Охотничий пес (СИ) - Попов Андрей Алексеевич - Страница 61

   - Уж не в Орлике ты их всех насобирал? Тобсен Хенсен и Элиаш Мессарош.

   - Так и есть. После того скандального инцидента в шахтах, когда местные власти не пожелали разгрести завалы, в шахтерском городке осталось много недовольных магов. И им не важно, что власти оставили умирать не только магов, но и шахтеров, у которых, к слову, были семьи. Но для них это стало личным оскорблением. Видишь ли, из-за законов, запрещающих магам быть нормальными людьми - создавать семьи и иметь иную судьбу, а не заниматься старящей магией для блага ими ненавистного государства, многие из них начинают считать всех немагов своими врагами, а весь свой магический род единственной семьей, которая у них есть.

   - Они должны понимать, что не являются простыми людьми. Для непростых людей - непростая судьба. Все просто.

   - Не думаю, что многие из них это понимают так же, как и ты. Ты же знаешь, маги психически неустойчивый народ из-за всех тех несчастий и бед, что пробуждают в них магическую силу. Они слабы, а я бил по самым слабым из них, чтобы переманить на свою сторону. Моя природа Исхода помогла добиться их расположения с меньшими усилиями с моей стороны. Они сами пошли за мной, блудные овцы, и я стал их пастором. Но знали бы они, в чем заключался мой план. Если бы они знали, то не пошли бы за мной, будь я, хоть дважды и трижды Исходом.

   - И в чем же он заключался? - спросил Иен нетерпеливым тоном.

   - Уничтожить магию на корню.

   Иен так и встал, открывая рот, как рыба, вытащенная из воды на жгучий песок.

   - Это началось еще давным-давно. Я разрабатывал и корректировал план годами, а сама эта идея воткнулась мне в мозг еще задолго до этого дня в возрасте шестнадцати лет. Однако если тебе интересна вся история от начала и до конца...

   Иену вовсе не была интересна истории его жизни, но, похоже, что он жаждал кому-то ее рассказать, так сказать, исповедоваться перед смертью.

   - Я родился в семье знаменитого стеклодува восьмым ребенком, и с самого начала, как это происходит со всеми, кому предначертано стать Исходом, меня преследовали они, несчастья, болезни и смерти родных. Это... проклятье, это не дар. Ты рождаешься ни в чем еще не виноватый, но судьба пытается поломать тебя с младенчества, чтобы когда-то в будущем ты окончательно сдался всей боли и дал дорогу губительной силе магии. Это несправедливо. Во время родов умерла моя мать, затем мои братья и сестры, все один за другим умерли в корчах от чумы, холеры, лихорадки, оспы, полиомиелита, лейкемии и простой простуды. Какое немыслимое совпадение, верно? Они умирали каждый год, и к восьми годам я остался единственным ребенком в семье. На следующий год, - продолжил он. - Когда должен был умереть и я, я так не умер, и отец решил, что это настоящее чудо. Моя мать была религиозна, и она вынудила отца принять марианскую веру, но до моего восьмого дня рождения он в Бога не верил, хотя все также учил всех своих детей догматам церкви, как завещала его почившая подруга сердца. Я всегда задавался одним вопросом - почему я? Все мои братья и сестры, их было семеро, и они не могли вырасти в великих людей? Почему мое превращение стоило всех этих оборванных судеб? К моему девятому дню рождения отец повесился, не выдержав груза горя, и я остался сиротой. Так я попал в детский дом и пробыл там около семи лет, до того судьбоносного пожара. В приюте, что носил громкое название "Орфанаж" в честь домарианской богини-матери я выдерживал издевки от ребят постарше. Дети, они и так одни из самых свирепых и жестоких существ в мире, а сироты и тем паче. Тот пожар охватил детский дом, и все, кто там находился в тот момент и сладостно спали в своих кроватях, умерли, захлебнувшись дымом, кроме одного шестнадцатилетнего подростка.

   - Тебя.

