Живая память. Великая Отечественная: правда о войне. В 3-х томах. Том 3. - Каменецкий Евгений - Страница 200

В Белорусской, Висло-Одерской, Берлинской, Пражской, Маньчжурской и в ряде других операций все более широкое участие начали принимать союзные войска Польши, Чехословакии, Венгрии, Болгарии, Румынии и других освобождаемых стран. Для лучшего взаимодействия с ними практиковалось взаимное прикомандирование представителей и оперативных групп со средствами связи.

В завершающем периоде войны каждая из проведенных операций Советской Армии отличалась своей оригинальностью, новизной применяемых способов действий и поэтому, как правило, оказывалась неожиданной для противника. Но были и принципиально важные, общие для них аспекты, которые выражали сущность советского военного искусства в пору его наибольшего расцвета.

Маршал Советского Союза Г. К. Жуков на военно-теоретической конференции в 1945 году следующим образом охарактеризовал особенности нашего военного искусства, каким оно представлялось к концу войны.

Первое — знание противника, правильная оценка его замыслов, сил и средств; умение учесть, на что он способен и на что не способен, на чем можно его поймать. Это достигается непрерывной и глубокой разведкой.

Второе — знание своих войск, их тщательная подготовка к бою. Необходима всесторонняя подготовка командования и штабов, заблаговременная отработка всех вариантов предстоящих действий войск.

Третье — оперативная и тактическая внезапность. Это достигается тем, что враг вводится в заблуждение о наших истинных намерениях. Надо действовать настолько быстро, чтобы неприятель везде и всюду опаздывал и тем самым попадал в тяжелое положение.

Четвертое — точный расчет сил и средств в зависимости от поставленной задачи. Войскам нельзя ставить непосильные задачи. Ничего, кроме потерь и подрыва боевого духа, это не даст. Лучше реже проводить наступательные операции, а копить силы и средства для решительных ударов.

Пятое — материальное обеспечение операций. Ни при каких обстоятельствах неподготовленную в материальном отношении операцию проводить не следует. Общая обстановка может толкать Главное командование на быстрейшее осуществление операции. Но начинать ее можно только после тщательной подготовки и всестороннего обеспечения.

Важным условием успешного развития наступательной операции Г. К. Жуков считал умелое применение артиллерии, смелый маневр с целью окружения и уничтожения противника. Фронтальный удар он рассматривал только как важный этап к достижению цели. Прорыв не ради прорыва, а для получения свободы маневра, что дает возможность поразить врага с самого невыгодного для него направления.

Разработка и практическое применение новых способов вооруженной борьбы, таких как подготовка и ведение оборонительных операций с последующим переходом в контрнаступление, в том числе и операций групп фронтов; решение проблемы стратегического и оперативного прорыва с последующим развитием успеха в глубину путем ввода мощных подвижных групп, окружением и уничтожением крупных группировок противника; форсирование сходу водных преград; применение такой эффективной формы огневого поражения, как артиллерийское и авиационное наступление — все это явилось результатом творчества представителей Ставки ВГК, Генштаба, командующих видами ВС и родов войск, командующих, командиров и штабов фронтов, армий, соединений, частей и подразделений.

Неправомерно говорить о том, что все это творчество в области военного искусства было осуществлено помимо или даже вопреки Сталину, хотя бы потому, что без его ведома и согласия решения по таким вопросам и не могли приниматься.

Следует сказать и о том, что война требовала ответственного отношения к военной теории. Попытки не считаться с накопленным опытом, с выработанными на его основе теоретическими рекомендациями очень быстро давали о себе знать неудачами на фронте. С этим объективным обстоятельством был вынужден считаться и Сталин. После многих неудач 1941–1942 годов, по свидетельству Г. К. Жукова, А. М. Василевского, он уже меньше проявлял произвола, самонадеянности и стал более внимательно прислушиваться к мнению людей, знающих военное дело.

В целом страна и Вооруженные Силы во время войны твердо управлялись. Поэтому нельзя дело изображать так, как это иногда делается, будто все происходило чуть ли не стихийно и мы одолевали врага вопреки всякому руководству. Решающим условием победы явились самоотверженные усилия народа на фронте и в тылу, его преданность своему Отечеству.

