялся на локте и попытался сфокусировать свой взгляд хоть на чем-нибудь, в ушах стоял бестолковый галдеж. Долбящую уши звенящую тишину в одночасье разорвала каша шумов и криков. В лилово-фиолетовое небо языки догорающих баллона и парашюта дирижабля, пузырящегося наружу из-за хлестких потоков жаркого дыхания пожарища, и сваленных олив выстреливали мошкару желтых искр. Ульрих, бегал от одного раненого к другому, стараясь остановить кровотечение или попросту облегчить навалившуюся на их черепные коробки оглушительную боль. Двое магов, четверо цепных псов гардианы и еще рулевой были мертвы, их расквашенные тела лежали неподалеку бесформенной горой, как небрежно сваленные окровавленные тюки.

   Ульрих действовал умело и не волновался, он вынул из-за пазухи кожаный кошель с ампулами белково-глюкозного состава и вкалывал его раненым одноразовыми шприцами. Обтягивая подневольных пациентов ментальной плеврой, он впадал в кратковременный транс, угрожающе нашептывая заклинания, словом ускорял их, "пациентов", метаболизм, перемещая по сосудам питательную субстанцию в ткани, создавая им запас строительного материала для ремонта поврежденных мест. Он быстро-быстро жестикулировал пальцами, спаивал разорванные мышцы, раздробленные кости и раздавленные внутренности, и шил невидимыми ниточками клетку за клеткой. Опаловый амулет на его вздымающейся груди сиял, сосредоточивая вокруг ауру магических кварков, коих он касался энергетическими щупами своего мутировавшего мозга и направлял туда, куда ему хотелось, окрашивая их знакомым только Иену лакричным следом.