Как очаровать очаровательную - Хокинс Карен - Страница 45

– Все они на один манер действуют, – махнул рукой Кирк.

– Я вот что скажу: раз уж мисс Балфур от вас бегает, тем более вам надо пойти на обед и прочесть стихотворение. Ну, как герцогине обещали. Будьте на виду, лучше уж на людях быть, чем сложа руки сидеть взаперти.

– Не собираюсь я сидеть сложа руки. Просто взвешиваю, как умнее действовать. – Кирк допил виски. Едва стакан опустел, слуга буквально выхватил его у лорда и поспешил вновь наполнить. – Добрый ты человек, Маккриди.

Довольно улыбнувшись, слуга подал ему стакан.

– Я кое-что смыслю в виски, милорд. – Дойдя до гардероба, он извлек пару тщательно отглаженных панталон и выложил их на кровати рядом с сюртуком. – Вот придете к обеду, прочтете свое стихотворение и докажете мисс Балфур, что вы не из тех, кто просто так опускает руки и подается в отшельники лишь потому, что кое-что разладилось.

– Она и так считает меня отшельником.

– Она может считать вас кем хочет, но если вы не выйдете к обеду и не прочтете стихотворение, она точно в этом убедится, милорд.

Лорд Кирк вздохнул.

– Или, – пожав плечами, добавил слуга, – можете просто поставить на всем крест и убраться подобру-поздорову.

– Я – Кирк. А Кирки никогда ни от чего не отказываются просто так. Я собирался пойти уже после обеда, к началу декламации.

– А откуда вы тогда будете знать, придет она или нет?

– Верно, – помолчав, ответил Кирк.

– Вы, милорд, человек смелый, преданный и надежный. Я в этом убедился. Но вы просто сами не понимаете, как важно вам сегодня вечером выгодно себя подать. Вам позарез нужно добиться ее благосклонности, только это вас и выручит.

– Прочитав вслух какой-то стишок? Вздор!

Однако на устах у него до сих пор было ощущение поцелуя Далии. Как же страстно он желал повторения!

– Мисс Балфур была очень тронута, когда я тогда в библиотеке прочел вслух несколько строк Байрона…

– Может, вам прочесть что-то из той самой книжки, которую вы ей купили? Это ведь Байрон, да?

– Байрон.

– Ну, так возьмите да прочтите что-нибудь из нее, а потом преподнесите книжку ей в подарок. Вот это будет жест с вашей стороны – уж эта книжка ей запомнится.

Кирк подумал: а почему бы и нет, попытка – не пытка. Уж куда лучше, чем эти бесконечные раздумья да надежды, – как они ему опостылели за эти дни! Отхлебнув еще виски, он почувствовал, как боль в ноге уходит.

«Возможно, я во всем ошибаюсь. Возможно, мне стоило бы доказать ей, убедить ее в том, что я на самом деле хочу ее видеть».

Он скользнул взглядом по упакованным книгам, которые велел слуге положить в его багаж, вспомнил улыбку на лице Далии, когда он цитировал Байрона в библиотеке.

«А что? Может, как раз это и нужно?!»

Со стороны двери послышалось тихое царапанье.

Кирк недовольно прищурился.

– Все же выследил меня! Этот песик, игрушка герцогини!

– Не любите животных, милорд?

– Отчего же. Просто терпеть не могу их в доме. Пусть себе на улице бегают сколько хотят, а то…

Из-за дверей донеслось жалобное повизгивание.

Кирк взглянул на запертую дверь.

– Как ему хочется с вами встретиться! – Маккриди не сумел удержаться от улыбки.

– Ему все равно, с кем встречаться, лишь бы пожрать дали.

Повизгивание стало громче.

– Может, впустить его сюда? Поймет, что едой не разживешься, да и уберется восвояси? – осторожно осведомился Маккриди.

Кирк, чертыхнувшись, поднялся с кресла, взял трость и, ткнув ею в дверь, распахнул створку. Едва увидев Кирка, собака приветливо завиляла хвостиком.

– Какого черта заявился? Визжать под дверьми? – строго вопросил Кирк.

Песик всем своим видом демонстрировал довольство.

– Меня не проймешь, – отмахнулся лорд Кирк.

– Да это Рэндольф, самый старый мопс. Макдугал еще про него сказал, что, мол, он даже по лестнице взбираться не может – сил уже нет, одряхлел совсем.