Советское командование в период Великой Отечественной войны придавало большое значение своевременному обобщению и доведению до войск боевого опыта. Ставка Верховного Главнокомандования, Генеральный штаб, Главное политическое управление, Наркомат Военно-морского флота, командование и штабы видов Вооруженных Сил и родов войск, объединений и соединений были не только органами практического руководства войсками, но и основными центрами военно-теоретической мысли. Руководство войной было немыслимо без творческой работы по подготовке научно-обоснованных решений, разработке уставов, инструкций и приказов, обобщающих все передовое в опыте ведения войны.

Во время войны в Генеральном штабе было создано Управление по использованию опыта войны, в штабах фронтов и армий — соответственно отделы и отделения. Отделы по использованию опыта войны имелись также в центральных управлениях Народного комиссариата обороны, Главном штабе ВМФ, штабах родов войск.

Богатый боевой опыт Советской Армии находил отражение в разрабатываемых и обновляемых во время войны уставах, наставлениях и инструкциях. Например, в 1944 году были разработаны и переработаны Полевой и Боевой уставы пехоты, Руководство по форсированию рек, Руководство по действиям войск в горах, Наставление по прорыву позиционной обороны и др. Всего за 1943–1944 годы было переработано и разработано вновь 30 уставов, наставлений и инструкций, связанных с ведением боевых действий и подготовкой войск.

Обращает на себя внимание конкретность и предметность наших военно-научных исследований, строгая подчиненность их интересам успешного ведения вооруженной борьбы на фронтах. Обобщение и теоретическое осмысление боевого опыта органически входили в практическую деятельность военачальников.

Вместе с тем надо отметить, что армия фашистской Германии, несмотря на значительное несоответствие довоенных уставов опыту второй мировой войны, особенно после нападения на Советский Союз, не переработала в ходе военных действий почти ни одного устава, хотя и вела боевые действия в течение шести лет. Многие фашистские генералы в своих мемуарах называют одной из причин поражения то, что они и на Востоке воевали по тем же уставным документам, как и на Западе.

В результате четырехлетнего противоборства двух стратегических линий и в целом военного искусства советское военное искусство показало полное превосходство и обеспечило достижение победы над немецко-фашистской армией.

Уроки прошлого имеют непреходящее значение. Но есть силы, которые хотели бы начисто отказаться от прошлого, лишив нас своего богатейшего духовного наследства, объявляют победу в Великой Отечественной войне последним плацдармом, который еще удерживают консерваторы, и потому ставят своей целью ликвидировать его, чтобы ничего светлого в нашей стране уже не осталось. Этим определяются и все попытки принизить значение нашей победы в войне. Но если не считаться с исторической истиной и исходить лишь из современных экстремистских установок, то как можно построить новое демократическое общество, если вместо прежних умолчаний и приукрашивания истории войны будут плодиться ложь и фальсификация? К какой более справедливой жизни можно прийти на пустом месте, без достоверного и прочного исторического фундамента?

Тем, кто хочет честно разобраться в нашем прошлом, надо прежде всего не забывать, что события накануне и в начале войны, несмотря на всю их трагичность, состоят отнюдь не из сплошных «черных пятен». В них переплетаются самоотверженный труд и подвиг народа с огромными бедствиями, выпавшими на его долю; массовый героизм воинов со случаями паники, неорганизованности и даже предательства; огромная созидательная работа по созданию оборонной мощи страны с крайне нерациональным использованием ее, особенно в начале войны; жесткость и твердость управления с негибкостью и произволом; мужество и умелые действия многих командующих и командиров с безответственностью и неорганизованностью некоторых из них. Правда о зле и ошибках прошлого, конечно, нужна для постижения исторической истины. Но это еще не вся правда. Ибо если предвзято собрать и вылить со страниц печати только мрачные события и факты, то любой народ может ужаснуться от своей истории. Но в нашей истории, хотя и есть чему ужасаться, но и есть чем гордиться.