Латинские королевства. Трилогия (СИ) - Рюриков Алексей Юрьевич - Страница 161

Кадан осадил Рагузу, но взять до подхода василевса с основными силами не успел. После встречного боя передовых сил, Кадан отошел к Сплиту, который безуспешно попытался взять с налета, а затем в горы.

Здесь Иоанн III Комнин догнал противника и навязал бой в непригодных для кавалерии условиях, рассчитывая, что это даст преимущество грекам, предыдущие годы воевавшим именно в таких условиях с местными повстанцами. Преимущество оказалось не то чтобы решающим, поскольку кочевники, как выяснилось, умели сражаться не только в конном строю. Лучники Кадана выкосили первые ряды наступающих, затем монголы контратаковали пешком. Сражение длилось двое суток, обе стороны понесли большие потери, но поскольку Кадан отступил и ушел в Венгрию, победа осталась за василевсом.

На этой оптимистичной ноте, нашествие внезапно кончилось. Бату дал приказ отходить. Причинами называют известия о смерти Угэдея и желании поучаствовать в выборах нового хана, усталость войск и невозможность удерживать венгерские земли, мятежи половцев и булгар в тылу… в любом случае монголы ушли. Один из их отрядов, отходивший через Болгарию, успел потрепать тамошний ромейский наместник Алексий Слав, так что Византия получила репутацию победителей азиатских орд.

В самой Азии, правда, дела у греков обстояли хуже. Здесь в 1242 году, сменивший Чормагана в бывшем Хорезме Байджу-нойон, начал наступление. Он нанес удар южнее Валашкерта, со стороны бывшей хорезмийской границы, отрезал и после недолгой осады взял Манцикерт, а затем вышел к Эрзруму. Город, в который Андроник Палеолог успел перебросить подкрепления, оборонялся два месяца, затем пал, был разграблен и разрушен, а население вырезано. Греки за это время стянули войска в этот район и перешли в контрнаступление. Байджу отошел к приграничным крепостям.

В следующем году, когда угроза на западе уменьшилась, армию Палеолога пополнили, а Байджу вновь перешел в наступление. Под Эрзрумом состоялось сражение, начисто проигранное византийцами. Остатки ромейских войск отошли севернее, к Трапезунду, а монголы прошли Эрзрум и взяли приступом Эрзинджан. Отдохнув, Байджу совершил рейды на Сивас и Милитену, но после небольших стычек отвел войска, сосредоточившись на подавлении сопротивления в уже захваченных землях.

Глава XXI. Отзвуки бури

В начале монголо-византийской войны, василевс Иоанн III обратился за поддержкой к соседям. Король Хетум I Киликийский отговорился внутренними междоусобицами. Король Сирии Боэмунд V в 1243 году сформировал мощный экспедиционный отряд под командованием младшего брата Генриха, графа Эдесского, как оказалось вовремя — но не для Византии.

В Багдаде после Ан-Насира Лидиниллаха сменилось несколько халифов (в 1242 году умер очередной) и власть ослабла. После падения хорезмшахов, часть союзных им туркменских племен, отрезанных от родных земель, в немалом количестве (хронисты называют несколько десятков тысяч), откочевали на север Халифата. Обосновались севернее Мосула, разгромили отряды местной администрации, пограбили население и не спеша обдумывали, что делать дальше. Получивший трон Абу Ахмад Абдуллах Аль-Мустасим Биллах, правителем оказался слабым. Ему досталась неплохая армия, но и усилившиеся наместники, слабо контролируемые центром. С туркменами новый халиф вел переговоры, а атаковать их не решался, опасаясь даже в случае выигрыша понести слишком заметные потери. Зато к вождю туркменов по имени Берке (тезке брата Бату) обратился василевс, предложив наемную службу против монголов и расселение в пограничье со статусом федератов. Предложение смотрелось привлекательно, кроме Византии беглецов нигде не ждали. Монголы в лояльность бывших врагов не верили и в переговоры не вступали, да и рассчитывать на сохранение автономии собственной орды там не приходилось. Халиф, несмотря на переговоры, легализовать туркмен не соглашался, а во франкских королевствах места им вовсе не проглядывало. Монгольского наместника это незаконное формирование явно беспокоило, а слух о переговорах с греками подтолкнул к действиям. В 1243 году он отправил в тот район сильный отряд под командованием Ясавура.