   - Во мне пробудилась чудовищная сила, но мне удалось ее взять под свой контроль самостоятельно. Местный ауто-да-фер, я не помню его имени, взял меня с собой и отвел в маговскую школу, и скоро я начал свое обучение длинною всего в четыре года, за которые я с легкостью освоил все четыре тетракласса. Все дело в том, Иен, что выучить теорию, комплекс магических формул и литаний не так сложно. Скажем так, после табуирования всех запрещенных практик, лицензированным магам остались жалкие огрызки магических знаний. Большая часть обычных магов не в состоянии освоить практическое применение всех тетраклассов, лишь потому, что у них не хватает внутренних сил. Я получил мантию и лицензирование и для начала выбрал стезю армейского мага. Я надеялся, что смогу так помочь человечеству, сражаясь с врагами империи и обеспечивая безопасность ее народа. Так я хотел расплатиться за свой проклятый дар, сделать хоть что-то полезное.

   - И что же пошло не так?

   - Участия в боях, в которых я мог убивать неугодных государству, приносили мне истинное удовлетворение и удовольствие. Разлитая кровь ударяла по моему мозгу какой-то жуткой эйфорией, моя магия от этого только росла, и когда я понял, что причина моего неземного наслаждения лишь в этом, меня пробрало до костей отвращение к самому себе. Я ушел с флота, чтобы начать другую войну, войну против истинного врага человечества - магов и присоединился к Цельнометаллической стерве. Отвращение к моим собратьям у меня от тех событий в Наристске лишь умножилось. Я окончательно осознал, что должен покончить с этим уродством, и проклинал себя за то, что сам являлся магом.

   - Ты шутишь? - не выдержал Иен. - Магия - это то, что подарило нашему обществу небывалое развитие и магическую медицину. Магия вырвала дегенеративное общество из узилища средневековых варварских устоев...

   - Магия - опасная субстанция, пронизывающая наш мир со дня его сотворения из ничего, будь то Первоотцом милосердным, по обыкновенной случайности или непонятной нам космологической закономерности, плевать. Магия - зло, она вредна для всего живого. Там, где есть магические аномалии, не растет трава, и не виден свет солнца, только хаос и немыслимые чудовища из ночных кошмаров... Я видел это в Обледенелых землях... Я не стану тебе рассказывать, как изучал годами этот вопрос, пытаясь отыскать маговский ген, дающий мутационные превращения нервной системы, позволяющие нам, магам, слышать песнь магических кварков и направлять их, и как потерпел неудачу, так и не поняв причин возникновения магов в одном случае и не возникновении их в другом случае. Это было бессмысленной тратой драгоценного времени, которого у меня, увы, было слишком мало. Я твой ровесник, а уже девяностолетний старик! И вместо того чтобы пытаться бороться с магией как с богопротивным проявлением зла, искажающим всю суть божьего замысла, я решил бороться с магами, с этими извращенными пагубным влиянием магии мутантами, генетическими выродками, обладающими силой разрушать все, что любимо другими...

   Ласло содрогнулся и будто бы проглотил язык.

   - Чтобы справится с отвращением к самому себе, я тешился одной лишь надеждой, что маги исчезнут с лица земли. Неутихающая детская боль и несчастья, сопровождавшие всю их жизнь, терзали их души, поэтому, наверное, стоило бы их и пожалеть, и все-таки я не стану их жалеть. Они все поголовно одержимы злом.

   - Как и ты, - вставил Иен, но он будто не слушал.

   - Долгие годы я таил в себе всю эту копящуюся злость, пока она не начала выжигать из меня всю человечность. И снова я чувствовал себя тем мерзким калекой, обладающим дьявольской способность делать то, что дозволено только богу, каким был, - Иен увидел, как маг сжимает в руке окрыленный ключ, а ладонь его покрыта жуткими пузырящимися ожогами. - Я планировал это очень долго, для осуществления плана стал путешествовать по аномальным зонам по всему Арху и даже забирался вглубь лесов-джунглей Восточного материка, чуть не погибнув от магической болезни. Изучая множественные документы и записи тайной полиции, я обнаружил то, что должно было мне помочь в осуществлении моих планов...

   - Квантовый реконструктор Олдеринга, - констатировал Иен.