– Или обленился, – предположил Кирк.

– Ага, и Макдугал иногда то же самое говорит. Ну что? Надо позвонить, чтобы прислали кого-нибудь его отсюда забрать?

– Не утруждай себя, не стоит ради этого пса. Я отведу его, когда буду спускаться. – Кирк разглядывал собаку. – Только ничего себе не воображай. Один раз я тебя сюда пустил, другого не будет.

Собака, завиляв хвостом, поглядела на Кирка такими глазами, что Маккриди невольно рассмеялся.

Кирк щелкнул пальцами.

– Ну-ка, за мной, Рэндольф!

И снова направился к креслу и недопитому стакану виски. Постукивая когтями по паркету, пес послушно устремился за ним. Маккриди, все еще улыбаясь, прикрыл дверь.

Пока Кирк допивал виски, собака изучала помещение, принюхивалась к ковру, сунула нос и в гардероб, после чего ее внимание привлекли разложенные сбоку на постели панталоны.

– Эй, смотри-ка, не помни панталоны милорда!

Слуга, ловко выхватив одежду из-под носа Рэндольфа, положил панталоны повыше на постель.

Обнюхав место, где они только что лежали, Рэндольф чихнул.

– Ну и проныра ты, – заключил Маккриди.

Рэндольф завилял хвостом, будто соглашаясь со слугой. Даже Кирк сподобился на улыбку, хотя виной тому была скорее не любовь к четвероногим, а второй по счету стаканчик доброго виски.

– Его хоть и раскормили, да все-таки не избаловали. Вот только скулить ни к чему, запомни.

– Не пора ли переодеваться? – ни к кому не обращаясь, спросил Кирк, кивком указав на дожидавшуюся его одежду.

– Значит, все-таки решили пойти и на обед, и на концерт? – заметно оживился Маккриди.

– Думаю, да. А ты мастер уговаривать, Маккриди.

– Герцог Веллингтон мне тоже не раз это говорил. Вы уже выбрали стихотворение, милорд?

– Бог ты мой, да откуда? Нет еще. – Поднявшись, лорд Кирк принялся переодеваться.

– Эта поэзия – пустяки, но коль скоро заставит Далию мне улыбнуться, так уж и быть – прочту.

– И улыбайтесь почаще, пока читать будете, милорд.

– Не требуй от меня слишком многого, любезный Маккриди. Хватит того, что я вообще решился туда пойти.

Рэндольф тем временем отыскал на ковре место, к которому проникся особой любовью. С преувеличенной тщательностью обнюхав его, он принялся когтями скрести ковер.

– Рэндольф, ну-ка прекрати! – раздался требовательный окрик лорда Кирка.

Пес явно сконфузился, раза три обошел так прельстивший его кусок ковра, но после этого, испустив тяжкий вздох, отрешенно прилег рядом с ним.

– Правильно! Умница!

Рэндольф в ответ на это лишь высунул язык.

– Хоть ты поступаешь так, как я велю, – задумчиво произнес лорд Кирк.

– И хочу в благодарность за это всего-то хорошую косточку, – ответил за Рэндольфа Маккриди.

Лорд Кирк мельком взглянул на лежавший неподалеку томик стихов, и тут его осенило. Помолчав секунду-другую, он обратился к слуге:

– Маккриди, помоги мне надеть сюртук и подай мне вон ту чертову книгу. Если уж делать что-то, то делать наверняка. Выберу самое короткое стихотворение и выучу. Это уж точно не оставит мисс Балфур равнодушной.

– Отлично, милорд!

Час спустя, когда строки стихотворения намертво отпечатались в памяти Кирка, он, сунув небольшой томик во внутренний карман сюртука, направился к обеду.

Глава 14

Из дневника герцогини Роксборо

«Роксборо обожает повторять: «Никогда не пророчь ближнему своему, непременно попадешь впросак». И до сегодняшнего выступления лорда Кирка я не понимала истинного смысла этих слов. Но сегодня… О боже…»

Войдя в голубую гостиную, Далия увидела сидящих за фортепиано, которое выдвинули на видное место перед камином, мисс Маклауд и Далхаузи. Перед фортепиано были установлены ряды стульев. После ужина гости потянулись в гостиную, где уже суетилась леди Шарлотта, раздавая написанные каллиграфическим почерком программки и стараясь всех рассадить.

Когда Далия подошла, Энн указала на программку, лежавшую на рояле.