При приближении монголов, желание участвовать в греческом проекте у туркмен немедленно пропало, и они ушли на юг. Ясавура это удовлетворило, и он переключился на другие цели. Для начала его отряд взял и разграбил Мардин, формально принадлежащий халифу, а реально неизвестно кому. Затем пересек границу Сирии, предложив королю Боэмунду V покориться Великому хану (не уточняя которому, поскольку место на тот момент оставалось вакантным) и уплатить дань.

Боэмунд V, правитель толковый и уравновешенный, отреагировал спокойно. От предложения вежливо отказался, удачно собранные войска вместо Византии отправил к границе, а в приграничных крепостях ввел повышенную боеготовность.

Ясавур атаковал Эдессу, но с налета крепость взять не удалось. Разграбив окрестности, монголы выдвинулись к Харрану, где история повторилась. Вероятно, полоса неудач не позволила монголам отступить достойно, отчего они продолжили рейд вглубь страны, в направлении Алеппо. На полдороге, под городом Манбидж, произошло первое сражение франков Леванта с монголами, продемонстрировавшее навыки обеих сторон. В начале битвы, монголы подставились под прямую атаку рыцарской конницы, понесли потери и отступили. Затем Ясавур, грамотно маневрируя, вывел противника под обстрел лучников, смешал ряды франков и контратаковал, вынудив рассеяться. В бою погиб кузен Генриха Эдесского (и короля) Жан и «с ним многие из лучших сеньоров», как отмечал хронист. Вечером граф Эдесский смог собрать уцелевших и привести армию в порядок, а затем подошел сам король с отмобилизованными подкреплениями. После нескольких стычек Ясавур отошел, вернувшись к Байджу. На том первый латино-монгольский конфликт закончился, но в Византию сирийцы уже не попали. Пока они отходили от боев, пришли вести из Иерусалима.

Ушедшие от монголов и разорившие ряд городов туркмены, вынудили халифа к действиям. Терпеть разгуливающую по стране орду становилось совсем рискованно, к тому же претензии в укрывательстве врага могли предъявить монголы, за ними такое водилось. Аль-Мустасим начал собирать войска, а параллельно активизировал переговоры. Лидеры туркменов и сами прекрасно понимали шаткость положения, отчего в этот раз дипломатия увенчалась успехом. Орда, усиленная добровольцами халифата и некоторыми племенами бедуинов, с земель Аль-Мустасима ушла, двинувшись в набег на франкский Дамаск, по торговому пути через Пальмиру. Латинские хронисты прямо называли виновником такого поворота халифа, натравившего орду на соседей. Арабские выдвигали версию о самостоятельной идее Берке отвоевать себе эмират на базе мусульманского анклава франков, истину установить сложно. Аль-Мустасиму проект был выгоден в любом случае. Если туркмен уничтожат — у Багдада станет проблемой меньше. Получится затея Берке — новый эмират очевидно станет сателлитом халифа. При этом все окружающие прекрасно знали о самостоятельности орды, несмотря на любые подозрения.

В начале 1244 года туркмены атаковали Пальмиру. Город защищали тамплиеры, но гарнизон оказался слабым. После окончания реконкисты в Испании, орден Храма искал себе новое применение. Филиал в византийской Амиде традиционно был небольшим и популярностью у европейцев не пользовался, перспективными направлениями считались египетский Тобрук и Восточная Европа, о которой мы поговорим в своем месте. База в Пальмире оставалась главной, но ориентировалась на охрану границы и караванного пути от мелких банд, поскольку с халифатом мир длился уже много лет. Лучшие рыцари ордена действовали в более интересных местах, численность гарнизона постоянно снижалась, хотя укрепления поддерживались в порядке. Подойдя к городу, туркмены после недолгого приступа прорвались внутрь. Защитники планово отошли в цитадель, штурмовать которую бывшие хорезмийцы не стали, разграбили жилые кварталы, подожгли захваченное и направились к Дамаску. Небольшой гарнизон в тылу их не смущал.