Живая память. Великая Отечественная: правда о войне. В 3-х томах. Том 3. - Каменецкий Евгений - Страница 139

Спустя много лет Екатерина Алексеевна Петлюк посетила места сражений на Курской дуге. Встретилась с семьей Пети Федоренко — он уроженец здешних мест, воевал за родную землю. Собрались почти все жители Ольховатки, простые труженики, поговорить с нею. Отец Пети пропал без вести. Состарившаяся жена со слезами на глазах вопрошала: «Как так — пропал без вести? Разве он воевал один, где же его боевые товарищи, неужто погибли все? Не может быть того, чтобы никто не знал о судьбе моего мужа…»

Война унесла многих односельчан. Показали Екатерине Алексеевне осиротевшие хаты.

— Вот здесь жил Ваня Сычев…

— Сычев? Знала одного, форсировали вместе Днепр…

А вечером двое парней — один совершеннолетний, другой школьник — принесли большой портрет. Глянула — он, Ваня Сычев! Погиб?!

— Наш дядя…

— Как ты похож на него, — сказала младшему.

— Посмотрите на меня… У меня больше сходства, — отозвался старший.

— Оба, оба похожи, возьмите в наследство и нашу солдатскую верность Родине…

«Возьмите в наследство нашу солдатскую верность Родине» — своего рода наказ Екатерины Алексеевны Петлюк, с которым она обращается к детям на уроках мужества, к молодежи в студенческих аудиториях, в пунктах допризывников, на встречах ветеранов с жителями родной Одессы и других городов и сел бывших советских республик. «Надо, — говорит она, — чтобы новые поколения знали правду о войне, о победе нашего мужественного народа».

Нежданно-негаданно получила телеграмму из далекого Омска, подивилась: приглашали на праздник города, но она же там никогда не была, ни с кем не знакома… И все же собралась, отправилась самолетом. Ее встретили молодые ребята, повезли во Дворец спорта, где состоялось театрализованное представление — страницы истории омичей, одна из них — военной поры. На экране появилось увеличенное письмо, написанное детской рукой, в «Омскую правду». Диктор прочитал его сидящим в зале: «Я Ада Занегина. Мне 6 лет. Гитлер выгнал меня из дома, города Сычевки Смоленской области. Маленькая я, пишу по-печатному, по-другому не умею. Хочу домой. Но раньше надо разбить Гитлера. Мама внесла деньги на танк. Дядя редактор, у меня тоже есть 122 рубля 25 копеек. С папой до войны на куклу собирала. Я их хочу отдать на танк. Но их мало. Напишите в своей газете, пусть и другие дети внесут свои деньги и на них построят танк и назовут его „Малютка“. Пусть „Малютка“ поможет разбить фашистов, чтобы мы быстрее вернулись домой. Моя мама — врач, отец — танкист».

Диктор далее сообщил, что был открыт счет 350035. Поступило 179 тысяч рублей на танк «Малютка».

Прожектор осветил входную дверь на сцену. Вышла красивая женщина. Диктор представил ее — Ада Занегина, точнее — Адель Александровна Занегина (Воронец), врач из подмосковного города Электросталь.

— Танк «Малютка» был вручен комсомолке с Украины Кате, точнее Екатерине Алексеевне Петлюк… Просим ее на сцену, — продолжал диктор, — запомните этих двух женщин. Много лет мы их разыскивали. Не зная того сами, они вместе проходят в омской истории волнующей страницей…

Обе женщины обнялись на виду у всех, под гром аплодисментов омичей. С тех пор продолжается их дружба. Екатерина Алексеевна запомнила наизусть письмо маленькой девочки, бережно хранит врученный ей омской молодежью подарок — макет танка «Малютка». Ада Занегина увезла на память большую красивую куклу, о которой мечтала в детстве.

Однако история «Малютки» на этом не закончилась. Ее пересказала молодежная газета Смоленщины. На публикацию первыми откликнулись школьники. Они обратились через газету к ребятам всей области — давайте собирать металлолом, лекарственные травы, а вырученные деньги сдадим на трактор, назовем его, как наша землячка Ада танк, — «Малюткой», пусть работает на мирной земле, пашет хлебные нивы…

Вся смоленская детвора через год собрала столько денег, что на них Минский тракторный завод смог выпустить 15 тракторов «МТЗ-80», из них первый и последний были вручены девушкам-трактористкам. Торжественная церемония вручения состоялась на Кургане бессмертия в присутствии большой массы людей. На следующий год сделали еще 14, потом 21, а всего 100 тракторов «Малютка». Вот так!

Война убивала людей, выжигала землю, рушила города и села, а душу — ни детскую, ни взрослую, ни народную — погубить не смогла. Душа воистину бессмертна — в красоте деяний наших.

В дни 50-летия битвы на Курской дуге в Москву приехали представители зарубежной телекомпании с… Екатериной Алексеевной Петлюк. Забежала она в Московский городской Совет ветеранов. Кинулись мы к ней с объятиями:

— Катюша, ты не меняешься! Молодец, что приехала, теперь ведь из «ближнего зарубежья» добираться трудно и дорого…

— Не беспокойтесь, все расходы взяли на себя иноземцы. Как узнали мой одесский адрес — не ведаю. Поедем к памятным местам боев, на Курскую дугу, снимут фильм…

Я подумала: еще раз вернется к ней то знойное лето 1943 года, когда танковая колонна ждала сигнала к бою…

И будто вновь слышала рассказ Екатерины Алексеевны:

— Командир роты оставил свою машину, бежит к моей… Он быстро поменялся местами с моим командиром танка, на ходу объяснив: «Вместе с тобой поведем колонну…» Я поднялась из люка во весь рост, чтобы меня увидели все товарищи. Вскинула руку, как Долорес Ибаррури. Слышу команду: «Вперед!» Тронула машину, следом двинулась вся колонна…

— Ты у нас и свой парень, и своя девушка, тянутся к тебе с личными тайнами и заботами, читают письма из дому, советуются… Одно твое присутствие облагораживает нас, мужчин, помогает верить в нравственную чистоту жен, невест, сестер… А в боевых качествах убедились — на равных.

Согласитесь, такое доверие сравнимо с высокой наградой.

«Я встретил вас…»

Теплоход плыл по матушке-реке Волге. Пассажиры любовались русской природой, радовались хорошей погоде, тому, что вырвались из городской духоты, сбросили груз нелегких повседневных забот. Люди знакомились, шутили, смеялись. «Слава Богу, не разучились», — подумала Галина Васильевна. Она старалась отвлечься от внезапного беспокойства: на палубе прозвучала знакомая фамилия. Она не успела заметить, кого окликали. Может, того моложавого, с военной выправкой мужчину?.. Поймала на себе его пристальный взгляд…

А теплоход плыл и плыл по спокойной, величавой реке. Пассажиры готовились к вечеру отдыха. В салоне репетировала оказавшаяся среди туристов небольшая группа из Московского хора ветеранов Великой Отечественной войны. Слушателей набралось с избытком, импровизированный концерт начался. И вдруг солист — тот самый, с военной выправкой, объявил, что исполнит романс для присутствующей в зале женщины. Первые же слова: «Я встретил вас…» — трепетно отозвались в сердце Галины Васильевны. Обладатель бархатного баритона протянул руки… к ней. На миг песня задрожала, притихла, затем снова зазвенела, расцвела… По лицу Галины Васильевны потекли слезы… Он подошел к ней.

— Я не ошибся! Это вы… Галина Васильевна Мельникова…

— А вы, вы — мой раненый?

— Нет… Я — вами спасенный… Христофоров Алексей…

— Как же, в ту пору такой высокий худенький офицер, балагур и певун, каких не знал наш госпиталь!

— Э, не все вы знаете, Галина Васильевна. Сорок восемь лет берегу в памяти ваш образ, невысказанные чувства: все были в вас влюблены… Хрупкая девушка, мужественный хирург. Скольких же раненых спасли ваши маленькие умелые руки?!

— Не считала, очень много…

— И каждый, я уверен, помнит вас. Сама судьба подарила мне эту встречу… Мы постарели, изменились, но узнали же друг друга! А вы все такая же, с теми же глазами чистой голубизны… Только русые волосы поседели…

А теплоход плыл и плыл. Пассажиров взбудоражила встреча двух ветеранов войны. Растроганная поэтесса Дина Ивановна Перфильевская пообещала посвятить Галине Васильевне стихотворение и подарила ей на память сложенные стихи о женщинах-фронтовичках. Сыпались вопросы. Кто-то назвал ее героиней.